— А ты кто будешь? Документы есть?
— Как не быть, но для этого нам придется проехать ко мне домой, или покажу паспорт из Госуслуг.
— Галя, хватай его и ехай домой, пока не передумал. — посыпались смешки отовсюду.
— Не пугайте мне мужика, — цыкнула на них Галя.
По виду она самая добродушная из них, а мне нужна жесткая, чтобы руку откусила не задумываясь.
— Может кого еще с собой возьмем? — сделал попытку исправить ситуацию.
— Тебе бы мной управится… — дерзко уставилась на меня Галя.
— Там люди, они азербайджанцы, мало ли чего б не вышло… — попытался объяснить.
— Ну ты их и защитишь, в случае чего. — безапелляционно заявила она.
Такой настрой мне понравился. Я галантно подставил локоть согнутой руки, попрощался с «девочками» и пообещал вернуть Галю в целости и сохранности.
Под смешки с подтектом мы вышли и я распахнул перед своей королевой дверцу.
Глава 21
— Тебя, герой, звать-то как? — устроившись поудобнее на сидении, обратилась ко мне Галя.
— Простите, не представился. Игорь.
— С лицом что?
Я покосился в зеркало на водителя. Нет, при посторонних даже детали операции обсуждать нельзя.
— «Удачное» задержание.
До родного ОМОНа добрались минут за десять. Перед тем как покинуть авто, я накинул водителю «за спешку» и галантно помог Гале выбраться из салона.
Пройдя на территорию, я повел главную участницу нашей операции напрямик к Сереге.
— Ну и рожа у тебя… — присвистнул он вместо «здравствуйте».
— Азербайджанцы наказали… Сергей, позволь тебе представить Галю. Она из опеки и поедет с нами вызволять дочь Маши, с которой все и началось, — я показал на свое лицо.
Серега встал, выпрямившись во весь богатырский рост, и широко улыбнулся.
— Помощникам мы всегда рады.
— Впервые вижу, чтобы нам так широко улыбались. Обычно истерят и ревут.
— Так ведь и с нами такое, только еще норовят оружие применить.
— Значит, сработаемся, — кивнула Галя и бегло оглядела кабинет Сереги.
После короткого знакомства Серый отвел нас в оперчасть, где вскоре собрались еще трое бойцов. Все мне знакомы, не раз бывали с ними на операциях, сердце кольнуло приятным воспоминанием.
Серега провел инструктаж: куда едем, цели и задачи. Затем предоставил слово мне. Не вдаваясь в подробности, я объяснил в двух словах, что от наличия у нас на руках маленькой девочки зависит безопасность всего Циолковска. И добавил, что дело в разработке у Конторы. Так на нашем языке называли ФСБшников.
— С нами едет гражданское лицо, прошу любить и жаловать — Галя, из опеки, — я повернулся и улыбнулся ей.
Радовался, что все пока идет гладко, и бойцы надежные, и с Галей общий язык нашли, и все быстро получилось, и главное, Маша начнет давать показания уже сегодня, а это значит — успеем по горячим следам взять заказчиков.
— Мальчики, я правильно понимаю, что следует изъять ребенка, девочку Наиру, любым законным способом?
— Вообще любым, — вставил я свои «пять копеек».
— Игорек, ты не представляешь, насколько широки мои полномочия, — улыбнулась Галя, а я поежился. Хорошо, что она на нашей стороне.
Серега выразил желание поехать с нами, что очень необычно, он еще при мне перешел на административную работу, а посмотрите, как и меня, тянет его «в поля».
Нашли мне форму, маску, каску, оружие не дали, потому что лицо я все же гражданское. Да и в помещении никакой дурак стрелять не станет, еще и в присутствии детей.
Серега от щедрот поделился своей дубинкой, вот и все оружие, да мне и того не надо, на адреналине голыми руками справлюсь.
Всемером загрузились в тонированный наглухо микроавтобус без опознавательных знаков и двинулись по пробкам на Сапфирную. По дороге связался с Колей, тот сообщил, что ребенок на камеры не попадал, есть надежда застать ее дома.
И конечно, пришлось рассказать про свои «подвиги». С первой встречи на детской площадке до допроса Маши. На моменте похищения автобус разразился ором, смехом, включая Никанорыча — штатного водителя.
— Жену у азербайджанца похитил, пора тебе жениться.
— Он еще и «полковым» хамил, мне приятель тамошний рассказывал. Они ему: выходи, мордой в пол — а этот в ответ: погоди, я не договорил.
Новый приступ хохота.
— А с мордой-то почему так подставился? Забыл навыки? Огражданился?
— Да ничо я не забыл, тебе бы «перец» в лицо ливанули, — огрызался я.
И что мне понравилось, Галя ржала не хуже бойцов, утирала слезы и так же вставляла колкие фразы в мой адрес.
Такое поведение обычно наблюдается среди бойцов после операции, но в этот раз все понимали, что вооруженного сопротивления враг вряд ли окажет. Да, тот, кто по ту сторону закону, для нас всегда враг. Поэтому позволили себе отвлечься и расслабиться. Но ровно до той поры, пока Никанорыч не остановился у высотки.
— Приехали.
Мы натянули маски, каски и гуськом вышли из микроавтобуса. Последними его покинули мы с Галей. Серега шепнул, чтобы я обеспечивал ее безопасность.
Бойцы подобрали ключ, и мы с Галей и Серегой на лифте, остальные по лестнице, поднялись на четвертый этаж.
Серега нажал кнопку звонка.
— Кто там? — из-за двери послышался женский голос.
Галя подняла указательный палец вверх и истошно заголосила:
— Соседи! Вы нас заливаете! Ремонт только сделали, столько денег ввалили. Открывайте немедленно, не то полицию вызову!
Повернулись замки, и дверь открыла молодая женщина.
— Кто в квартире? — легонько развернул и прижал ее к стене Серега.
— Дети и я, — заикаясь, ответила та.
Она пыталась повернуть лицо в нашу сторону, но из захвата Сереги ей не выбраться, это вообще мало кому удается.
— Органы опеки с проверкой, — представил наш визит Серый.
Галя махнула удостоверением перед носом прижатой к стене женщины, но я сомневаюсь, что она что-то видела в тот момент.
— Мне надо позвонить мужу, — сдавленно прошептала она.
— Не положено, — последовал короткий ответ Сереги.
Бойцы в один прыжок осмотрели однушку, из комнаты раздались детские ойки, и я рванул туда. На полу, правда, на ковре сидела белокурая девочка, а напротив черноволосый смуглый мальчик, постарше ее.
Сердце радостно колотилось в груди. Нашли! Успели! Сейчас остались формальности, и я мчусь с ребенком к Маше.
— Так-так-так… — хлопая удостоверением о ладонь, Галя вальяжно зашла в комнату.
— Продуктов для детей в холодильнике нет, готовой пищи тоже. Нарушаем, гражданочка? — кинула она через плечо. — Ой, а это у вас что? Кальян? Вы курите в присутствии детей? А почему дети сидят на полу? Причем грязные. А это пыль? Вас уборку делать не учили?
Претензии сыпались из Гали, как из рога изобилия.