Народ ушел спать, Кузьмич, судя по всему, решил бухать всю ночь, затаив обиду на всех за то, что не присоединились к нему. Мы продолжали играть в шахматы. Душевно так сидели, неспешно двигая фигуры и общаясь. Выведя ферзя так, чтобы он защищал три различных фигуры, я напомнил:
— Мы так и не договорились, на что будем менять шахматы.
Старик убрал пешку и тем самым открыл слона, у которого на линии атаки оказалась моя незащищённая пешка. Весело потирая руки, он проговорил:
— Я готов вам их просто подарить, все равно играть мне больше не с кем. А вы сегодня меня накормили и компанию составили.
— Нет, отец, так дела не делаются. Это ты нас накормил и приютил, а мы всего лишь выставили немного консервов и разносолов на стол, которые почти все сами и сожрали.
— Ну, тогда что дадите, то и будет платой.
— Ладно, завтра с ребятами проведем ревизию своих запасов и посмотрим, чем сможем обрадовать. В любом случае, не обидим, нам пока что удаётся сохранить человеческое лицо и не превращаться в животных.
— Редкое ныне качество. Даже до начала всех этих ужасов, связанных с появлением мертвецов, не каждый мог похвастаться такими качествами. Знаете, сколько раз меня пытались обмануть за последние годы? Со счету сбился. Пенсионеры — это же любимая категория всевозможных поганых мошенников. Какая только падаль ко мне не приходила: липовые соцработники, продавцы чудо-пылесосов по цене автомобиля и прочего дерьма, по многократно завышенной цене. По телефону тоже всякие паскуды названивали: то мой ребенок попал в аварию, которого у меня никогда не было, то служба безопасности банка, которой зачем-то нужны данные моей карты или код из смс. Раньше я бы сказал, что они будут гореть в аду, но теперь надеюсь, что они бродят с красными глазами, терзаемые постоянным чувством голода.
— Не уверен, что они испытывают именно это чувство. Мне кажется, мертвецов вообще никто толком не изучал. Как только обнаружили, что повреждение мозга убивает их окончательно, так и закончились все изучения.
— Это на уровне обычных людей. Не поверю, что самую глобальную проблему всего человечества не изучают пристально в лабораториях разных стран.
— Да, наверное, так и есть, должны по всему миру были уцелеть лаборатории, особенно те, которые были засекречены и располагались за городом. Хотя, опять же, если они делали, например, химическое оружие, то возможно на этом оборудовании изучать пойманных мертвецов или нет? Да и вопрос продовольствия и снабжения, опять же, имеет место быть. Поскольку секретность и расположение в глуши, на ряду с хороший защитой — это всё очень хорошо, но сколько сможет лаборатория автономно полноценно функционировать без регулярного снабжения всем необходимым со стороны?
— Подозреваю, что в этом вопросе мы оба разбираемся, как свиньи в апельсинах — в основном, одни предположения и догадки. Но, имея немалый опыт в строительстве действительно грандиозных проектов, я могу предположить существование таких объектов, о которых не смели мечтать даже самые смелые фантасты.
— Ну да, я много фильмов смотрел в своё время, у американцев там всегда найдётся пара-тройка крутых объектов, принадлежащих ЦКЗ.
— А что мешает таким объектам быть не только в фильмах и не только у американцев?
Сделав ход ладьёй, я задумался: а действительно, что мешало? Ничего, уровень развития уже позволял делать самые смелые проекты, основной вопрос был в финансировании, но крупные страны могли себе такое позволить. Мои мысли прервал голос старика, не дождавшись от меня ответа, он решил, что я жду, как он начнет развивать свои мысли и будет дальше раскрывать начатую тему. И он продолжил её раскрывать, рассказывая:
— Вспомни, как стремительно шагнул прогресс за последние тридцать лет. От проводных телефонов до мобильных. От компьютера, еле решающего небольшое число задач, до разных суперкомпьютеров с просто фантастическими вычислительными мощностями. Вспомни хотя бы фильмы. Раньше показывали, как человек нажимает пальцем кнопки, просто нарисованные на экране, это казалось чем-то нереальным, сейчас сенсорным экраном никого не удивить, даже в самых дешёвых мобильных телефонах их стали использовать.
— Тут ты прав, я помню свой первый компьютер: Б/У, «пень второй» с жёстким диском на десять гигабайт. Сейчас СД карты имеют гораздо больший объём, а недорогие телефоны в разы превосходят его по характеристикам.
— Вот про что я и говорю. Ты же смотрел фильм «Обитель зла»? Помнишь, какая лаборатория была у корпорации Амбрелла?
— Да, с лазерными ловушками в коридоре и защитной программой «Красная королева».
— Ну, это красивые спецэффекты, я имел в виду сам лабораторный комплекс, его масштабы. Думаю, при современных технологиях построить подобное — не проблема. Что фантастического в небольшом городе под землей, со своим ядерным реактором, водоснабжением и различными теплицами? При желании задача вполне осуществимая. Достаточно вспомнить опыт немцев во время Второй Мировой войны и проект «Дождевой червь». Когда они строили воистину огромные комплексы под землей, спасая своё производство от бомбардировок авиации и перенося его под землю.
— Не исключено и такое, я буду только рад, если кто-то ещё пытается спасти человечество. Но пока на моем пути встречаются только одиночки, небольшие группы и разнообразные анклавы. Я уже думал, что если бы выжившие объединились, то всеми могли бы спаси планету от мертвецов и начать всё отстраивать заново.
— Ага, а они принялись вырывать друг у друга последние куски, убивая за рюкзак с едой или просто ради развлечения. Единственное, когда люди объединились — это в попытке построить Вавилонскую башню, и то это закончилось печально, если верить той истории из Библии.
— Ладно, не будем о грустном, еще есть сильные духом люди, собирающие вокруг себя других и образующие большие поселения. И именно сейчас у человечества появился шанс начать всё сначала и выбрать правильный путь. Бесспорно, погибло много хороших людей, но всякие мрази и ублюдки теперь в любом приличном поселении выкорчёвываются, как сорняк. Уже не нужен суд, чтобы душегуба повесить за шею на суку и оставить раскачиваться труп на ветру, в назидание другим.
— Твоя правда, не даром ведь говорят, что сильные времена порождают слабых людей, а слабые времена порождают сильных людей. Сейчас будет происходить становление новой эпохи и сильных людей. Очень бы хотелось верить, что я до живу до того времени, когда сильные люди начнут править миром, исходя из справедливости и других настоящих человеческих качеств. — подытожил старик и походил ферзём, сделав мне вилку, атакуя одновременно