Несколько секунд я молча смотрю на него, а потом просто разворачиваюсь и иду на кухню. А вещи так и остаются лежать на диване.
И плевать!
Уберу потом.
Когда и Михаил, и Вячеслав уберутся отсюда.
Михаил тенью следует за мной на кухню. Видимо, опасается, что я выпрыгну прямо в окно третьего этажа. От этого мне становится немного смешно. Также молча он возвращается за мной обратно в комнату. Я же поднимаю крышку ноутбука. Нужно всё же изучить те предложения по удалённой подработке, что я нашла. Потому что запаса у меня почти не осталось, а полноценно работать в ближайшие пару лет я точно не смогу.
На помощь Вячеслава я не рассчитываю.
Не знаю, что на него нашло, но я уверена, что это скоро пройдёт.
Глава 6
Спустя какое-то время я краем уха слышу, как кто-то звонит в дверь. Но я успеваю только поднять голову, чтобы увидеть удаляющуюся широкую спину Михаила. И мне не нужно идти с ним, чтобы узнать кто именно сейчас войдет.
Но я всё равно невольно вздрагиваю, когда совсем рядом раздаётся ставшим уже знакомый голос:
— И как это понимать, Аня? Мне из-за тебя пришлось прервать важное совещание.
Для мужчины таких внушительных габаритов Вячеслав передвигается на удивление бесшумно.
— Догадайтесь сами, — говорю я, не поднимая головы.
Меня до глубины души возмущают его претензии.
Совещание ему, видите ли, пришлось прервать! Так я его об этом и не просила! Всё, чего я хотела, это чтобы меня просто оставили в покое.
А в следующую секунду я возмущённо вскрикиваю. Потому что крышка ноутбука неожиданно опускается мне прямо на пальцы. Она совсем не тяжёлая, так что мне не больно.
И всё же это довольно неприятно.
Я поднимаю голову, недовольно глядя на Вячеслава, который возвышается надо мной скалой. На нём только рубашка, с закатанными до локтя рукавами, и брюки, а вот галстука и пиджака и в помине нет. Он стоит, скрестив на мощной груди руки, и смотрит на меня с таким осуждением, словно я действительно в чём-то перед ним виновата.
Только это не так.
Он, вообще-то, мне никто!
Так что никаких прав на меня не имеет. И уж тем более на то, чтобы предъявлять мне претензии.
Я делаю глубокий вдох и говорю:
— Хорошо, я скажу вам, раз сами вы догадаться не в состоянии.
— Ты, — роняет он тихо.
Я удивлённо хлопаю ресницами, пытаясь понять, что он имеет в виду.
И Вячеслав тут же поясняет:
— Не нужно мне выкать. Я же просил, Аня.
Только мне сейчас это кажется наименьшей из имеющихся у нас проблем.
— А понимать это нужно так, — говорю я. — Что я намерена тут остаться. Одна. Без вас, ваших помощников и ваших денег. А вам…
Тут он недовольно хмурится.
И я, вздохнув, всё же исправляюсь:
— Тебе лучше просто уйти и забыть обо мне. Навсегда.
Вячеслав хочет что-то сказать, но я ему не позволяю.
— Только не нужно ничего говорить про ребёнка. Ты не бесплоден, а это.
Я кладу ладонь на свой живот.
— Не единственный твой шанс стать отцом. Со своей стороны обещаю, что никогда тебя больше не потревожу и что ребёнку ничего не скажу. Так что можешь жить спокойно. Он внезапно не объявится у тебя на пороге через двадцать лет и не будет претендовать на наследство.
Я говорю чистую правду.
Я действительно не намерена в будущем говорить своему ребёнку об его отце, о котором и узнала-то совершенно случайно. И про ЭКО я тоже говорить не намерена. Просто придумаю что-нибудь.
— А с чего ты решила, что можешь решать за него? — спрашивает Вячеслав неожиданно. — И вообще, он точно такой же твой, как и мой ребёнок. И не важно: будут ли у меня ещё дети. Он мой. И я хочу принимать участие в его жизни.
Я вздыхаю, понимая, что, кажется, разговор этот будет непростым.
— Мне вообще, если честно, непонятно, что тебя не устраивает, — говорит вполне искренне Вячеслав. — Я ведь дал тебе всё. Крышу над головой. Нормальный дом, а не эту клетушку. Там свежий воздух, бассейн. Для тебя готовят, у тебя личный повар. Свой водитель. Карточка с деньгами Тебе и делать-то ничего не нужно. Только отдыхать. А ты всё равно недовольна.
Звучит всё и, правда, очень заманчиво и хорошо. Просто мечта, а не жизнь. Только есть во всём этом одно «но».
И оно совсем немаленькое.
— Но ты забыл сказать главное, — говорю я. — Что взамен ты забрал у меня свободу. И что ты даже мнения моего не спросил! Просто взял и похитил! А это, вообще-то статья! И мне, может быть, всех этих карточек и личных поваров не нужно!
С каждым словом я говорю всё громче и громче, а в конце и вовсе уже кричу. И мне плевать. Потому что я, наконец-то, ему всё высказала.
Вячеслав хмурится.
— Ну, — говорит он, задумчиво почёсывая подбородок. — Может быть, я немного и перегнул палку. Прости. Просто я привык, что все меня беспрекословно слушаются. И дома, и на работе, и в личных отношениях.
А меня так и подмывает сказать, что его Милана совсем не похожа на ту, которая будет безропотно всё выполнять.
Но, к счастью, я вовремя прикусываю язык.
Потому что его отношения с ней, бывшие ли они или всё ещё действующие, совершенно точно не касаются.
— Я в любом случае не хочу, чтобы ты жила тут, — продолжает Вячеслав. — У меня тебе будет лучше. И я хочу, чтобы ты жила в моём доме как минимум до тех пор, пока не родится наш ребёнок. Ты не будешь ограничена в свободе перемещения. Но ездить будешь только с Мишей, чтобы я всегда знал, где ты. Так пойдёт?
Он выжидающе смотрит на меня.
А я думаю.
Потому что кое-что меня всё ещё смущает.
— А что будет потом? — спрашиваю осторожно я, облизнув губы. — После родов? Вы… Ты его заберёшь?
Спрашиваю, а сама испуганно замираю.
Я не знаю, что буду делать, если он скажет «да».
Ведь наши силы явно не равны. И если Вячеслав захочет, то я ничего не смогу сделать, не смогу отстоять право оставить этого ребёнка себе.
Некоторое время он молчит.
И это заставляет меня нервничать ещё сильнее. Меня так и тянет поднести пальцы ко рту и начать грызть ногти. И всё же