Серые глаза внимательно за мной наблюдали, что-то в её лице было знакомым, но что, никак понять не мог. Такое уже бывало, наверняка когда-нибудь меня озарит догадка, но до этого предстояло ещё дожить. Девушка размышляла. Чувствовалась неуверенность и одновременно ярость, казалось, она раздумывала не о том, убивать или нет, а как это сделать.
Наконец сероглазая решилась — многие движения нетрудно предугадать, мышцы напрягаются заранее, корпус поворачивается в нужную сторону, суставы пусть и незаметно, но сгибаются или наоборот — распрямляются, так что прыжок не стал для меня неожиданностью. Убийца прыгнула как самурай, с хлыстом, поднятым над головой двумя руками. Она наверняка ожидала, что я отступлю, и тогда у неё будет достаточно места для того, чтобы прикончить меня первым же ударом.
Я двигаться назад не стал, наоборот, чуть подался вперёд и ударил её в лицо прямой правой рукой, уводя её немного вправо и вложив в удар всю тяжесть корпуса и упор двумя ногами — снизу вверх. Попал точно в нос, очень миленький, но после контакта с кулаком он наверняка стал выглядеть куда хуже, сделался плоским, судя по тому, что девушка продолжала двигаться, хрящ сломался, но сама кость в мозг не вошла. И только потом позволил своему телу повернуться, продолжая двигаться вперёд, и впечатался плечом ей в грудь — под весом падающего на меня тела. Два импульса сложились, мой вес побольше был, но черноволосая нападала сверху, и всё равно, почувствовал, что она поддалась.
Мы вошли в плотный контакт, хлыст тут скорее помеха, чем помощник, и важнее навыки обычной драки. В клинче удар в живот самый удобный, для него практически не требуется замаха, а выбор жизненно важных органов большой, убийца харкнула, выплёвывая на меня сгусток крови, и чуть согнулась, спотыкаясь о валяющееся тело. Ухватил её за волосы, рванул согнувшуюся фигуру к себе и ударил коленом в область сердца. Сильно, даже естественные амортизаторы не особо спасли.
Десантник с активированными модификаторами надо мной только бы поржал, а потом уделал, но здесь, видимо, главным в теле был мозг, с интеллигентами всегда проще.
Незнакомка обмякла, оставалось только аккуратно её поддержать, заломив руку, повалить на живот, и прижать коленом к полу.
Одной ногой я удерживал её поясницу, стопой другой ноги развернул голову, и зажал шею. В таком положении она ещё пыталась сопротивляться, но перестала, когда почувствовала лезвие десантного ножа между лопаток.
— Ещё одно движение, и я перебью тебе позвоночник, — предупредил я шатенку. — Давай, только дёрнись, и будешь потом месяц в капсуле валяться, пока тебя местные безопасники допрашивают.
— Они будут здесь через несколько минут, — прошипела девушка. — Тебе всё равно не отвертеться.
И вот тогда я засомневался. Эта убийца сдаст меня с потрохами руководству базы, и тут уже не надо гадать, кому больше поверят — человеку, который хотел нелегально проникнуть на охраняемый объект, или штатному сотруднику, пусть даже со сломанным носом и хриплым неприятным голосом. То, что я шёл в этом направлении, есть кому подтвердить, тот парень из тоннеля уже наверняка спешит сюда с командой поддержки. Так что лучшим вариантом для меня было отсюда куда-нибудь подальше свалить, туда, где людей поменьше. Это часть базы казалась безлюдной, судя по всему, о ней мало кто знал, и дальше шли вообще неисследованные места. Останется только найти выход на поверхность, потом — штурмовик.
Но и оставлять свидетеля рядом с местом преступления так себе идея — прятаться лучше, когда никто не знает, что ты это делаешь. Убить или не убить?
Внутренний голос требовал прикончить без сомнений и сожалений, но его я уже неплохо изучил. И сам голос, и его советы, которые меня сюда и привели. Приказал ему заткнуться, что странно, он послушался. Может, и правда интегрировался в меня окончательно, и когда-нибудь примет мою систему ценностей.
На секунду я даже пожалел, что в пылу схватки её не прикончил — тогда бы не было этих хлопот и моральных терзаний.
— Пойдёшь со мной, — я вытащил из кармана фиксаторы, иногда полезно с собой грибной инвентарь носить.
Склеил ей ладони за спиной, затолкал в рот кусок её же собственной одежды, откромсанный ножом. Вокруг шеи мотнул нить захвата, тонкую, но очень прочную. Прицепил её хлыст себе на пояс.
— В общем, ты можешь не идти, — всегда считал, что у каждого должен быть выбор. — Но тогда я тебя убью.
Как она умудрилась изобразить спиной презрение, не знаю, но у неё получилось.
— Всажу нож в затылок, и вверх толкну, — продолжил я. — Ни одна капсула тебя не оживит.
Не все навыки общения с девушками были утеряны, как оказалось. Моя противница поднялась, и даже без тычков лезвием в круглую задницу пошла впереди.
— Налево, — скомандовал я ей, и что интересно, девушка первой дёрнулась в том же направлении.
То, что мы пересекли какую-то границу, оказавшись в неосвещённом продолжении коридора, я почувствовал. Мурашки пробежали по спине вверх и вниз, во рту появился солоноватый привкус, словно дёсны начали кровоточить. Пленница пошатнулась, но удержалась на ногах. Промычала что-то. Пришлось вытащить кляп, иногда чужое мнение полезно послушать. И то только потому, что дальше прохода не было, если шлюз, который вёл в эти помещения, был фальшивый, то тут завалило по-настоящему, без бурового оборудования не обойтись.
— Максимум два-три часа, и ты умрёшь, — просипела она. — Неужели ты не чувствуешь?
— Да, что-то такое есть. Значит, если я тебя тут оставлю, через три часа мне не о чем будет беспокоиться? — уточнил я.
— Идиот. Убийство полковника тебе с рук не сойдёт. Я тут могу несколько суток провести, у меня модификатор стоит, а вот тебе крышка.
— Тебе не сойдёт, — вяло парировал я. Если этот труп в чёрном — руководитель базы, его наверняка пришили не просто так, чужая борьба за власть дело поганое, и в него лучше не встревать.
— Я связана и без оружия, ты — вооружён и с повреждённым комбинезоном, угадай, кого из нас схватят в первую очередь. У нас осталось мало времени, и мы в тупике. Ты говоришь, что это я убила полковника, я считаю, что это сделал ты, и пока мы подозреваем друг друга, нас схватят, — рассудила девушка.
В её словах был определённый смысл и железная логика, как и в том, что в таком опасном месте находиться долго