Павел, в отличие от многих, кто находился с ним в палате, лежал на кровати и не вставал, но несчастным он точно не выглядел, скорее, наоборот, его глаза радостно сверкали, а на губах при виде меня появилась счастливая улыбка. Улыбаясь, как чеширский кот, он произнёс:
— Привет, я уже договорился, врач дал добро на моё лечение дома!
Я поздоровался в ответ и окинул подозрительным взглядом палату, в которой были люди с куда более меньшими травмами, чем у Павла. Посмотрев ему в глаза, я спросил:
— Не находишь странным, что других людей не выписывают, несмотря на то что у них меньше повреждений, а тебя, такого красивого, который не может без боли пошевелиться, врач отпустил домой? Ты что, ради этого коррумпировал его?
Услышав мой вопрос, Павел рассмеялся и ответил:
— Ага, нашел коррупционера! Что я ему за это, по-твоему, отдал? Разрешил вырезать одно из уцелевших ребер, чтобы вырастить из него женщину? Тут в палате почти всех выписали, остались только два человека, у которых травмы требуют наблюдения врачей. Остальные уже, считай, дембеля, сидят поцеживают кем-то раздобытый спирт, рисуя всякую фигню на гипсе друг другу на память и ожидая, пока за ними приедут друзья. К вечеру тут останется всего два человека на всю палату.
— Хорошо, если это правда, то заберём тебя, только тебе, наверное, со сломанным ребром будет больно ехать в машине.
— Ничего, закинусь обезболом и немного потерплю, зато дома мне будет не так скучно, а, как известно, эмоциональная составляющая — это немаловажный фактор для исцеления больного!
— Ладно, больной, кто твой врач и где его искать? Я сам переговорю с ним насчёт твоего домашнего лечения.
Павел назвал имя врача и описал его, правда, информацией, где его найти, он не обладал, но это ерунда, сам справлюсь.
Побродив немного по коридору и порасспрашивая медперсонал, я узнал, что нужный мне врач сейчас курит на улице, у запасного выхода. Найдя дверь на улицу, я открыл её и вышел из больницы. Тут, действительно, с дымящейся сигаретой в руках стоял и щурился от яркого солнца человек в белом халате.
Подойдя к нему, я закурил и спросил его имя, получив ответ, я убедился, что стою рядом с лечащим врачом Павла, и завел с ним разговор на тему домашнего лечения. Павел не лукавил, когда сказал мне, что получил на это разрешение от своего врача. С медикаментами для дальнейшего лечения Павла проблем тоже не возникло. Как и обещал Гестаповец, Рынок брал на себя обязательства в разумной медпомощи тем, кто принимал непосредственное участие в сражении с сектантами, поэтому все необходимые лекарства выделялись бесплатно, как в старые добрые времена, когда действовали полисы медстрахования. В общем, всё необходимое для лечения Павла врач обещал отдать ему с собой. Больнице было без разницы, где будут приняты таблетки: в плате или дома. Домашний вариант лечения даже был более предпочтительный — больше свободных коек и меньше нагрузка на врачей. Судя по усталому лицу и слегка сгорбленной спине врача, который лечил Павла, в последние дни нагрузка на медперсонал была очень большой.
Докурив сигареты, мы ещё немного поговорили с ним на другие нейтральные темы и вернулись в больницу. Он пошел дальше выполнять свою работу, которой у него было выше крыши, а я вновь направился в палату к Павлу.
Павел и так знал, что мы сегодня заберем его домой из больницы, но всё равно, услышав это от меня, он обрадовался ещё сильнее. Я немного поговорил с ним, договорившись, что всю суету по поводу выписки и лекарств для лечения на дому на себя возьмёт кто-нибудь другой, а мне ещё нужно попробовать поймать Гестаповца и поговорить с ним. Перед уходом я велел ему лежать неподвижно и лишний раз не тревожить сломанное ребро.
Выйдя из больницы, я разыскал свою жену и передал ей оба пропуска. Пока они будут по очереди посещать больных, подготавливать Павла к выписке и транспортировке, я попробую увидеться с Гестаповцем.
Не откладывая это в долгий ящик, я сразу направился в закрытый сектор, где располагалась его скромная резиденция. Охранник у входа в закрытый сектор меня внимательно выслушал и, отойдя подальше, чтобы я не слышал его разговор, связался с кем-то по рации. Закончив говорить, он вернулся и сказал, что Анатолий Николаевич сейчас занят, но через полчаса пойдёт обедать. Если я хочу его увидеть, то могу через полчаса поймать его там. Уточнив название кафе, в котором Гестаповец будет обедать, я запоминаю его и ухожу от проходной на закрытый сектор.
Убить полчаса до отведённого времени я решил, просто шатаясь по рынку и рассматривая различные товары. Торговые ряды всё время расширялись, появлялись новые товары. Очень интересно было рассматривать новинки и слушать, как торгуются и ругаются люди, чтобы потом как ни в чем ни бывало хлопнуть друг друга по рукам и совершить сделку.
Вот ещё одна торговая точка, вызывающая ажиотаж среди людей и собирающая очереди, которую до этого я не видел. Протиснувшись кое-как сбоку, я смог рассмотреть, что покупателям тут предлагают солнечные панели для получения электроэнергии от солнечного света.
Очень интересно, откуда их взяли? До катастрофы в нашем регионе они не были особенно востребованы, только некоторые энтузиасты, у которых водились деньги и имелось желание испытывать всякое ноу-хау, заморачивались с их установкой на загородных домах. Но то было скорее исключение, чем правило. Слишком мало солнечных дней в нашем регионе, зимой солнца практически не видно, а в другие времена года — как повезет. Может быть солнечное и засушливое лето, а может хмурое и дождливое. Поэтому кто будет заморачиваться и монтировать систему, когда её КПД слишком непрогнозируемое и зависит