В самом городе творился настоящий ад. Многочисленные аварии и заторы, которые машины объезжали, где только было возможно проехать. Бегали люди, бегали монстры, воздух разрывали крики, вой сирен, звуки выстрелов. На земле валялось много неподвижных тел, понять, кому они принадлежали: людям или зомби — не представлялось возможным. На моих глазах автомобили сбивали пешеходов и уносились прочь, даже не притормаживая.
Настоящий кошмар творился около продуктовых магазинов. Люди выбегали с телегами и полными пакетами продуктов, толкались и сбивали друг друга, дрались. К безумному веселью присоединялись зомби, набрасываясь на тех, кто был с краю толпы. Тогда толпа с криками ужаса разбегалась в разные стороны, либо, наоборот, люди прекращали драться между собой и начинали сражаться с мертвецами, используя все подручные средства. К сожалению, второе было редкостью, люди чаще разбегались, оставив на растерзание монстрам своих менее удачливых сородичей.
Складывалось впечатление, что люди сошли с ума и, вместо того чтобы надежно укрыться в безопасном месте, вышли половить рыбку в мутной воде или для того, чтобы получить острые ощущения. Волокли всё, что нужно и не нужно, начиная от продуктов и заканчивая бытовой техникой. Если я ещё могла понять ценность ювелирных украшений или желание запастись продовольствием впрок, то некоторые вещи, которые горожане уже откровенно воровали, никого не стесняясь, мне были непонятны. При мне стайка бойких пенсионеров расхватывала печатную продукцию из газетного киоска. Они что, решили скоротать время за разгадыванием сканвордов или у них остро возникла необходимость в свежей программе телепередач на следующую неделю?
Город превратился в безумный балаган, в котором, как в адском коктейле, всё смешалось. Бегали люди, бегали зомби, все дрались со всеми, на дороге валялись тела зомби и людей, звучали выстрелы.
Не знаю, каким чудом я смогла добраться до дома, но мне очень повезло жить в частном секторе, в котором, в отличие от густонаселённых дворов многоэтажек, длинные улицы вдоль домов были практически пустынны. Тут мне встретился всего лишь один зомби, который быстро отстал от моей машины и не представлял опасности.
Подъехав к дому, я быстро загнала машину в гараж. Войдя в дом, сразу задернула все шторы и не стала включать свет, чтобы не привлекать ненужное внимание. Трясущимися от нервного напряжения руками я навела себе горячий зеленый чай без сахара и, сев на компьютерное кресло, крепко задумалась. Увиденное на улице было настолько нереальным и страшным, что больше походило на кошмарный сон. Но достаточно было выглянуть на пустынную улицу у дома, чтобы понять: всё происходит наяву.
Где-то неподалёку опять прозвучали громкие выстрелы, после которых уже не нужно выглядывать из-за занавески, чтобы понять, что теперь жить придётся в новой реальности, о которой мало кто всерьёз когда-либо задумывался, и я была в их числе. Очень хотелось верить, что в ближайшие дни зомби будут истреблены, как это обещают по радио, и нужно только набраться терпения и ждать. Но после того, что я увидела на улицах города, где процветала анархия и мародёрство, а люди были не лучше зверей, в это тяжело верилось, как бы мне этого не хотелось. Слишком разрознены были люди, вместо того чтобы, объединившись единым фронтом, дать бой красноглазым выродкам, они, заботясь только о своей шкуре, без угрызения совести отбирали тележку с продуктами у более слабых или дрались, калеча и убивая друг друга за золотые цацки из ювелирного магазина.
Это означало, что, надеясь на лучшее, следовало готовиться к худшему варианту развития событий. А к нему, честно говоря, я не была готова. У меня был небольшой запас продуктов, на неделю, если всё очень сильно урезать и не шиковать, то максимум на две. По-настоящему тёплой одежды не было, а та, что была, годилась только чтобы доехать куда-нибудь в теплой машине и, выйдя из неё, быстро юркнуть в теплое помещение. Всё в жертву моде и красоте, как у настоящей девочки. С оружием тоже не густо, я не охотник и не киллер, у которых оно есть на легальных и не очень основаниях, поэтому огнестрельного у меня ничего не было. Но была катана. Благодаря упорным тренировкам я достигла определённый уровень мастерства и очень хорошо умела ей пользоваться. Но одно дело тренировки и совсем другое кого-то реального убить, даже если он стал красноглазым монстром. Мне было страшно об этом думать, я боялась, что мне в нужный момент не хватит уверенности. К тому же, следовало учесть, что катана не то оружие, которым можно не задумываясь скашивать толпы зомби. Каждый удар должен быть хирургически точно выверенным и четким, иначе велик риск сломать её и остаться вообще без оружия.
С такими вот невеселыми мыслями я просидела до глубокой ночи, с опаской прислушиваясь к звукам, которые издавал город, погруженный в хаос. Тщательно проверив все окна и дверь, я подпёрла её на всякий случай мебелью и уснула тревожным сном.
На протяжении ночи мой сон не раз прерывался звуками выстрелов. Также его потревожил звук мотора машины, которая пролетела по улице мимо моего дома, громко завывая двигателем.
Утром я первым делом проверила двери и окна, а также попыталась, аккуратно выглядывая из-за занавески, увидеть, что происходит на улице. Там со вчерашнего дня ничего не изменилось. Частный сектор, где я проживала, был тупиковым, поэтому, кроме местных жителей, сюда мало кто забредал, а сами жители либо, как и я, затаились по домам, опасаясь привлекать к себе ненужное внимание, либо вообще уехали куда-то за город, в более безопасное место. Был и третий вариант, но о нём мне не хотелось даже думать.
Убедившись, что у меня под окнами не бродит армия мертвецов, я начала набирать воду во всевозможные свободные ёмкости. С трудом отыскала небольшой запас восковых свечей и спичек, который был куплен много лет назад на случай отключения света и не был использован. Провела ревизию съестных припасов. На всякий случай достала свою самую тёплую одежду и положила в неё документы. Если в городе вдруг начнётся эвакуация, времени на сборы не будет.
Покончив с тем, что задумала заранее, я начала бесцельно нарезать круги по дому, пытаясь понять, что делать дальше. Всё время натыкаясь взглядом на занавешенные окна, я подумала, очень плохо, что на них нет решеток. Сейчас