Надо уходить. Первой это высказала Снежа. Она почувствовала, что все это понимают и уже приняли, но никто не скажет первым. Она командир, и она должна брать ответственность на себя. Никто не возразил.
– Сопротивление, – тихо сказала Ранза. Снежа вскинулась. Это было то слово, что крутилось у нее в голове.
– Да, Ранза! Именно! Сопротивление. Мы начнем партизанскую войну. Мы все спецы. И мы еще устроим зеленым веселую жизнь. Мы дома.
Ранза согласно кивнула.
– Сохраняйте все записи себе в коммуникаторы и броню. Все, что есть. Потом разберемся. Сейчас вызову тех двоих, и уходим.
Но сделать это Снежа не успела. Молчаливый Гаэтано вдруг опять взорвался. Он даже повысил голос:
– Вон там! Смотрите!
Снежа среагировала мгновенно. Она остановила голограмму, но там было все то же, что они уже видели, – пленные, сидевшие на коленях.
– Назад, – уже обычным голосом сказал Зардерец.
Снежа послушно начала откручивать запись. Теперь и они увидели.
– Кротов! – крикнула Ранза. – Там Кротов. Увеличь.
Действительно, в ряду таких же бедолаг, на коленях и с руками за головой, сидел Вовка. А рядом, чуть опираясь на него, сидела Роки.
***
Они сидели на коленях и держали руки за головой. Между рядами скрючившихся пленников ходили солдаты в броне с черно-красным драконом на плече. Вовка никогда не видел такой эмблемы.
– Обопрись на меня, – Вовка медленно, так чтобы не заметили ходившие между рядами солдаты, подвинулся ближе к Роки. В этот раз она ничего не стала говорить и привалилась к нему. Прошло уже больше часа с тех пор, как они сидели тут, словно члены какой-нибудь мазохистской секты. Вначале Роки гордо отказывалась, демонстрируя всем, что она совсем не пай-девочка, а боец. Но сейчас, похоже, силы её уже иссякли. Сидеть на коленях, с заложенными за голову руками, это не просто неудобно. Человек не приспособлен к такому. Многие уже не выдержали и упали. Однако это было еще хуже. Мертвецы безжалостно избивали обессиленных и снова заставляли принять ту же позу.
Похоже, у них был приказ, чтобы люди сидели именно так, а то, человек просто не выдержит, это до них не доходило. Измененные самостоятельно ничего не решают – они просто тупо выполняют приказ. Вовка помнил это еще с занятий в Академии. Хотя когда-то они сами были обычными людьми, с горестями и радостями, сейчас это просто роботы. Живые машины для выполнения приказов.
Глядя вокруг, Вовка все больше понимал, насколько он теперь отличается от остальных пленников. Даже сейчас, когда прошло столько времени, он совсем не устал и мог так сидеть еще долго. Ему хватало незаметных минимальных движений, чтобы не дать мышцам застыть. Вовка чувствовал, что когда понадобится, он сможет действовать в полную силу. Похоже, он до сих пор еще не достиг потолка. До сих пор развивается. Серега предупреждал, что все изменения он заметит только со временем. Спасибо, братишка. Сергей словно знал, что это ему понадобится. Хотя, скорей всего, и вправду знал. Но сейчас все его силы ничего ему не дадут. Его просто пристрелят. Серега сразу предупредил, что увернуться от иглы он не сможет.
Если бы не Роки, Вовка может и смог бы сбежать. В самом начале, когда появились Нифлянцы и началась суматоха. Но он сразу понял, что с девушкой это не получится. Она не угонится за ним.А на хрена ему жизнь, если в ней не будет Роки? Поэтому, как только прозвучал приказ сесть на колени и сложить руки за голову, он заставил это сделать упиравшуюся спутницу, а потом сел сам. Получать иглу, как это делали офицеры Императорской Охраны, он не собирался. Это было глупо. В своё время он уже побывал в плену и ничего, вывернулся. А там охраняли не тупоголовые мертвецы, а живые люди, которые соображали и могли сразу среагировать на нештатную ситуацию.
Но то, что он не сбежал, с одной стороны, оказалось неплохо. Он своими ушами услышал то, что предложили Нифлянцы своим пленникам. Вряд ли всё это расскажут подданным. А предлагали зеленокожие совсем немало – по сравнению со смертью или, что ещё хуже, превращением в мертвеца. Ясно, что даже просто за жизнь схватятся многие. Но Нифлянцы предлагали гораздо больше: во-первых, все присягнувшие им сохраняют свои должности; во-вторых, все миры должны функционировать, как и прежде, жизнь должна продолжаться так, как она шла до этого. Должна работать промышленность и наука. Не только работать, но и развиваться. Это обязательное условие.
Даже было непонятно, зачем зелёным надо было нападать, если всё продолжится, как раньше. Но в конце появилось одно дополнение – при каждом правителе будет консультант-наблюдатель. Конечно, Нифлянец. В зале находились те, кто всю жизнь прожил в политике и понимал всю подноготную этой сферы. Они сразу поняли, кто будет править в действительности. Наверняка «консультант-наблюдатель» и будет настоящим правителем. Но это должно было стать проблемой потом, а сейчас они стояли перед выбором – жить или умереть.
Кротов не сомневался, что большинство не будет раздумывать. Те, кто находился сейчас на самом верху в Цивилизованных Мирах, совсем не трусы. Трусы не смогут пробиться и удержаться на таких должностях. И рисковать они тоже не боятся. Без риска в их жизни не проживешь. Но среди них нет героев, желающих отдать жизнь за идеалы. Поэтому все зависело от того, как ответит на это новая Императрица. Если она не поддастся Нифлянам, то коллаборационистов будет намного меньше. Люди есть люди. Даже самые закоренелые прагматики могут иногда поддаться чувствам. Если Гелия откажется, это может поднять волну, и многие поддержат её. «И тогда здесь сразу добавится много трупов», – цинично резюмировал Вовка. Поэтому он, как и весь зал, затаил дыхание, ожидая ответа Гелии.
– Я согласна. Империя будет жить!
Роки дернулась и попыталась вскочить. Она хотела закричать, но Вовка успел закрыть ей рот. Он поймал её, уложил на пол и прикрыл своим телом. Кротов удерживал её до тех пор, пока вокруг не перестали стрелять. Лишь когда мертвецы начали утаскивать тела новых погибших, он поднял её, прижался к уху и быстро предупредил:
– Не дергайся! Если мы умрем, мы ничем никому не поможем. Если выживем, отомстим за всё.
Он понимал и Роки, и офицеров. Именно офицеры Охраны в большинстве своем не приняли выбор Гелии. Сейчас их