Витя замолчал. Понял, что мне эта тема особенно не интересна, но тут же придумал новую, явно желая скоротать время в дороге за беседой. Поправив сползающие с переносицы очки, он сказал:
— Не нравятся мне все эти религиозные фанатики, а куропочитатели, как я понимаю, из их числа?
— Почему они тебе не нравятся? Ты их еще в глаза не видел.
— Мне, как истинному коммунисту-атеисту, вообще не нравятся любые религии, в независимости от их названий и кому люди поклоняются. Ну, вот ты, веришь в то, что сидит кто-то на небе, такой весь всемогущий, но для того, чтобы с ним пообщаться, надо пойти в церковь и купить свечку?
— Я думаю, что есть другие цивилизации, намного превосходящие нас в развитии и знаниях.
— Насчет этого не уверен, почему они тогда не выходят с нами на контакт?
— А кто мы для них, чтобы выходить с нами на контакт? Отсталые дикари? Мелкие муравьи, копошащиеся незаметно по своим делам где-то под ногами?
— Ладно, отбросим тему других цивилизаций и вернемся к богу.
— Так ты же сказал, что его нет.
— Вот я и говорю, что нету. Потому что, будь он таким всемогущим, разве бы допустил страшные трагедии и убийства невинных людей, особенно маленьких детей, чьи души еще безгрешны?
— Витя, тебе надо было раньше ловить попа и задавать ему такие вопросы, а ко мне ты не по адресу. Могу только согласиться, что слишком нелогичная цепочка выстраивается. Всемогущий, в моём понятии, может всё.
— Вот и я про то же говорю. А раз он допускает гибель и убийства невинных детей, то далеко не всемогущий. Знаешь, что мне один раз на это ответили?
— Конечно не знаю, Витя, я не экстрасенс, существование которых, кстати, тоже спорная тема.
— Мне сказали, что бог мог убить ребенка, потому что знал, что из него может вырасти чудовище похуже Гитлера или Чикатило.
— Что, правда такую чушь сказали?
— Да. А когда я спросил, почему тогда он не убил в детстве Чикатило и Гитлера, начали что-то невнятное мычать в ответ.
— Тут я с тобой полностью согласен. А вообще с тобой лучше не спорить, ты и мертвого задолбаешь.
Витя обиделся и замолчал, а я расслабленно выдохнул. Дорога — это не место для жарких дискуссий, тем более в такое время. Тут что угодно может быть: засада, брошенный автомобиль, упавшие дерево, ямы. Нужно быть максимально сконцентрированным, чтобы потом не поплатиться за своё разгильдяйство. И хорошо, если платой будет потеря колеса или машины, это обидно, но приемлемо. Но тут можно заплатить самым дорогим, что есть у человека — жизнями товарищей и своей собственной.
Витя, хоть и немного обиделся на меня за моё нежелание поговорить с ним о боге, точнее, о том, что его, скорее всего, нет, но это не мешало ему исправно осматривать дорогу впереди в бинокль. Поэтому что-то подозрительное он обнаружил заблаговременно, прильнув к окулярам произнес:
— Тормози, там впереди что-то происходит. На обочине стоит большая колонна автомобилей и много народу.
Я тут же передал по рации, чтобы вторая машина остановилась за мной на обочине, и, плавно съехав с дороги, остановил броневик. Взяв у Вити бинокль, поднёс его к глазам и начал рассматривать, что он обнаружил. Впереди, в паре километров от нас, по направлению в нашу сторону стояла большая колонна военной и гражданской техники, около которой находились люди. Совсем мелкие детали тяжело было рассмотреть, единственное, что было видно, это одежду незнакомцев. Как и в случае с техникой, она была военной вперемешку с гражданской, этакая солянка из вояк и обычных людей. К сожалению, рассмотреть номера на машинах не получалось, слишком далеко они находились, а то бы можно было хотя бы понять, это местные или кто издалека пожаловал.
Все вышли из машин, по очереди рассматривая стоящую впереди колонну, принялись совещаться, что делать дальше. Ехать мимо или искать пути объезда, чтобы не пересекаться с неизвестными людьми.
Решили для начала посмотреть по карте пути объезда. Выходило, чтобы избежать встречи, нам нужно было возвращаться назад и ехать по другой дороге. Крюк выходил очень приличный, на тридцать километров больше, чем если ехать как планировали. Это много и по времени, и по топливу, уже хотелось поскорее вернуться домой. Это путешествие было, конечно, нескучным и полезным в плане выяснения обстановки вокруг города, но уже хотелось домашнего уюта, нормальной еды и женской ласки. А приходилось трястись по неровностям нечищеных дорог и слушать всякий бред от Кузьмича, а есть, чаще всего, всухомятку.
Начали голосовать: ехать прямо или делать крюк. Судя по тому, что почти все выбрали маршрут мимо стоявших на обочине незнакомцев, не один я испытывал скуку по дому и родным, ожидающим нас там. Решили ехать медленно, чтобы не провоцировать незнакомцев, но быть готовыми к нападению. Мы расселись по машинам и тронулись.
Проехав совсем немного вперед, Витя, неотрывно наблюдавший в бинокль, сообщил, что нас заметили. По его словам, все просто смотрели в нашу сторону, ожидая, когда мы подъедем, и не предпринимали никаких действий. Это понятно — им-то чего бояться, у нас всего две машины, когда их там стояла большая толпа, не менее пятидесяти человек навскидку. Когда до незнакомцев осталось метров сорок, я наконец смог рассмотреть номера на машинах.
На номерах машин был сорок шестой регион, выходило, что колона приехала из Курской области. Медленно подъехав, останавливаемся на противоположной стороне обочины, не глуша двигатели, рассматриваем колону соседей из Курска, не выходя из машин. Большая, по нынешним временам, колона выстроилась в ряд, друг за другом, и теперь её можно было рассмотреть полностью. В ней было две фуры с длинными прицепами, военный КамАЗ с мягким тентовым кузовом. Гости к охране колонны подошли основательно, помимо стрелкового оружия у людей, в колонне было два колёсных БМП свежей модификации.
Сейчас они стояли, задрав свои пулеметы под углом к небу, демонстрируя дружелюбие, или, как минимум, не демонстрировали открытую агрессию. Но стоило мне представить, как ствол пулемета начинает опускаться и поворачиваться в нашу сторону, а потом даёт длинную очередь, как сразу по телу побежали мурашки. Зябко передергиваю плечами, отгоняя дурные мысли, надеюсь, что гости приехали сюда в таком составе не беспредел вытворять. Наши броневики больше защита от одиночек и мелких банд, которые не имеют военной бронетехники с крупнокалиберным орудием, а бегают с пистолетами и автоматами с обычными,