— Суетной, давай спокойно, без фокусов, иначе нас на британский флаг порвут.
— Да я спокоен, просто говорю, что у меня появилась одна задумка, которая должна выгореть. Но сначала нам нужно добраться до моего дома.
— Хорошо, валим отсюда.
Мне не хотелось покидать это место, в котором благодаря большому скоплению людей было ощущение безопасности. Но ещё больше меня пугало то, что сейчас может выкинуть воспаленный мозг Суетного, и последствия, которые непременно коснутся и меня тоже. А вспоминая, как мужики на остановке пробивали тому грызуну пенальти в голову, то коснуться может так, что ласты склею.
До квартиры Суетного мы неслись бегом, как испуганные антилопы. К счастью, она была недалеко и, кроме таких же испуганных людей, нам никто не повстречался. Уже в квартире Суетной, постоянно страдающий от паранойи и считающий, что его телефон прослушивают все спецслужбы мира, жестом показал мне положить мой телефон рядом с его мобилой на балконе. Тот факт, что мобильная связь не работала, его нисколько не смущал, поэтому я не стал разводить напрасный спор и, оставив свой телефон на балконе, пошел вслед за ним в ванную.
Открыв воду на всю, Суетной приблизился вплотную ко мне и чуть слышно зашептал:
— Братан, ты только зацени, что мне в голову пришло. Ты же видел, как все бегают и трясутся от ужаса только от одного вида тех красноглазых чуваков, которые всех подряд грызут?
— Видел, как не увидеть, мы только что с тобой так же неслись, не разбирая дороги.
— Стрёмная тема, правда? Если ты ещё раз увидишь, что в твою сторону направляется рычащий и перепачканный в крови чел, ты опять дашь по лыжам?
— Нет, бл…ть, вызову его на дуэль и буду с ним сражаться! Конечно, убегу, пусть менты с ними разбираются, мне еще жить хочется.
— Вот про это я и говорю, сейчас любой человек, увидев этих грызунов, сразу кинется прочь, заботясь о своей жизни.
— Суетной, да тебя в пору называть Эйнштейном! Ты вывел самую крутую теорию тысячелетия. Только я не могу взять в толк, к чему ты это мне сейчас вообще рассказываешь? Давай лучше за бабло поговорим, те черти мне побоку, их отловят и всё наладится, а вот кушать и не только — хочется всегда. А для этого нужны лавэ.
— Ты чёт сегодня туго догоняешь. Чтобы были лавэ, нам достаточно запереться в банк, притворившись, что мы парочка поехавших головой грызунов, от которых лучше свалить.
Услышав такое, я не сдержался и заржал в голос. Суетной смотрел на меня с непониманием и легкой тенью обиды. Я ещё раз внимательно заглянул ему в глаза, рассматривая зрачки, и снова не обнаружив признаков приёма дозы, ответил:
— Ты вроде на свежаках, а несешь такую пургу, как будто тебя кроет не по-детски. Ты что, предлагаешь прийти в банк и сказать: «Я дико извиняюсь, но если вы не отдадите деньги, то мы с корешем вас перегрызем всех нахер»? Да они сначала будут ржать над таким выступлением громче, чем это только что делал я, а потом таких подсрачников нам отвесят, что неделю сидеть не сможем!
— Не, братан, как раз наоборот, это ты жёстко тупишь. Мы вообще ничего говорить не будем, просто придем перепачканные в крови, как те каличи, которых мы видели, и все сами с визгом убегут. Все бабки наши, останется только собрать и до дома дотащить.
— Всё это звучит как-то слишком бредово, даже с учётом, что там из охраны один пенс.
— Поэтому и должно сработать. Ты посуди сам, люди сейчас в панике, охранник вовсе не Рембо, ментам тоже не дозвониться, да они и так по всему городу мечутся, как ужаленные. Думаю, спасение людей из торговых центров, кинотеатров и других мест массового скопления, будет приоритетнее двух упырей, которые просто зашли в банк и никого там не загрызли.
Я достал сигарету и начал разминать её в руке. Предложение Суетного было интересным, а благодаря своей простой и нестандартной схеме могло действительно сработать. Если мы сможем правдоподобно закосить под упырей, которые грызут всех подряд, то, теоретически, люди должны убежать, и тогда мы срываем по-настоящему крупный куш. Если не выгорит и нас раскусят, то предъявить нам будет нечего, мы же молча зайдем и не будет ни единого слова про деньги и ограбление, значит всё можно свести на дурацкую шутку, за которую, скорее всего, намнут рёбра, но уголовку, как за ограбление, не повесят.
Чертов параноик Суетной, предпочитающий вести важные разговоры в ванной комнате, в которой категорически запрещалось курить. Мой мозг лихорадочно пытался просчитать все возможные варианты развития событий и от напряжения требовал свою дозу никотина, вызывая дикое желание закурить.
Крутя в руках незажжённую сигарету, я согласился:
— Кто не рискует, тот не пьёт шампанское.
— И его не сажают на бутылку из — под него. — пошутил в ответ Суетной.
Перешёптываясь под звуки льющейся из крана воды, мы начали разрабатывать план дерзкого ограбления.
Прошло два часа, прежде чем я наконец вырвался из душной ванной комнаты и выкурил две сигареты подряд. В целом всё было предельно просто, нужно было перемазавшись кровью правдоподобно изобразить бешеных тварей, чтобы все люди убежали в диком ужасе. Для начала мы решили ещё раз выбраться на улицу, чтобы найти ещё одного безумного персонажа и понаблюдать за ним. Не откладывая это в долгий ящик, мы оделись и, оставив бесполезные мобилы на балконе, вышли из квартиры Суетного.
Во дворе нам встретились только нормальные люди. Одни пробегали мимо, спеша куда-то по своим делам, испуганно крутя по сторонам головой, другие спешно носили вещи в свои машины, явно собираясь отчалить куда-то подальше и там переждать, пока всё не утихомирится. Мы с Суетным уже наметили два ближайших отделения банка, в которых будем пробовать свою дерзкую задумку, поэтому пошли в противоположную сторону, чтобы лишний раз там не мелькать.
Мы прошли уже целую остановку и не встретили еще ни одного красноглазого безумца. Только обезумевшие люди носились, как угорелые. Внезапно неподалеку раздался громкий звук удара. Обернувшись на него, мы увидели автомобиль скорой помощи, наполовину влетевший в магазин автозапчастей. Переглянувшись и не говоря ни слова, мы