Сейчас Москва не будет нападать на Рязань, слишком большая мощь, благодаря военным была на защите города. И даже если потенциал столицы в разы превосходил военный потенциал Рязани, то победа далась бы большой кровью и сильно ослабила бы Москву. Поэтому пока не столица не подомнёт под себя более слабые города и поселения, Рязань трогать не будут. Её оставят напоследок, на десерт, так сказать.
Если верить Ивану, то военный потенциал Москвы, был предсказуемо очень внушительным. Откуда он всё это знал? Рязань засылала шпионов в столицы. Как, впрочем, и сама столица, в Рязань. Все об этом знали, но воспринимали это как неизбежное зло и боролись с ним спустя рукава. Лениво ловив этих самых шпионов, либо распуская дезинформацию, дабы предоставить неверные сведенья противнику.
История самого Ивана была банально проста. Он заканчивал последний курс училища, когда произошло зомбиапокалипсис. Не раздумывая ни секунды, он вместе с сослуживцами вступил в кровавый бой за город. Ему повезло, не получить укусы в первые дни, когда происходила самая мясорубка и мертвецов было много. Потом он участвовал в зачистке города. Ему, как и другим курсантам, досрочно выдали погоны и офицерские должности, поскольку за месяц боёв против мертвецов и всяких бандитов-мародёров, они прошли более жёсткую школу, чем за 5 лет в училище.
Когда город был полностью зачищен, всех распределили в различные подразделения. Иван был обычным пехотинцем. И всё бы ничего, но ему не повезло с командиром. Толстый капитан с лысиной на голов, был типичным армейским сапогом, с одной извилиной от кепки. Он привык командовать юными, бесправными срочниками, загружая их бесполезной и ненужной работой, вымогая при этом деньги. А как известно привычка вторая натура, поэтому, как только город вернулся к нормальной жизни, капитан вновь принялся за старое. Только на этот раз ему в голову пришла идея доить на деньги контрактников.
Кантрабасы оказались не такими робкими, как недавно оторванные от материнской сиськи восемнадцатилетние юнцы и написали коллективное заявление в военную комендатуру, на капитана.
Только вместо наказания и увольнения капитана, их ждало разочарование. На утреннем построение с красной от гнева плешью, капитан ходил мимо строя, тряся перед носом подчинённых заявлением и брызгая слюной орал. Что они твари неблагодарные и он всех сгноит.
Рецепт безнаказанности оказался очень простым, у капитана в военной комендатуре, в начальниках сидел родственник. Который изъял коллективное заявление и отдал его своему родственничку, попутно уничтожив дело, заведенное на него.
После этого случая взаимоотношения командира и его подчинённых сильно обострились, он при каждом удобном случае, пытался их строить и срывал свою злобу. Чаша терпения Ивана лопнула на рынке, а мы стали невольными свидетелями этого события.
Мне было жалко этого молодого человека, который из-за начальника самодура, разочаровался в военной службе и теперь вынужден бежать в другой город. Претензий к нему из-за метода его побега и направленного на нас пистолета, я не испытывал. Чутьё мне подсказывало, что он пока ещё хороший, неиспорченный человек и только крайние обстоятельства вынудили его так поступить.
За разговорами мы незаметно преодолели 150 км и решили, найти место укромное место для ночлега. Чтобы отоспаться и приехать в Москву с утра, со свежими силами.
Пока искали место для ночлега и готовили ужин, Иван нам рассказал всё, что знал о Москве. Сам он там не разу не был, но знал о ней не мало, со слов тех, кому удалось там побывать. И если верить его рассказу, нас ожидало прелюбопытные место, не похожее ни на, что из посещаемых нами ранее.
Город делился на безопасные очищенные зоны и дикие территории. Безопасные зоны тоже делились на общедоступные и вип зоны, в последние попасть мог далеко не каждый.
А разнообразие всяких банд и сектантов, поражало воображение. Когда Кузьмич услышал о секте коммунистов-некромантов, которые поставили перед собой цель, выкрасть тело Ленина из мавзолея и оживить его, то ржал как конь. А девушки округляли глаза, от рассказов, что в вип зонах работают кафешки с миллеровскими поварами и происходят показы модных нарядов.
Меня больше всего заинтересовали рассказы о бессметных сокровищах, которые из себя представляли огромные заброшенные склады и рынки, в серой зоне. Но целы они до сих пор были не просто так, слишком много опасностей подстерегало тех, кто дерзнёт туда сунуться. Но как говориться помечтать не вредно? Вот я и мечтал, сидя у тлеющих, завораживающих, красных углях костра и слушая рассказы Ивана.
Глава 16
«Садовод»
Проснулся я с первыми лучами солнца и сразу принялся раздувать ещё не до конца стлавшие угли, чтобы приготовить нехитрый завтрак на огне. Минут через 5, услышав мою возню, из-за деревьев появился Иван с сонными глазами. Он дежурил ночью вместе со мной, но ночевать решил отдельно от нас.
Не знаю, что послужило тому причиной. Может он не до конца доверял нам и всё ещё опасался мести за то, что использовал нас как заложников, держа под прицелом пистолета. Для того, чтобы покинуть Рязань, где на него обвялили охоту местные военные. А может просто хотел поспать под открытым небом, на свежем воздухе. Я не стал допытывать его и искать причину, захотел человек спать не в машине, а на природе- его право. Всё равно, скоро мы окажемся в столице и наши пути разойдутся.
Пока вода для каши грелась на костре, я успел вскипятить себе воду в железной краже и заварить в ней кофе. Теперь пытался пить его и чертыхался, обжигая губы.
С восходом солнца проснулись не только мы. Утренею тишину и беззаботный щебет птиц нарушали звуки автомобилей, которые ехали по трассе, в сторону Москвы или наоборот, покидали её с утра пораньше.
Я вспомнил старые времена, когда выезжал из Воронежа в ночь, чтобы попасть в Москву раним утром и избежать пробок. Пробок, о которых по всей стране слагали легенды, в которых можно было потерять полдня или проехать всего три километра, за пару часов.
Хотя конечно вряд ли сейчас люди уезжают из столицы в такую рань, чтобы избежать попадание в пробки. Всё гораздо банальнее, они хотят использовать светлое время по максимуму и проехать как можно дальше.
Приготовив завтрак, я разбудил остальных, чтобы поели горячего. Покрепившись мы покинули укромное местечко, бывшее нам ночлегом и вернувшись на трассу, поехали в сторону столицы.
Близость к Москве отображалась на дороге, по которой мы ехали. В первую очередь стали появляться машины.