Он кивнул, не спрашивая подробностей. Знал: спорить бессмысленно.
— Тогда возвращайся, когда сможешь, — тихо сказал он. — Мы ещё не закончили.
— Если я вернусь, — ответил я, — значит, у нас получилось.
Мы не стали прощаться. Просто поднялись и пошли в разные стороны. Туман снова начал стягиваться между нами, будто сам не хотел отпускать.
Я обернулся только один раз — Артур стоял на холме, держа клинок, а за его спиной уже собирались люди. Мой путь лежал дальше, но впервые за долгое время я не чувствовал одиночества.
«Теперь они сами по себе — подумал я. — И это правильно».
***
Интерлюдия. Гнев демона
Поле казалось мёртвым.
Всё, что когда-то было землёй и стенами, теперь превратилось в серую пыль. Кривые обломки доспехов торчали из пепла, словно кости мёртвого зверя. Воздух пах гарью и железом. Ни звука — даже ветер, будто не решался пройтись по этому месту.
Из-за холма вышел строй императорской гвардии.
Тяжёлая броня блестела под мутным светом утра, плащи с золотыми солнцами почти не колыхались. Маги шли впереди — лица скрыты забралами, от них тянуло холодом дисциплины и силы.
Командир поднял руку.
— Стоп. — Его голос прорезал тишину. — Будьте настороже. Здесь кто-то сражался. Но с кем?
Ответа не было. Только пепел под сапогами.
Один из гвардейцев присел, дотронулся до земли — и застыл.
— Господин… это не копыта, не когти туманников.
Следы уходили вглубь поля — глубокие, как вспаханные борозды, будто кто-то провёл по земле руками чудовища.
Командир выпрямился, нахмурившись.
— Что-то другое, — сказал он тихо. — Совсем другое. Возможно это то, что мы ищем.
Воздух вокруг начал густеть.
Туман стягивался в одну точку впереди, сжимаясь, будто дышал. Щиты поднялись сами собой, кто-то прошептал заклинание света, но оно дрогнуло и тут же потускнело.
Из дыма вышел демон.
Высокий, с обугленными крыльями и шрамами, которые будто сами пытались зажить и снова рвались. Его глаза горели красным изнутри, когти поблёскивали в полутьме, как раскалённый металл.
Голос звучал глухо, как из пещеры:
— Вы же не станете мне служить?
Командир шагнул вперёд.
— По приказу Императора, мы уничтожаем остатки вражеских сил. Мы не служим демонам.
Демон усмехнулся.
— Остатки? — в голосе не было смеха. — Я — начало.
Туман замер.
Гвардейцы перестроились полукругом, маги подняли посохи. Демон опустил руку — и земля под ним начала чернеть. Воздух пошёл рябью, будто мир не выдерживал его присутствия.
Один из молодых гвардейцев не выдержал. Копьё света сорвалось с руки и полетело вперёд.
Демон просто махнул рукой. Копьё рассыпалось искрами, а стрелявшего отбросило, как тряпичную куклу.
Командир рявкнул:
— По фронту!
Огненные и световые заклинания обрушились стеной. Земля вздрогнула, небо загудело.
Но демон не отступал. Его кожа горела, дымился воздух, но он лишь сделал шаг — и всё пламя будто втянулось обратно в него.
— Слабо, — произнёс он. И рыкнул.
Волна тьмы разорвала строй. Двое магов вспыхнули, превратившись в чёрный пепел.
Командир выхватил свой клинок — узкий, серебристый, с гравировкой солнца. Свет вспыхнул, пронзая мглу.
— За императора!
Он ударил первым.
Демон ответил ударом когтей. Искры, вспышка, волна силы — земля треснула. Командира отбросило, но он поднялся, окровавленный, стиснув зубы. Второй удар прошёл рядом, оставив шрам на броне демона.
Тот зарычал, схватился за рану.
— Вы слабые, но упорные… почему вы ещё живы?!
Командир выпрямился, опираясь на клинок.
— Потому что мы сражаемся за правое дело — прохрипел он. — Ради тех, кто за нами.
Демон замер. На миг — тишина.
Потом раздался хриплый смех.
— Глупцы… но не трусы.
Он шагнул вперёд и ударил кулаком в землю. Вспышка — и всё вокруг взорвалось волной силы. Когда пыль осела, на поле остались неподвижные тела. Их броня почернела, свет угас.
Демон стоял посреди разрушений. Его дыхание было тяжёлым, кровь стекала по груди, испаряясь, не достигая земли. Он пошатнулся, взглянул на свои руки.
— Раньше вы бы не устояли ни секунды… — прошептал он. — Что случилось с этим миром?
Он поднял голову, посмотрел на небо.
— Он пахнет страхом… и свободой.
На миг в его глазах мелькнуло нечто — воспоминание. Древняя битва. Голоса богов и демонов, стоящих плечом к плечу.
Он стиснул кулак.
— Мы дали им время… и теперь платим за это.
Его взгляд повернулся в сторону столицы.
— Император… твои солдаты пахнут отчаянием.
Он шагнул в тень, и мир будто выдохнул.
Только запах серы остался в воздухе, и слабое тлеющее свечение — не пламя, не свет, а остаток силы павших магов.
Небо потемнело.
И казалось, что сама земля запомнила этот бой — как предупреждение.
***
Я шёл один.
Без сопровождения, без знамен, без гулких шагов за спиной.
За мной остались костры, крики людей, смех, гул жизни — всё то, ради чего мы вообще боролись.
Пусть живут. Они справятся. Им не нужен пастух.
Путь был долгим и тихим. Земля под ногами становилась грубее, ветер сушил кожу, солнце еле пробивалось сквозь пыль.
Всё вокруг будто возвращалось к тому, с чего началось — к пустоте.
Холмы, трещины, осыпавшиеся камни — всё это я уже видел когда-то.
Каждый шаг отзывался эхом, как будто я шёл не вперёд, а по кругу, замыкая собственную петлю.
Иногда попадались следы костров — старые, давно выветрившиеся.
Я не помнил, ставил ли их сам или просто прошёл мимо когда-то.
Память в этих местах липкая: стоит задуматься, и уже не знаешь, где кончается прошлое.
Сначала кольнуло в шее — будто старый ожог напомнил о себе.
Потом — дрожь в висках. Лёгкая, раздражающая.
Списал на усталость. Не впервые.
Но воздух впереди сгущался.
Я остановился, прислушался. Тишина. Даже птицы не поют.
Ветер прошёлся по траве — и снова тишина, настолько плотная, что начинаешь слышать собственные мысли.
На горизонте показался лесок, который встретил меня в этом мире. Там осталась арка портала.
Старая, треснувшая, изъеденная временем, но живая.
Свет внутри слабый, но настоящий — ровное дыхание спящего зверя.
От него пахло грозой и металлом.
Я подошёл ближе, сел у основания, положил руки на колени.
Хотелось тишины. Просто сидеть и смотреть на этот свет.
Мысли уходили куда-то далеко, растворялись в шуме крови.
Наверное, впервые за долгое время я не думал ни о войне, ни о людях, ни о богах.
— Домой, — сказал я вслух.