Через несколько минут я стою у подножия холма с крутой подъездной дорожкой, рассматривая маленький домик в стиле ранчо с голубыми ставнями. Я поднимаюсь по ступенькам и собираюсь постучать, но Сет уже открывает дверь, протягивает мне руку и заключает в объятия.
– Как дела, бро?
– Где она? – спрашиваю я, отстранившись.
Он кивает в сторону коридора, потирая шею.
– В комнате для гостей.
Мне становится немного не по себе, когда я иду туда в указанном направлении. Но затем, толкнув дверь, я вижу Роуз, которая сидит, скрестив ноги, посреди кровати, и напряжение меня отпускает. В ушах у нее наушники, однако она открывает глаза, словно что-то почувствовав. Увидев меня, она прищуривается.
Не успеваю я вымолвить хоть слово, как она встает, подходит ко мне и заряжает хлесткую пощечину.
Мою щеку пронзает жгучая боль, и я вскидываю руку, пытаясь ее унять.
– Ай! Что за хрень?
Она тычет в меня костлявым пальцем.
– Это за то, что ты заставил меня сюда переехать.
– Пожалуйста, не неси чушь, Роуз, – со стоном отвечаю я. – Мне нужно, чтобы ты оставалась здесь, пока я все не закончу.
Она срывает наушники и бросает их на кровать, а затем упирает руки в бока.
– И как долго это продлится, Ник?
Это имя бьет меня, словно удар молнии, и я молча гляжу на нее, моргая и переваривая услышанное.
Она удивленно приподнимает брови, и гневное выражение исчезает с ее лица, сменяясь чем-то более мягким, больше похожим на тревогу.
– Ты в порядке? – спрашивает она.
Я киваю, стиснув зубы.Нет.
– Да.
Ее взгляд скользит по моему лицу, а затем она качает головой.
– Ладно. Я останусь.
Меня охватывает облегчение, и я отхожу к левой стене, сунув руки в карманы.
– Я хотел узнать, как у тебя дела. Ты встречаешься со своим поручителем?
Она со вздохом протягивает руку за спину и хватает подушку, чтобы запустить ее мне в голову.
– Я не видела тебя три месяца, и это первое, что ты у меня спрашиваешь?
– Ты меняударила, – я, хихикая, уклоняюсь от подушки. – Просто я за тебя волнуюсь, вот и все.
– Да… Я знаю, – она кивает, потирая рукой плечо. – Знаешь, а я нашла новую работу.
– Ничего себе!
Ее лицо оживляется.
– Ну, ничего серьезного, занимаюсь вводом данных для какого-то богатого парня, у которого куча приложений, но это весело, – с улыбкой объясняет она. – Мне приятно этим заниматься.
Меня переполняет удовлетворение, и я радуюсь тому, что она, как мне кажется, счастлива. Бросив взгляд на часы у нее за спиной, я вижу, что прошло тридцать минут с тех пор, как я оставил Зика в машине. У меня сводит живот от тоски, когда я понимаю, что мне нужно возвращаться.
– Мне пора, малыш.
Она скрещивает руки на груди.
– Ты же только что пришел.
– Да, верно… это чудо, что я вообще смог к тебе заглянуть.
Она подносит пальцы ко рту, покусывая кончики ногтей, а затем подходит ко мне, берет за руку и выводит обратно в гостиную.
Ладно, я задержусь еще на десять минут, ровно настолько, чтобы успеть переговорить с Сетом и попрощаться.
Роуз падает в мои объятия, обнимая крепче обычного, и кладет голову мне на грудь.
– Обещай мне, что ты не будешь подвергать себя опасности?
Я сглатываю комок в горле, ненавидя себя за то, что мне приходится ей лгать. Что мне приходится лгатьвсем вокруг.
– Обещаю.
– Я люблю тебя, – произносит она, крепко сжимая меня в объятиях, а затем отпускает.
– Я тоже тебя люблю, малышка, – улыбаюсь я ей.
Она карикатурно закатывает глаза.
– Я старше тебя.
Я пожимаю плечами, а затем обхватываю ее за шею и лохмачу ей волосы, ощущая, как в моей груди вспыхивает радость, когда она с визгом пытается вырываться из моих объятий.
Именноэто мне и было нужно. Напоминание о том, что, пока я занимаюсь своей работой, ощущая себя обманщиком, она здесь, ждет, когда я вернусь домой.
Глава 29
Эвелина
Я не люблю наряжаться, однако мне нравится носить каблуки. Да, это не самая практичная обувь, но когда в тебе росту всего пять футов два дюйма[17], а вокруг тебя сплошь опасные мужчины, важно иметь под рукой все, что можно использовать, как оружие. А шпильки, вонзаясь в плоть, причиняют очень болезненные ощущения.
Меня тошнит с тех самых пор, как я проснулась с мыслью, что сегодня вечером состоится благотворительный гала-концерт «На воде». От одного названия меня охватывает паника, не говоря уже о том, что это мероприятие будет происходить на той самой яхте, где мою сестру в последний раз видели живой. С тех пор, как утонула Несса, я не приближалась к воде, но и до этого всегда чувствовала себя рядом с ней неуютно.
Живот у меня бурлит, левой рукой я придерживаю подол изумрудно-зеленого платья, чтобы оно не волочилось по земле. Я чувствую себя голой, отчасти из-за платья без бретелек, но также и из-за того, что оно очень узкое, и под ним нельзя спрятать мой верный «Дезерт Игл».
Морская яхта «Тото» – очень большое судно, с блестящей черной отделкой. Она безмятежно покачивается на воде, небольшие волны мягко разбиваются о ее борта, а на заднем плане мерцает горизонт Чикаго. Это живописная картина – и меня от нее тошнит.
Мои руки дрожат, когда я поднимаюсь по трапу, прижимая к себе сумочку. Я спешу миновать переднюю палубу и направляюсь в обеденный зал, где, насколько мне известно, проходит аукцион. Я протискиваюсь мимо людей, одетых в шикарные костюмы и платья, стремясь попасть в комнату, где можно будет притвориться, что вокруг не океан, а суша.
Не успеваю я войти в главную залу, дрожа от холода, как кто-то грубо хватает меня за руку. Я резко поворачиваюсь, ощущая себя на пределе, но останавливаюсь, увидев, что это Зик.
Он смотрит на меня и улыбается.
– Что ты здесь делаешь? Давай, нам нужно вниз.
– О, я не знала, куда идти, – потому что мой отец, конечно же, не соизволил посвятить меня в подробности.
Я оглядываюсь по сторонам, пока Зик тянет меня за собой, и замечаю Дороти, которая стоит