Нажимая клавиши, первым делом она вывела меню содержимого основного диска памяти. Этот список ничего не говорил Коломбо, но она подняла глаза и сказала:
— Если всё это действительно здесь и доступно для поиска, то ничего не изменилось.
Она нажала ещё несколько клавиш, и появилось другое меню, более стилизованное.
— Это программа под названием Folio Views, — объяснила она. — Первое, что я сделаю, это выберу так называемую инфобазу, и тогда смогу в ней искать. Например…
На экране появилась строка URBANGANGS.NFO. Она навела курсор на эту строку, чтобы выбрать базу данных, и экран заполнился текстом газетной статьи из «Лос-Анджелес Таймс».
— В этой инфобазе около сотни газетных и журнальных статей, — сказала она. — Плюс три или четыре научные работы и две-три главы из книг. Посмотрим, если…
Она набрала буквы К-О-Л-О-М-Б-О. Через мгновение экран заполнился новым текстом. В центре экрана имя было выделено жёлтым цветом. Текст был отрывком из газетной заметки и гласил:
«Лейтенант Коломбо из отдела убийств полиции Лос-Анджелеса заявил, что убийство, по-видимому, является делом рук городской молодёжной банды. Он сказал, что подобные убийства становятся всё более частыми, и подтвердил, что многие из них, включая это, совершаются молодыми людьми, вооружёнными высокотехнологичным и дорогим оружием».
Коломбо покачал головой.
— До чего же поразительно, — пробормотал он. — Трудно поверить, что машина на такое способна.
Она изменила параметры поиска, введя три слова: КОЛОМБО, ШТУРМОВАЯ, ВИНТОВКА. Появился экран с текстом из другой статьи, включавший фразу:
«Бейтс был убит выстрелом из штурмовой винтовки, вероятно, китайского производства, сообщил лейтенант Коломбо».
— Всё, что человек когда-либо сказал, может вернуться и преследовать его, — заметил Коломбо. — Что я хотел бы увидеть, если вы сможете найти, мэм, так это черновик сценария для ноябрьского шоу или любые заметки к нему. Думаете, это возможно?
Карен Бергман кивнула.
— Для этого мы используем другую программу, — ответила она.
Пока она переключала программы и искала сценарий или заметки, Коломбо достал из кармана плаща блокнот, затем порылся в карманах в поисках карандаша и в конце концов воспользовался шариковой ручкой из настольного прибора, чтобы сделать запись.
— Я просматриваю его файлы по убийству Кеннеди, — сказала Карен спустя какое-то время. — Сценариев полно, но даты говорят о том, что это сценарии уже вышедших шоу. Девяносто пять процентов того, что здесь есть, — это исходный материал.
— Мэм, вы имеете хоть какое-то представление, что мистер Друри планировал раскрыть в ноябре?
— Нет. Он был довольно скрытным в отношении своих планов, особенно если считал шоу важным. Подозреваю, он боялся, что кто-то сольёт информацию, и другое шоу опередит нас.
Коломбо вышел из-за стола и подошёл к одному из диванов, где оставил конверт с улучшенными фотографиями. Он принёс их ей и спросил:
— Вы когда-нибудь видели их раньше, мэм?
— Да. Он считал их очень важными. Я боялась, что они утеряны.
— У вас есть идеи, кто могут быть эти двое мужчин?
Она покачала головой.
— Думаете, он это знал?
Карен Бергман глубоко вздохнула.
— Не думаю. Мне кажется, он намеревался показать улучшенные снимки по телевидению на всю страну в надежде, что кто-нибудь объявится и опознает этих двоих.
— Мисс Бергман, я должен попросить вас об одолжении. Не могли бы вы вернуться сюда сегодня вечером? Мне нужно собрать ещё кое-какую информацию, которая может оказаться полезной. Кроме того, я хотел бы, чтобы профессор Трэбью был с нами, когда мы будем проводить дальнейший поиск в этих базах данных.
— В какое время? — спросила она.
— Скажем, в семь. Так у вас будет время поужинать перед возвращением сюда.
4
— Я думала, у меня есть время до завтра, — сказала Диана Уильямс.
— Возникло срочное дело, — ответил Коломбо.
— Сесилия, можешь одеваться. У этого мужчины совершенно нет терпения.
Пока модель одевалась, а Диана Уильямс чистила кисти, Коломбо изучал незаконченную картину. Он всегда восхищался работами этой женщины, хотя в некотором смысле они всегда его озадачивали. У девушки на подиуме не было зеленоватых угловатых теней, а у девушки на холсте они были. И всё же каким-то образом эти странные тени странного цвета придавали нарисованному телу больше объёма и жизни, чем было у реальной модели, стоявшей перед ним. В этом, полагал он, и заключается отличие художника. Каким-то образом девушка на холсте была реальнее настоящей. Он решил при первой же возможности спросить миссис Коломбо, что она думает по этому поводу.
Диана Уильямс стояла у рабочего стола, куда уже приколола улучшенную фотографию двух мужчин на Травяном холме. Она поставила палец на человека с винтовкой и начала набрасывать лицо, которое видела. Всё шло так, как и надеялся Коломбо. Своим глазом художника она видела больше, чем он. Она изучала анатомию и знала, что одна из линий, созданных компьютерным улучшением, хотя и логична, но анатомически невозможна; кость под кожей диктовала линию, и она рисовала именно возможный вариант.
— Я бы сказала, нашему стрелку здесь около двадцати пяти, — говорила она, делая набросок. — Судя по тому, как он стоит, я бы также предположила, что за тридцать лет он не набрал и двадцати фунтов. Есть что-то такое в этих высоких парнях: они обычно не склонны к полноте.
— Как бы он изменился? — спросил Коломбо.
— Ну… ты хочешь видеть его таким, какой он сейчас, а не тогда. Хорошо. Допустим, он всё же немного поправился. Скорее всего, это проявится вот здесь, под челюстью. — Она закруглила линию подбородка. — И у него появились бы морщины вокруг рта, вот так. С возрастом веки немного опускаются. Так… и волосы… Судя по фото, они были чёрными. Сейчас они стали бы немного светлее, и носил бы он их, вероятно, совсем иначе, не «ёжиком». Можно предположить, что он не облысел, но линия роста волос, вероятно, немного отступила. Начинает напоминать кого-то знакомого, Коломбо?
— Наденьте на него очки, мэм. В форме «капель», в серебряной оправе.
— Вот так?
Коломбо расплылся в улыбке.
— То, что надо! Миссис Уильямс, вы замечательный художник!
Она криво усмехнулась и покачала головой.
— Посмотрим, что можно сделать со вторым, — сказала она. — Этот куда менее характерный. Он ниже. Лицо более круглое. Допустим, ему было за двадцать. Для своего возраста он был полноват, так что можно