Потому Кай со мной и расстался. Я не его поля ягода, и никогда ею не стану. Если он и женится, то на какой-нибудь наследнице, чтобы только увеличить собственные капиталы. Для чего ему нищая бесперспективная я? Любовь? Что-то подсказывало, что там, где есть большие деньги, ее просто нет.
— Держи, — Орхан протянул мне буклет меню, и я отвлеклась на разглядывание оригинально оформленных картинок, — выбирай.
Есть не хотелось, но я знала, что, если не поем, то меня обязательно укачает.
— Цезарь с индейкой и зеленый чай, — озвучила я стюарду.
Орхан выбрал себе какое-то мясо с травами. Еду принесли через минуту, но мне не хотелось на неё даже смотреть. Настроение стремилось к нулю.
Я запамятовала, что весь мой план под названием «расслабиться и получать удовольствие» может удачно расстроиться из-за моих же собственных мыслей. И даже разглядывание чужих пальцев уже не помогало. А подумать было о чём…
— Что? — услышала я и подняла взгляд.
Орхан смотрел на меня, не мигая, словно пытался прочесть мысли. Благо, не мог. Но я знала, что врать, как и молчать, бесполезно. Он просто отвернется, а я буду чувствовать себя еще хуже. Так что пришлось нехотя признаться:
— Самооценка. И не только...
Он перевел взгляд на еду.
— Сравниваешь себя с салатом?
Я выдавила подобие улыбки.
— Спасибо тебе, Орхан, за всё, что ты для меня делаешь. Но я бы предпочла, чтобы этого не было.
— Почему?
Он сидел в метре от меня. Слишком близко, чтобы не чувствовать жар его большого тела и аромат полюбившегося парфюма. А еще он тратит на меня деньги и проявляет интерес к моим чувствам и мыслям. Впору задуматься, а не занимаюсь ли я самообманом?
— Потому что это когда-нибудь закончится, и мне придется возвращаться своей обычной жизни.
— Во-первых, — протянул он, невозмутимо посыпая перцем содержимое своей тарелки, — это время смягчит для тебя неприятные воспоминания о первопричине. А во-вторых, — я снова ощутила на себе его темный взгляд, — кто сказал, что ему обязательно заканчиваться?
Я моргнула. В горле подозрительно пересохло. Мне что, послышалось?
— Ваши напитки, — стюард подкрался незаметно. Расставив перед нами чашки и блюдца, он удалился.
Орхан отвлекся на еду, а я так и осталась сидеть, как громом пораженная. Может переспросить? Хотя, наверное, не стоит… Взяв дрожащими пальцами свою чашку, я отпила половину и вернула ее на столик. Так, пожалуй, хватит с меня на сегодня…
Поблагодарив за угощение, я озвучила, что хочу прилечь. После чего на подгибающихся ногах отправилась в спальню, спиной чувствуя на себе тяжелый мужской взгляд.
* * *
Я так и не смогла понять, что это вообще такое было.
Допустим, что Орхан уже далеко не мальчик, чтобы переживать о мнении родни насчет выбора своей спутницы, и всё же… Или это была проверка?
А может, всё это с самого начала именно проверка меня на вшивость? Не брошусь ли я в первые же дни в объятия своего клыкастого спонсора? Хм… Но это казалось бы логичным, будь мы с Каем на начальном этапе отношений, а так какой смысл? Пора перестать изобретать теории заговоров.
Стоя посреди небольшой, смежной со спальней ванной, я плескала в лицо холодной водой. Щеки горели. Приведя себя в порядок перед сном, вернулась в спальню, приглушила свет и плюхнулась на кровать.
Здесь было прохладней чем в салоне, так что пришлось укутаться в тонкое одеяло. Мысли зудели в голове роем растревоженных пчел, мешая уснуть.
А может, Орхан таким образом лишь пытался поднять мне самооценку? Хотя нет… Он же не нянька и не психотерапевт, так что вряд ли будет лгать только для того, чтобы утешить.
А может, пора уже перестать переживать, и успокоиться?!
Мне с этим мужчиной ещё минимум неделю общаться… Как я буду смотреть на него, зная, что он хочет большего, чем просто общение? Ведь хочет? Или я что-то не так поняла? Р-р-р…
Проклятая самооценка! Любая версия, даже самая сумасшедшая, но никогда — самая простая, если та подразумевает искреннюю симпатию. Неужели я действительно нравлюсь Орхану настолько, что он может предложить отношения? Да нет, бред какой-то. Он меня даже не знает толком. Не на красивые же глаза запал? К тому же они у меня вполне себе обычные.
Зажмурившись, я свернулась в клубок и принялась считать овец, чтобы хоть как-то заставить себя перестать думать. Уловка удалась, и вскоре на меня накатило некое подобие сна.
Я слышала гул двигателя и негромкие разговоры в салоне, чувствовала вес одеяла, и одновременно не могла пошевелиться, зависнув где-то в полудрёме. Обычное состояние ожидания глубокого сна. Он приходит внезапно, в него проваливаешься, как в бездну, чтобы через секунду открыть глаза уже светлым утром.
Только до того, как пришел долгожданный глубокий сон, явился Орхан. Прошуршала дверь, и до моего слуха донеслись его едва различимые шаги.
Они остановились по ту сторону кровати. Видимо, спальня тут была всего одна. М-да, двусмысленно вышло. Но я вроде как не в своей развратной бордовой сорочке, а Орхан наверняка считает, что я давно сплю. Поэтому и пришел попозже, чтобы не смущать.
Думаю, ничего страшного, если мы переночуем в одной постели, не на полу же ему спать? Мы оба взрослые адекватные люди…
Сквозь веки пробился неяркий свет, снова прошуршала дверь, а затем послышался шум воды. Какое-то время спустя глаза опять обожгло светом, и я поморщилась, чуть приоткрыв один. У кровати возвышался мужской силуэт. Стоя спиной ко мне, он бесшумно стягивал с себя рубашку.
Я зажмурилась. Сердце забилось сильней. Надо было взять с собой снотворное…
Матрас прогнулся под чужим весом, и меня обволокло знакомым ароматом. Я невольно стала дышать глубже. Он успокаивал и согревал куда лучше всякого одеяла.
— Орхан? — мурлыкнула я сквозь сон, сама не понимая, что творю.
— М-м? — отозвался тот.
— Что у тебя всё-таки за парфюм?
— Я не пользуюсь парфюмом, Кэри.
Угу, это я уже слышала. Просто на этот раз с чего-то решила, что он захочет признаться… Повернувшись на другой бок, я плотнее закуталась в одеяло и тут же почувствовала горячее дыхание на своём затылке.
— Всё равно я узнаю… — и сон пришел.
Уже проваливаясь в знакомую темноту, я ощутила, как меня притягивают к горячей твёрдой груди и бережно обнимают. Хотя, может, мне всё это только приснилось. Но губы сами собой растянулись в блаженную улыбку, когда аромат этого обманщика заполнил собой всё моё пространство. Глубокий, теплый, многогранный. Каждая нота — недоступное совершенство, созданное специально для меня.