Этот мужчина не кажется мне привлекательным. Но он сам ко мне подошел. А все красавчики-спортсмены смотрели сквозь меня…
Мы в кафе. Заказали успокаивающий травяной чай.
- Я Валентин, - представляется мой собеседник.
- А я Валерия.
Нервно хихикаю. У него женское имя. У меня мужское. Но он, похоже, этого не замечает. И я не делюсь с ним наблюдениями.
- Можно на “ты”?
- Конечно.
Он разливает чай. Заказывает зеленый салат. Предлагает мне. Я отказываюсь.
- У меня свой бизнес, - рассказывает Валентин. - Есть квартира, машина.
К чему это все? Я никаких вопросов не задавала. Зато он задает!
- Ты прекрасно выглядишь. Если не секрет, сколько тебе лет? Извини за бестактность, но у меня намерения серьёзные. В принципе и в перспективе, - уточняет он.
- Двадцать девять, - отвечаю я. - А тебе?
- Сорок один. Я мужчина в самом расцвете сил.
Я вежливо улыбаюсь.
- Ты была замужем?
- Нет.
- И детей нет?
- Нет.
Он одобрительно кивает. У меня ощущение, что он меня оценивает, как корову на рынке. А я, вообще-то, себя на продажу не выставляла!
- Конечно, в твоем возрасте странновато не побывать в ЗАГСе…
В моем возрасте? Может, он ещё скажет, что я слишком старая для него?
- Но ты ещё вполне можешь родить. Ты ещё достаточно молода для этого.
Уж не от тебя ли? - думаю я. Все больше раздражаясь.
- Я-то молода. А вот ты….
- А что я? Мужчины не стареют.
- Серьёзно? А женщины?
- Женщина за тридцать, сама понимаешь, уже неликвид…
На этом моменте я встаю. Хочу просто уйти. Но не выдерживаю.
И - выплескиваю свой остывший чай ему на брюки.
- А-а-а-а! - визжит он.
И под его визг я гордо покидаю кафе.
10
Алекс
- Ну ты, Маша, и коза! - произносит батя.
- А что я должна была делать? - парирует моя сестра-двойняшка. - Молчать?
- Свои своих не сдают!
- Эй, а я не своя, что ли?
Мама лупит отца по шее полотенцем.
Машуня нажаловалась матери, что он научил ее сына и, соответственно, своего внука, плохим словам.
- Ничему я его не учил! Просто взял с собой в бар. Ну а там байкеры. Старая гвардия. И новая тоже… по-всякому выражается.
Да, мой отец - байкер. Самый что ни на есть олдскульный. В тусовке его зовут Пашка-Кабан.
- Зачем ты потащил ребёнка в бар? - кипятится мама.
Она тоже из тусовки. Была. Лет десять уже на байк не садилась. Но крутую Багиру все знают и помнят…
- Похвастаться хотел перед пацанами, - объясняет отец. - Внук у меня зашибенский.
- Обязательно в баре надо было хвастаться?
- Ну а где? В филармонию байкеры не ходят.
Я, наконец, заехал к родителям. А там Машуня. Тоже заскочила на минутку. Счастливая… Со своим уже заметным беременным животом. Она ждет второго. Пятый месяц, вроде.
- Что, все блюешь по утрам? - сочувственно спрашиваю я.
- Да уже нет. Всё хорошо. Чувствую, будет девочка…
Машуня мечтательно поглаживает себя по животу. Пацан у нее уже есть. Пять лет стукнуло, Марком зовут.
- А как ты это чувствуешь? - любопытно мне.
- Наряжаться хочется. И на всякие финтифлюшки тянет, как сороку. Не могу мимо бусиков пройти.
Я смотрю на Машуню - и точно, у нее на шее бусики, на руке несколько браслетов, в ушах сережки. Короче, прекрасна, как новогодняя елка.
Машуня приехала на такси, так что я отвезу ее на своей машине.
- Нашел? - спрашивает мама, когда мы уже загружаемся.
- В процессе.
Машуня с отцом непонимающе переглядываются. Но я-то знаю: мама теперь с этой темы не слезет, пока не предъявлю ей девушку.
- В следующий раз обязательно приезжай с Марком! - обращается она к Маше. - А отцу мы рот скотчем заклеим.
- Да я не поэтому! У них в саду сегодня репетиция. Нельзя было пропускать.
По дороге Машуня внезапно поворачивается ко мне и произносит:
- Давай, колись, как ее зовут.
- Лера… - срывается с моего языка.
На автомате. Я даже подумать не успеваю!
- В смысле… Кого - ее? - пытаюсь резко пойти на попятный.
Но от моей сестренки ничего не скроешь. Видит меня насквозь. Не зря мы с ней двойняшки.
- Лера… Красивое имя. И она, наверное, красотка.
- Вообще! - с чувством выпаливаю я.
- Когда познакомишь?
- Да она… Выгнала меня. Вообще не хочет. Ничего.
- А что ей не нравится? - возмущается Машуня.
Она уверена, что я классный. И не понимает, почему мне категорически не везет с девушками.
- Это ты мне скажи! Что, вам, женщинам, надо?
- Да ничего сверхъестественного. Любовь, забота, немного романтики. Ты же в курсе, что девушки любят цветы, комплименты, всякие приятные штуки…
Приятные штуки? Это я могу. У меня одна штука есть… Капец какая приятная в действии. Но она работает только на близком расстоянии. А эта дикая рысь меня так близко не подпускает.
Я уверен: если она попробует, ей понравится. Вот прям ноль сомнений по этому поводу.
- Ты ей цветы дарил?
- Неа….
- А комплименты говорил?
- Ну, вроде…
Наверное, не очень изысканные. В духе своего отца. Надо исправляться!
Машуня выводит из садика Марка.
- Здорово, мужик, - протягиваю ему ладонь.
Он протягивает свою пятерню. Маленькую, но вполне мужскую.
- Здорово. Как сам? - важно спрашивает.
- Все пучком, - отвечаю ему. - У тебя как житуха?
- Да трындец. В углу стоял сегодня, - вздыхает он.
Маша убегает обратно, что-то забыла. А мой племяш произносит заговорщицким тоном:
- Я знаю очень плохое слово. На букву “н”.
- На “Н”? - озадаченно переспрашиваю я.
- Ага, - важно кивает Марк.
Я зависаю. На “н”? Что-то не могу такого припомнить. Прям любопытство разобрало.
- Скажешь?
- Нахуй! - гордо выпаливает мой племяш.
Я выпадаю в осадок.
- Сказал - а теперь забудь. Больше не говори.
- Мама заругает?
- Девчонки будут обижаться. Они плохие слова не любят. Тебе какая-нибудь девочка в садике нравится?
- Мне нравится Вера Павловна.
- Воспитательница?
- Она красивая. И добрая. По голове меня гладит.
Понимаю тебя, чувак. Тоже люблю, когда красивые девушки по голове гладят.