После преодоления стены, сразу стали заметны изменения. Брошенных машин вообще не было не на дорогах, не на обочинах. Дорога была без ям и кочек, её украшали свежие латки из более темного асфальта, по сравнению с остальным серым плотном. Мусора тоже не было, дорогу не только ремонтировали, но и подметали. Прям как в старые-добрые времена.
Через 5 километров на дороге стали появляться другие автомобили, они выезжали из боковых ответвлений и ехали в сторону Москвы по своим делам. Я с недоверием смотрел на чистые автомобили, большинство из которых сверкало на солнце, неповрежденной краской-металликом.
У нас такое невозможно было вообразить. Наши тачки почти всегда были грязные, мыли их редко, в основном протирали мокрой тряпкой зеркала, стекла и фары. О состояние состояния кузова и лакокрасочного покрытия, вообще никто не беспокоился. Мятые бока и ободранная до металла краска, давно стали нормой современной жизни. А тут все ездят чистенькие и целенькие, офигеть!
Ещё одним шокирующим открытием для меня стало, то, что гигантский бетонный забор, который мы видели при въезде, был не единственным. Подобные ему монолитные стены из серого бетона, периодически встречались нам по пути. Они разрезали местность, деля её на сектора разного размера.
Сверившись с картой, Артем спросил у Ивана:
— Куда нам лучше для начала загулить?
Иван задумчиво почесал затылок и ответил:
— Смотря что вам нужно. В Москве есть всё!
Артём призадумался на пару минут, пытаясь сформулировать ответ, не выдавая истиной цели нашего визита и произнёс:
— Нам нужно обменять и продать кое-какое барахло. Закупиться тем, чего у нас нет. А девочки очень хотят попасть в тот сектор, где тусит Московская элита.
Услышав это Иван громко засмеялся. Трезвый и хмурый Кузьмич, не выдержав его громкого хохота, недовольно спросил:
— Чё ржешь, как сивый мерин?
Утерев рукой выступившие от смеха слезы, дезертир ответил:
— А что мне плакать над вашей наивность? Вы всерьёз решили, что зомби апокалипсис изменил социальную пирамиду и теперь любой замкадышь в дешёвом камуфляже, сможет заехать на газели туда, где небожители катаются на своих мерседесах и Феррари?
Кинув взгляд на свой затёртый и местами заштопанный камуфляж, Кузьмич обиженно произнёс:
— Так ты тоже замкадышь и одет нех…я не в Гуччи!
Иван вновь засмеялся и сквозь смех произнёс:
— Так я и не планирую тусить с небожителями.
— А что планируешь?
Заинтересовано спросил я. Мне действительно было интересно, что будет делать парень в чужом для него городе, не имея при себе ничего ценного.
— Пойду в наёмники. Мой опыт позволит мне ходить с караванами или охранять снабженцев, строителей и другим специалистов, ведущих работы в опасных секторах.
— А ты молодец, не пропадёшь! — Искрений произнёс я и сменив тему спросил. — А нам с чего лучше начать?
— Если вы действительно хотите попасть в цивильный сектор, то вам нужны знакомства и рекомендации. А начать следует с хорошей одежды, в камуфляже вы выглядите как прислуга и вас туда даже по рекомендации не пустят. Поэтому советую заехать на «Садовод», он как раз по пути будет, до него осталось немного проехать по МКДУ. А я как раз там выйду и дальше сам буду двигаться.
— Хорошо, Артём рули на «Cадовод».
Произнёс я, пытаясь вспомнить, что я слышал об этом рынке раньше.
Артём молча кивнул, подтверждая, что услышал мои слова и посмотрел на карту, прикидывая маршрут.
— Мы что поедим за шмотками?
С любопытством спросила Яна.
— Да, придётся заняться шопингом и менять нужные вещи, на непрактичное тряпьё.
— Знай мы раньше, что оно потребуется, набрали бы у нас бесплатно целый вагон, ещё бы и тут оптом сдали и наварились.
С сожалением произнесла Татьяна и я был согласен с ней. У нас в Воронеже сейчас строгие костюмы и вечерние платья не пользовались спросом. Поэтому найти магазин, где это было всё это не составило бы труда. И тогда бы нам не пришлось тратиться, да и сами бы наварились. Но реальная жизнь она такая, невозможно всё заранее предугадать.
На съезде с МКАДа, Иван покинул нашу компанию. Напоследок он извинился перед всеми, за то, что знакомство произошло не самым лучшем образом и попросил не держать на него зла. Пообещав, если судьба вновь сведёт нас, оказать любую посильную помощь.
Учитывая ситуацию, в которой он оказался, а также то, что ничего непоправимого он не совершил и не причинил нам вреда, я зла на него не держал. Все остальные тоже.
Едва дезертир из Рязани захлопнул за собой дверь, я практически тут же перестал о нем думать. Всё моё внимание приковал огромный сектор, в котором располагался рынок «Садовод». Сейчас взору открывались только мощные бетонные стены, отделяющие рыночный сектор от других и въезд в него, снабжённый шлагбаумами и вооружённой автоматами охраной.
На въезд образовалась небольшая очередь из машин, которые в принципе довольно быстро преодолевали шлагбаум и скрывались на территории рынка.
Когда подошла наша очередь, Артём остановил машину практически упершись капотом в толстую металлическую трубу, красно-белого цвета, к нам подошел один из охранников.
— Торговати приехалы?
С сильным акцентом поинтересовался у Артёма молодой узбек.
— Да бгат, тогговать. Что же ещё можно делать на гынке?
Произнёс Артём.
Охранник улыбнулся и ответил:
— Да что угодно брат, что угодно! А теперя с вас 10 пятерок, в виде оплати за въезд и езжаите, не задерживайти народ.
Позади нас действительно, уже успела образоваться небольшая вереница машин, ожидающих свой очереди на въезд. Артём кинул на меня вопросительный взгляд, который я понял без лишних слов. Взяв свой рюкзак, я открыл кармашек, в котором находились патроны в калибре 5.45 россыпью и отсчитав 10 шутк, передал их ему.
Артём в свою очередь передал патроны охраннику, тот улыбнувшись в ответ отошел от машины, подав знак рукой другому охраннику, чтобы тот нас пропустил. Вот так вот, просто без инструктажа, лишних вопросов и всего остального. Хотите «Торговати»? Не вопрос, 10 патронов и тогруйтИ. Никах вопросов, правил и вообще ничего, охранник при въезде не разъяснил, только взял мду патронами.
— Слышь картавый, а где было написано, что за въезд надо платить? Может вас развели как лохов и въезд тут бесплатный?
— В пи…де!
Коротко ответил ему Артём.
— Кузьмич, ты вроде уже весь седой, а всё глупости спрашиваешь! Даже