Я бы бывшей преподавательнице Смольного института поставил памятник за терпение. А может, она тоже успела к Анечке привязаться?
Сам батюшка укатил в Новгород. И не по личным делам, не в отпуск, а по сугубо служебным — Новгород-таки начал разбирать поведение череповецкого земства вообще и господина Румянцева в частности, уже засыпал МВД докладами, требуется вмешательство самого министра. Помимо «крамольных» высказываний земцев, за Череповцом числится неплатеж налогов, задолженность служащим по зарплате (я бы еще добавил — что и учителям они постоянно задерживают жалованье), расстройство в дорожном хозяйстве. Господин Мосолов, который губернатор и камергер, мог бы и сам ситуацию «разрулить», но не решался, а хотел, чтобы меры приняли «сверху». И министр внутренних дел не желает прослыть «душителем» свободомыслия.
Господин Толстой подумал, и решил, что лучше-ка пусть товарищ министра лично съездит, поговорит с губернатором, а там они все и решат — оставить ли череповецкое земство, а то и назначить внешнее управление. Удобно перевести стрелку на товарища, то есть, на заместителя?
Вместе с отцом укатила и матушка. Сказала, что и хотела бы побыть вместе с Ваней и Леной, но батюшку оставлять нельзя. Как там родовое гнездо, присматривает ли прислуга за домом? Тем боле, что заодно можно и свое имение навестить, и отцовское. Отцовское — это генерала Веригина.
Правда, есть у меня подозрение, что маменьку достали репетиции, которые устраивали сын и невестка. Понятно, что один раз хорошую песню послушать — замечательно. Можно и два раза, и три… Но, если больше, так уже захочется сбежать.
Родители тоже собираются вернуться к Дню ангела Анечки. Как же иначе, если барышне шестнадцать исполнится? Еще теперь голову ломать придется — что подарить?
Вот ведь, как время бежит. Давно ли Анька соплюшкой была, а нынче невеста. А если учиться дальше передумает, кавалеры появятся? Замуж отдавать придется, а какой муж достанется? Беда такая, если сестренка подросла.
Мы с Леночкой нынче вдвоем. За хозяев остались. Есть еще Кузя, но он предпочитает проводить время во дворе. Не рановато ли парню по кошкам шляться? Да и месяц, вроде не март. С другой стороны — алименты с него никто спрашивать не станет. А дворник недавно пожаловался, что Кузьма сожрал белку, забежавшую из Таврического сада, от нее только хвост остался. Ерунда полная. Белка не мышка, здоровенная, куда же Кузеньке такую съесть? Но если сожрал, то сама виновата. Пусть родственники белки жалобу на рыжего пишут, я разберусь, и отказ напишу.
Часть прислуги родители увезли, у нас осталась одна горничная, да кухарка, но нам с Леной хватает. Кухарка, кстати, не наша — старую отец с собой забрал, а временная. Готовит сносно, а что еще надо? Но я в эти дела не вникаю, супруга есть. У Леночки хорошо получается прислугу строить, она теперь полная хозяйка в доме.
В служебных делах наступило некоторое затишье. Дело по факту убийства Сарры Беккер я до логического конца довел, обвинительное заключение составил.
Не стану описывать подробности эксгумации, скажу лишь, что я присутствовал и на Преображенском кладбище, в той части, где хоронят «инородцев», и потом, в покойницкой Мариинской больницы. Вопросы, заданные следователем экспертам, получили положительные ответы. Смерть девочки наступила в результате черепно-мозговой травмы и проникающего ранения, а гиря, из предполагаемого орудия убийства, стала просто орудием.
Нового дела мне никто не дал, поэтому я высиживал положенные часы в своем кабинете и занимался… Как лучше сформулировать — чем занимался? Нет, не беллетристикой. Крепкогорский уже надоел, пора бы его убить годика на два или на три, а иных идей нет.
А я занимаюсь писаниной иного рода — выполняю распоряжение императора, приславшего мне записку следующего содержания: «Ув. И. А. Очерк по исток. русофоб. прекр. Прошу дополнить его эпохой Петр. Ал.»
Сижу, дополняю. Написал, что первоначально англичане восприняли Петра и его преобразования с восторгом. Петр — цивилизованный правитель в варварской стране, готовый перенимать европейский опыт. Прежде всего — английский. И дружить с Петром выгодно, потому что он дает всяческие поблажки английским офицерам, морякам и инженерам, которые поступают на русскую службу. Большое жалованье они пересылают на родной остров, тем самым способствуя его процветанию и богатству.
Еще царь предоставил Англии право на монопольную продажу табака. Конечно, не от хорошей жизни Петр на это пошел — в дороге поиздержался, а тут английский маркиз подвернулся, предложил отличную сделку, а главное — выплатил аванс.
(Писать, что англичане Россию на табак подсадили? Нет, не стоит. Табак и без Англии бы пришел, не стоит мелочиться.)
Русский царь с охотой берет чертежи английских кораблей, чтобы строить по ним свой флот. Да что там корабли! Даже английские гробы гораздо лучше русских, поэтому Петр их тоже станет внедрять.
И все бы хорошо, пока Россия оставалась битой шведами. С битыми и слабыми дружить приятно. Англичане еще помнили времена, когда беспошлинно торговали с Россией. Да, было такое, когда мы им дали такое право за посредничество в переговорах со шведами. А ведь ситуация, казалось бы, схожая.
Но московиты не пожелали оставаться битыми. Сначала сделали неслыханное — разгромили в Полтавском сражении лучшую европейскую армию, а потом и вовсе принялись оттеснять шведов от Балтийского побережья, подписали выгодный мир, да еще и империей себя объявили.
И тут британцы основательно испугались. Как это так? Дикая и слабая страна, которую сам бог разрешил доить, превращается в мощную державу? В воображении англичан Россия превратилась в государство-агрессор, которое может быть опасно Европе.
Написал.
Вот теперь можно сделать вывод, что в основе русофобии лежит примитивный страх. Страх всегда является основанием для любых фобий.
И еще один вывод напрашивается сам собой — русские, при всей своей неприязни к Англии… Нет, почему неприязни? Английская культура замечательна (если что — это я о себе). Так вот, при всей своей неприязни к английской внешней политике, русские люди никогда не были, и не будут англофобами, потому что мы Англию не боимся.
Ай