Самира согласно кивнула, но посмотрела на меня с лукавым прищуром.
— Ладно, тогда я пойду перекушу. Муж, — сладко протянула она, — не хочешь пойти со мной и… съесть свою сосиску?
Я расхохотался. От такого предложения, сделанного с её неподражаемой интонацией, никогда бы не отказался, да и от ночного перекуса, честно говоря, тоже.
— Конечно, дорогая, раз уж я всё равно проснулся…
— Самира своего не упустит, — хихикнула Лили, и остальные девчонки поддержали её смехом. — Может, и мне к вам присоединиться? Поделюсь сосиской с…
Её фразу оборвали на полуслове. Дверь в спальню с грохотом распахнулась, и в комнату, тяжело дыша, ворвалась Лютик. Её чёрные, как у всей мышиной расы, глаза расширились от ужаса и спешки.
— Бандиты! — выдохнула она, с трудом переводя дух. — Мы… мы только что засекли их лагерь на восточной границе!
Всё, игры кончились. Сон, расслабленность, игривое настроение слетели с меня в одно мгновение, сработал рефлекс.
Угроза? Действуй!
Я рывком сел, в одно движение спрыгнул с кровати и потянулся к своей походной одежде, брошенной на стуле. На раздумья времени нет, сначала действие, потом анализ. Лили и Кору тоже засуетились, торопливо натягивая одежду, чтобы последовать за мной. Пока одевался, мысленно похвалил Люту за усердие. Она, сменив класс, теперь добросовестно обследовала наши границы в полдень и в полночь, а ночное зрение, свойственное всей её расе, делало нашу мышку идеальным часовым.
Зара уже протягивала мне лук и колчан. Перекинув их за спину, я подхватил на руки всё ещё дрожащую Лютик и бросился к выходу, на ходу расспрашивая.
— Что видела? Говори!
Мы уже неслись по лестнице, когда она, немного отдышавшись, начала доклад.
— Дюжина палаток. Судя по размеру, там от тридцати до шестидесяти человек. Я проследила их перемещение по следам, они пересекли границу со стороны Дирстрима. Нашла три места нападений: две засады на дороге и разграбленную ферму, — её лицо помрачнело, а голос стал жёстким. — Они убили всех, кто им встретился на пути, а тела бросили на растерзание стервятникам. Это… это ужасно, Артём!
Кровь застыла у меня в жилах. Вот же ублюдки! Я крепче обнял Люту и побежал по длинному коридору.
— Мы позаботимся, чтобы это были последние невинные, которым они навредили, — процедил сквозь зубы. — Часовые у лагеря есть?
Лютик покачала головой.
— Ни одного, что и неудивительно. Они сейчас пережидают бурю, просто сбившись в кучу.
Буря? Отлично! Вечером тучи висели низко, как свинцовые плиты, так что начавшийся снег не стал сюрпризом. Плохая погода — лучший друг диверсанта.
В прихожей я заставил всех одеться по полной программе: утеплённые штаны, меховые куртки, и главное, защитные очки, которые предусмотрительно заказал для всей своей семьи и рейнджеров. Выйдя на улицу, мы тут же поняли, насколько это было верным решением. Мир исчез. Ветер выл, как раненый волк, и швырял в лицо колкую ледяную крупу, которая норовила забиться под воротник. Дыхание мгновенно превращалось в облачка пара и тут же уносилось вихрем прочь. Температура упала далеко за ноль, обычное дело для северной провинции Кордери в канун Нового года.
С одной стороны, бой в таких условиях — та ещё задачка, но с другой, непогода давала нам идеальный шанс для внезапной атаки. Эти ублюдки сейчас наверняка жмутся друг к дружке у костров, уверенные, что в такую вьюгу к ним сунется только полный идиот. Что ж, один «полный идиот» со своими боевыми подругами уже в пути.
Я сунул два пальца в рот и издал резкий пронзительный свист, который, казалось, утонул в вое ветра, но меня услышали. Сквозь метель донёсся ответный визг, и через мгновение из снежной пелены вынырнула тёмная стремительная тень, Дым, мой верный ездовой ящер и личный «транспорт». Он аккуратно, действуя очень бережно, подхватил Кору и Люту.
Умница!
Взявшись за руки, мы с Лили рванули вперёд, вниз по склону холма, Дым с девчонками на спине нёсся рядом. Снег хлестал по лицу, и я в сотый раз поблагодарил себя за предусмотрительность с очками, без них мы бы ослепли через минуту.
Пока мы мчались сквозь буран, я прокручивал в голове план действий. В зале охраны в Озёрном всегда дежурили три отряда, двадцать семь моих парней, готовых сорваться на задание по первому же приказу. Ещё три группы сейчас патрулировали территорию, наверняка проклиная непогоду и мечтая о кружке эля у камина. Это серьёзная сила для одной провинции, и они точно знали, за что я плачу им жалование. Моим рейнджерам уже довелось однажды подавлять орду монстров, дважды они послужили весомым аргументом на переговорах с дикими племенами и регулярно обеспечивали безопасность наших шахт в горах Гадрис.
Да, иметь под рукой постоянное войско на границе королевства — чертовски правильно, и сейчас я им подкину новое срочное дело. Вылазки в дикие земли к северу — это хорошо, но защищать своих людей от бандитского отродья — святое.
Глава 2
Я лежал, вжавшись в промёрзлую, покрытую ледяной коркой землю, и чувствовал, как мерзкая сырость пробирается даже сквозь утеплённый доспех и шерстяной подклад, въедаясь в самые кости. Каждый вдох обжигал лёгкие колким морозным воздухом, густо замешанным на запахе подмёрзшей хвои, прелой листвы и близкого, но едва уловимого дыма чужого костра. Там, в лощине под холмом, у догорающих чадящих костров копошились серые силуэты бандитов.
Кто-то подбросил в огонь охапку сырых веток, отчего дым стал гуще и едче, парочка человек пошатываясь, отошла в сторону отлить прямо на кусты. Атмосфера в лагере казалась до одури расслабленной и беспечной, разбойники чувствовали себя в полной безопасности.
Глупцы!
Рядом со мной, почти невидимый на фоне свинцового неба, лежал Дым, питомец-раптор, свирепый хищник, который сейчас исполнял роль моей персональной грелки. Его ощутимое тепло было сейчас единственным, что не давало пальцам, сжимающим лук, окончательно закоченеть. Вокруг в белых, как сам снег, маскировочных плащах, замерли более двух десятков моих лучших следопытов, элита поместья. Их маскхалаты, сшитые по моему личному заказу, превращали людей в сугробы с глазами. Все выше тридцатого уровня, закаленные в десятках вылазок, бесшумные, как призраки, ветераны многих сражений без слов знали, что делать.
Кто-то из местных твердолобых аристократов назвал бы это чрезмерной предосторожностью: двадцать семь элитных бойцов, я, моя жена Лили и верный Корвин на какую-то горстку обычных лесных разбойников. Но эти аристократы не лежали в грязи, как я, истекая кровью, понадеявшись на «честный бой». У меня всё ещё не