Мой клинок, твоя спина - К. М. Моронова. Страница 19

передумывает и закрывает их. Вместо этого он ведет меня ближе к кромке воды, ведомый лунным светом и волнами, что вздымаются вдалеке.

— Сними обувь, — говорит он, стягивая свою.

Я делаю, как он говорит, все еще лелея теплоту в груди от того, что он делится со мной своим ночным секретным выходом.

Я опускаю пальцы ног на песок и удивлена тому, насколько он теплый даже в холодные месяцы года. Я смотрю на него.

— А теперь что?

— Мы пройдемся и насладимся крупицей чего-то, прежде чем нас отправят прямиком на задание, которое с высокой вероятностью пойдет наперекосяк.

Я сжимаю губы, глядя на свои пальцы ног, которые касаются береговой линии.

— Ты действительно думаешь, что будет так плохо? — говорю я, пока мы идем по пляжу. В этот момент мы могли бы быть кем угодно, только не теми, кто мы есть. Если закрыть глаза и притвориться, это легко может оказаться правдой. Мир, далекий от этого, без шрамов, таблеток и крови.

Он был бы там.

Щеки горят от образа Мори в моей голове, улыбающегося, пока мы делаем что-то обычное, например, жарим яичницу в субботнее утро.

Мори позволяет своим костяшкам нежно коснуться моей руки, и это прикосновение возвращает меня в настоящее.

— Да, думаю. Томас не ошибался на днях. Это, в лучшем случае, самоубийственная миссия. Мне никогда раньше не приходилось сопровождать актив и защищать его. Что, если она не успеет открыть дверь до подхода подкрепления? Что, если она умрет? Капитан Бриджер не позволит нам вернуться без того диска.

Я задумчиво киваю.

— А теперь я тоже убиваю людей, даже не осознавая этого. Я не знаю, как ты с этим справляешься. — Слова вылетают необдуманно и застывают в пространстве между нами, прежде чем я успеваю их обдумать.

Он останавливается, и на его лице проступает мучительное выражение. Мори напрягает челюсть и медленно выдыхает.

— Извини… но, честно, как ты с этим справляешься? Я их не знала, поэтому это не слишком тяготит меня, но что, если бы это был ты, кого я ранила? Не думаю, что смогла бы простить себя, — мягко говорю я. Мои брови сдвигаются, когда его черты лишь больше искажаются от горя и печали.

— Я предал единственного человека, которого когда-либо любил, и никогда не прощу себя за это, — его голос прерывается, и он отводит взгляд.

Во мне вспыхивает боль, и в глазах наворачиваются слезы. Хотя я не знаю почему. Может, мое подсознание жалеет его. Или, может быть, это факт, что он любит кого-то другого, и это ранит меня. Я нежно переплетаю свои пальцы с его и поворачиваю его подбородок к себе.

— Как ты ее предал? — спрашиваю я, понимая, что это немного настойчиво. Он смотрит на меня мгновение, затем бросает взгляд на волны.

— Я убил ее.

Мое сердце сжимается. Он убил того, кого любил?

— Как? — Я должна быть либо очень храброй, либо очень глупой.

Мори позволяет тишине говорить за себя. Я решаю не испытывать судьбу дальше.

Через несколько минут он откашливается и меняет тему.

— Ну, если нам обоим придется беспокоиться о потере контроля, то эта миссия обречена с самого начала. Хотя я склонен убивать только своего прямого напарника в поле. — Его взгляд на мгновение встречается с моим, прежде чем он снова задает темп вдоль пляжа.

Я начинаю на несколько шагов позади, позволяя взгляду задержаться на его спине. Теплый, влажный песок успокаивает нервы, пока я медленно иду по тонкой линии, соединяющей землю и океан.

— Знаешь, я все это время думала, что ты бесчувственный, но почему-то просто не могу представить, что ты причинишь мне вред. Если ты потеряешь контроль, я буду в безопасности, — уверенно бормочу я.

Его руки сжимаются в кулаки, и он не отвечает, пока мы продолжаем идти.

— Скажи мне одну вещь, — я меняю тему, чтобы не провести вечер в мраке.

Он хмыкает.

— Не сегодня, Эмери. — Он снова звучит холодно, отдаляясь, как умеет.

Я останавливаюсь. Он проходит еще несколько шагов, прежде чем замечает и оборачивается ко мне.

— Почему ты помог мне тогда? Если ты нашел меня и видел, что я сделала… Почему ты помог? — Он впитывает меня взглядом с нечитаемым лицом.

— Я просто случайно нашел тебя. Не то чтобы я искал тебя, чтобы помочь или что-то в этом роде. — Он звучит раздраженно, что я могла подумать, будто он способен помочь.

Я коротко выдыхаю. Какой упрямый.

— И все же. Ты мог этого не делать, и, учитывая, что я не в подвале и не заперта, ты смог провести меня мимо Томаса и лейтенанта, так что… спасибо.

Он пожимает одним плечом и беззаботно опускает его, жестом приглашая следовать за ним.

— Это была чистая удача, не ищи в этом глубокого смысла, ладно?

Я улыбаюсь ему вслед и засовываю руки в карманы.

— Ладно.

Глава 10

Эмери

Лейтенант Эрик отдает приказы все утро. Сегодня мы вылетаем на базу Подземелья, чтобы как следует экипироваться для предстоящей миссии. Полет занимает пять часов. Мы вылетели в десять утра, так что прибудем с еще большей частью дня впереди.

Гейдж все это время не умолкал. Оказывается, это он помог мне привести себя в порядок и избежать встречи с Томасом и Эриком. Похоже, он так и не узнал, до чего я дошла. Мори — просто спасение. Просто поблагодарить Гейджа было недостаточно, и теперь он требует мои десерты на неделю вперед, когда вернемся с задания.

— Ладно, только больше не вспоминай об этом, ясно? — Толкаю его в плечо, а он смеется, будто не его же шкура пострадает, если кто-то услышит наш разговор.

Кейден садится рядом и, потягиваясь, откидывает волосы. Уверена, его ноги затекли так же, как мои.

— Эмери, что ты в итоге сделала в виде тату? Ты вчера так рано легла, что никто из нас не успел посмотреть, — с энтузиазмом говорит он. Томас бросает взгляд, но остальные, включая Мори, не проявляют особого интереса.

— Просто линию. — Задираю свитер к плечам, чтобы они увидели.

— Ты просто долбанутая, — с беззлобным смешком говорит Гейдж. Я пожимаю плечами, улыбаясь тому теплу, что возникает во мне от нахождения рядом со своим отрядом.

Кейден бросает на Гейджа неодобрительный взгляд.

— По-моему, выглядит очень современно. Очень элегантно, — хвалит он.

«Если бы он знал, что я сказала Кейт, он бы точно так не думал», — размышляю я.

Мори наблюдает за нашим общением, а затем демонстративно отводит взгляд. Должен же быть способ заставить его раскрыться, как