Он опять – уже весело – огляделся, и вдруг его глаза перестали смеяться. Взгляд наткнулся на пару, которую он уже видел сегодня. Он отлично запомнил их. Да и трудно было не запомнить. Эти двое сразу отличались от остальных. Потому что в обществе Цессии не так много детей. Это не Пограничье и не какой-нибудь аграрный мир. Ну, в подземке, утром, детей вообще не встретить. А из этих двоих один был совсем маленьким мальчиком. Примерно того возраста, в котором сам Сигар Сир остался сиротой. Лет восемь-девять.
Первый раз он их заметил еще на станции, там, где делал пересадку. Он хотел уйти с первого яруса подземки на следующий, более глубокий. Вдруг наверху начнется настоящая война. В таком случае удар главных калибров или ракета с линкора может пробить и до первого яруса. Он уже направился к подошедшему поезду, когда на платформу выбежала эта пара. Они быстрым шагом прошли мимо Сигара и дальше к началу трубы поезда. Это было так удивительно – увидеть мальчишку тут, в подземке, среди толпы клерков и работяг. Поэтому на женщину рядом с ним Сигар внимания не обратил, а потом сел в поезд и забыл. И вот теперь он снова увидел их.
На станции у него не было времени разглядывать эту странную пару, но теперь он мог это сделать. Женщина и мальчик сидели впереди на противоположном ряду, так что видно было отлично. Первое, за что зацепился его взгляд, – спецназовские сапоги от бронекостюма на женщине. Длинный плащ доставал почти до пят, но сейчас, когда она сидела, полы раскрылись. "Ну и странная мода", – подумал про себя Сигар Сир, но тут глаза его скользнули выше, и он понял, что женщина полностью в бронекостюме. Плащ накинут сверху на броню. Женщина повернула голову, и их взгляды встретились. Сигар чуть не охнул, но тут же прикусил язык. Он знал эту даму.
Вот это подарок, – подумал он. – Служанка принцессы не может просто так ездить в подземке. Тем более в такой день. И что это за ребенок? Он чувствовал, что это дело связано с новой Императрицей. А чутье никогда не подводило его. Такой шанс нельзя проворонить. Он прикрыл глаза и сделал вид, что спит. Даже сейчас он невольно улыбался. Началась та жизнь, которую он любил. И теперь не надо думать, чем заняться. А это тоже неплохо. Он терпеть не мог безделье. Ведь не идти же ему воевать. Пусть воюют дураки. Он при любой власти выживет. Главное сегодня не упустить эту парочку.
Глава 45
Вовка очень хотел обнять Роки. Он чувствовал, что и она готова сделать то же. Их глаза не отрывались друг от друга, и этого хватало. Взгляды говорили сами за себя. Это тоже было похоже на сказку. Еще десять минут назад Кротов даже подумать не мог, что этот страшный день вдруг превратится в самый лучший. Среди смертей, крови и ужаса словно появился отдельный оазис счастья, накрывший их. Однако долго это счастье продолжаться не могло – жизнь вернула его в реальность. Его коммуникатор вдруг ожил и начал сжимать руку.
Вовка очнулся. Вокруг ничего не изменилось: пленники застыли в нелепых позах и старались незаметно расправить застывшее тело, а ходившие между ними мертвецы равнодушно пресекали их попытки изменить позу. Стрельба совсем стихла, лишь иногда гремел одинокий выстрел игольника.
– Прикрой меня, – прошептал он. Роки тоже очнулась. Глаза стали серьезными.
– Что случилось? – чуть шевеля губами, спросила она.
– Вызов.
Роки удивленно вскинула брови. Вовка и сам был удивлен. Баград Крим предупредил их во время подготовки, что во время проведения церемонии общей сети во Дворце ее не будет. Империя должна была видеть только то, что транслировали официально. Но сейчас коммуникатор тревожно бился, опровергая это. Неужели включили? Тогда отсюда пойдут тысячи сообщений, и Цивилизованные Миры взорвутся. Если это так, то Нифлянцы уже ничего не боятся и считают себя победителями. Но Роки отрицательно покачала головой и шепнула:
– У меня связи нет.
Потом покрутила головой, высматривая караульных, и опять шепнула:
– Сейчас пройдет вот этот мертвец, и у тебя будет полминуты.
Вовка и сам определил это. Пока мертвец пройдет до места, где он разворачивается, ему нужно успеть. Он расправил плечи и сделал страдальческое лицо, такое же, как у сидевших рядом. Боец с драконом на плече прошел мимо. Щитки у мертвецов были закрыты, и понять, куда он смотрит, невозможно. Поэтому Вовка дождался, пока тот пройдет несколько шагов, потом наклонился и прижал руку к животу. Набросил на нее порванную полу костюма и коснулся экрана. Крохотная голограмма всплыла над коммуникатором. Снежа! Вовка сразу убавил звук и приглушил цвет. Голограмма стала почти прозрачной.
– Кротов, ничего не отвечай! – сразу предупредила его Снежа. – Мы вас видим. Мы внизу в центре управления дворца. Теперь покажи, что ты меня слышишь и понимаешь.
Вовка шевельнул пальцами по полупрозрачной виртуальной панели. Он знал, что сейчас у Снежи на голограмме пошли его слова.
– Отлично, – обрадовалась Снежа. – Теперь отключись, сейчас мертвец пойдет обратно.
Он отключился, поднял голову и сложил руки за головой. Роки с надеждой смотрела на него.
– Начали говорить, – беззвучно прошептал он. Роки прочитала по губам, и глаза ее вспыхнули. Появилась надежда. Интересно, как они смогли связаться со мной? – подумал Вовка. Но сейчас это было не главное, и он отбросил эту мысль. Он порадовался, что придумал это: отправить группу в подземелье дворца. Может, это спасет их жизнь. Конечно, тогда он думал о другом – о спасении Гелии.
Как только мертвец прошел их, все повторилось. Опять говорила только Снежа.
– Кротов, смотри план.
Перед ним появилась крохотная прозрачная голограмма места, где они сидели.
– Красным горит колонна, – продолжила девушка. – Там есть проход внутрь. Мы можем открыть его отсюда. Надо придумать, как вам добраться туда. Только быстро.
Вовка опять отключился и стал высматривать колонну, которую видел на плане. Он нашел её. От них метров сто двадцать. Метраж, показанный Снежей, совпадал с реальным. Для него это секунд десять. Пока вскочит, пока наберет скорость. Ну, а для Роки – с учетом того, что ноги и руки у нее уже затекли, – секунд двадцать, а то и больше. Невыполнимо. Их расстреляют прямо на старте. Слишком много мертвецов вокруг. И отвлечь этих роботов ничем не удастся. У них приказ, и они будут выполнять его,