— Нет, — хрипло ответила я, а слезы так и стояли у меня в горле.
Почему так трогательно смотреть на все это, я не понимала.
— Ты можешь еще отдохнуть, — выкрикнул Марат, пока я к ним подходила. — Клянусь, я буду очень аккуратным с Лерой. С ней ничего не случится. Ты, правда, можешь успокоиться и просто поспать еще немного.
— Нет, — одинокая слеза все-таки скатилась у меня по щеке, и я фальшиво улыбнулась, чтобы никто этого не заметил. — Я отдохнула. Можно я прогуляюсь с вами?
— Можно, — улыбнулся Марат.
Было видно, что он искренне этого хочет.
— Только оденься, — напомнил он. — Джинсы надень и ветровку какую-нибудь. Если у тебя нет ветровки, возьми какую-нибудь мою толстовку. В ней, думаю, тебе будет даже уютнее.
— Спасибо, — просияла я. — Я быстро.
— Не торопись, — сказал он. — Мы пойдем вон до того дерева и обратно.
Я кивнула и быстро направилась обратно в дом, чувствуя, как сердце стучит быстрее обычного. Теплота в словах Марата, его забота о том, чтобы мне было комфортно, согревала меня изнутри. Я пыталась сохранить спокойствие, но эмоции накатывали волной. Я не понимала почему так хочется плакать, хотя ничего страшного сейчас не происходило. Может быть я очень боялась теперь это все потерять?
Я надела джинсы, а затем побежала в спальню Марата. Потом пробралась к нему в гардероб и вытащила мягкую синюю толстовку. Нырнув в нее, я тут же утонула в ней, и мне стало приятно что я настолько меньше моего мужа. А еще от нее веяло теплом и уютом.
Я вдохнула ее запах, и сразу вспомнила что вчера Марат пах точно так же. Эта тонкая смесь аромата мыла, парфюма и мужского тела: сильного, мощного и чарующего.
Когда я вернулась на улицу, Лера уже бегала вокруг Марата, напевая какую-то детскую песенку. Конь Мастер остановился на перекус и беззаботно поедал листья кукурузы из большого тазика.
Они выглядели такими счастливыми и беззаботными, что это снова вызвало у меня комок в горле. Но я постаралась взять себя в руки.
— Моя толстовка тебе очень идет, — заметил Марат, а я только сейчас поняла что он впервые со мной искренний.
Сейчас на нем не было этой маски, которой он все время прикрывался. Не было пошлых шуточек и подколов, и я была уверена, это не из-за того, что моя дочь рядом. Он мог завуалировать пошлую шутку, но сейчас он честно мне улыбался и не пытался ничем обидеть.
— Сегодня мы идем на вечеринку, — сообщил Марат, — но если честно мне не хочется. Я бы провел вечер с вами.
— Не хочется? — удивилась я.
— Но ведь там будет твоя… — я осеклась.
Не стоит портить отношения, которые у нас только-только наладились.
— Только ты — моя, — ответил он. — Я понимаю, о чем ты говоришь, и мне бы хотелось прояснить некоторые моменты.
— Марат, можно я принесу своих кукол? — внезапно спросила Лера. — Хочу устроить им чаепите на травке.
— Конечно, крошка, — он ласково погладил мою дочь по волосам. — Делай все. Что тебе хочется. Мой дом — твой дом.
Лера взвизгнула от радости и убежала в дом, а я приготовилась слушать то, что мне хотел рассказать Марат.
Глава 45
— Это правда, что мне нравилась Соломия, — Марат начал без прелюдий, — и я понимаю, как тебе было неприятно это видеть. Какой бы у нас ни был брак, но все же это было бы неприятно любой женщине. Она мне не просто нравилась. Я был ею одержим. Мне всегда нравились женщины, которых нужно добиваться. Нравилась эта охота, это шахматная партия, где победа королевы будет в том, что она сдастся. Как ты понимаешь, Соломия очень долго не сдавалась, и не сдалась до сих пор. Но мне сейчас это уже и не нужно.
— Правда? — я с надеждой взглянула на него.
— Правда, — честно ответил он. — Наверное, больше всего меня привлекало в ней то, что она так и не стала моей. Что она выбрала Артема, но при этом не отпускала меня. Более того, Артем был в курсе, и они удачно пользовались этим.
— Артем частенько вымогал у меня деньги якобы на бизнес жены, но при этом сам использовал их по своему усмотрению. Также Артем разруливал многие проблемы моими руками, ведь иначе эти самые проблемы могли коснуться его семьи. Он тактично не замечал соблазнительные взгляды Соломии, когда она бросала их на меня. Не замечал как она втайне соблазняла меня, но при этом я ни разу не спал с Соломией. Клянусь. Даже не ласкал ее как тебя. Это было выгодно им обоим: они постоянно поддерживали мой интерес к ней, и постоянно выманивали у меня деньги.
— За пару месяцев до нашего с тобой знакомства, я понял, что с меня хватит и отказал им в одном крупном деле. Не дал им денег, а когда они все просрали, я отказался им помочь. На Артема завели уголовное дело. Он вроде как под домашним арестом, но как видишь регулярно нарушает его. Я не лезу в это все.
— Однако положение у них отчаянное и Соломия уже выбрала себе новую жертву. Она танцевала с этим мужчиной на нашей свадьбе. Он крупный банкир, но уверен и он ей уже не поможет. Им нельзя помочь. Они погрязли по уши в своих махинациях.
— Я уверен, что Артема посадят. Соломию — не знаю, и мне на нее уже все равно. Это был просто расчет. Игра на моих чувствах, и я устал от этой игры. Я понял, что никогда не смогу получить от Соломии хоть каплю искренности, а еще я понял, что у меня появилась другая женщина, которая заставила меня думать теперь только о ней. Женщина, которая по-настоящему со мной искренна.
Я смущенно опустила глаза, понимая о какой женщине он говорит. Но все же я промолчала. Не стала напрашиваться на дальнейшие комплементы. Мне было важно дослушать Марата до конца.
— Я реально устал от той жизни, которую вел, — продолжал Марат. — Мне хочется немного отдохнуть. Хочется семью и надежный тыл. Я просто хочу знать, что есть хоть один человек, которому нужен именно я, а не мои деньги, связи и способы решения проблем. Я хочу жить для себя, и для той самой женщины, которая будет искренна со мной. Я просто хочу честности — только и всего. Поэтому я прошу тебя: никогда не лги мне. Пусть лучше горькая правда. Мы всегда можем сесть и все обсудить. Если тебе понадобятся деньги.