Ну и ладно. Тётушка Сюнь мягко кивнула:
— Хорошо. Схожу — и скоро вернусь.
Мин И послушно ждала, пока принесут еду. Когда все блюда были расставлены, она принялась за трапезу и одновременно спросила:
— А что господин любит делать в свободное время? Есть ли что-то, чему я могу научиться, чтобы ему понравиться?
Тётушка Сюнь покачала головой:
— Если он вас любит, что бы вы ни делали — всё будет ему в радость. А если не любит, то хоть наизнанку вывернитесь — всё напрасно.
Мин И с досадой прикусила край фарфоровой мисочки:
— Внутри дворца я училась всему понемногу: играть на цине, в вейци, каллиграфии, живописи… Но толку от этого вроде и нет.
— Господин — боевой мастер, — объяснила тётушка Сюнь, неспешно пережёвывая идеально протушенные оленьи жилы. — Увлечён искусством боя, большую часть времени проводит за тренировками. А в редкие минуты отдыха разве что послушает музыку или посмотрит танец.
Мин И согласно кивнула, но взгляд сразу потух:
— А в его кабинет больше нельзя, да? Я правда больше не пойду.
— Кабинет в этом павильоне — не запретное место, — тётушка Сюнь, довольная обедом, заговорила чуть откровеннее. — А вот если вам когда-нибудь выпадет честь жить в главной усадьбе, тогда запомните: туда — ни шагу. Кого бы это ни касалось, самовольное вторжение туда может стоить головы.
Так значит, всё это — лишь его второстепенное жилище?
Мин И вздёрнула уголки губ. Настоящий коварный заяц, что и говорить: три норы ему точно не в тягость. С таким размахом — не иначе как особняк уровня самого гуна. Если этот обширный двор — всего лишь загородное поместье, то каков же тогда его главный дом?
— Кстати, — вспомнила тётушка Сюнь, — господин велел передать вам ключ от кладовой. Отныне счета по этому поместью — ваша забота.
Раньше Мин И ещё недоумевала: как это такой влиятельный человек, как Цзи Боцзай, так легко доверяет ей всё имущество? Но теперь стало ясно — речь шла лишь об этом маленьком внешнем дворце. По сути, её сделали счетоводом без зарплаты.
Хотя… деньги — это всегда приятно. Даже просто смотреть на них — уже весело. А делать всё равно особо нечего, так почему бы и не заняться?
Пообедав, она тут же принялась за работу. Старые книги по бухгалтерии лежали стопками, одна выше другой — пришлось начать с тех, что за текущий год, и просмотреть хотя бы по диагонали.
Тётушка Сюнь зажгла лампу и уже собиралась присесть рядом, как вдруг снаружи раздался странный звук — будто дважды прокуковала кукушка.
Глава 11. Не владеет боевыми искусствами
Обыкновенно кукушка начинает куковать в конце весны или в самом начале лета. Но сейчас — только начало весны.
Тётушка Сюнь замерла на миг, затем быстро потупила взгляд и, повернувшись к Мин И, сказала:
— Старуха должна заглянуть в задний двор — проверить лекарственные травы. Не стану мешать барышне, будьте осторожны.
Произнося последние слова, она намеренно сделала на них акцент — в знак благодарности за совместную трапезу.
Однако эта беззаботная дурёха Мин И как раз с круглыми глазами разглядывала огромные суммы расходов в счетных книгах, и на предупреждение ответила рассеянно, почти не глядя:
— Ага-ага…
И тут же снова уткнулась в счетную книгу, бормоча себе под нос:
— Да что это за румяна такие, чтобы стоили тридцать ляней серебра? Даже если их из золота толкут, всё равно дорого… Надеюсь, это не меня обманули?
— Одежда, что мне сшили, аж на двести ляней! Небеса… Я, пожалуй, откажусь её носить — пусть она носит меня!
— Выпить вина — и то стоит пятьсот?! Что, всё заведение с выпивкой купили?
Щебетала, как воробей, весело и беспечно, без малейшего подозрения.
Тётушка Сюнь только покачала головой, шагнула прочь, и, не издав ни звука, аккуратно прикрыла за собой дверь.
В комнате остался лишь голосок Мин И, бормочущий себе под нос, да нарастающий за окнами ветер.
Похоже, собирается дождь. Порывы ветра трепали оконную бумагу, заставляя её шелестеть и хлопать. Мин И, закончив с несколькими страницами счёта, потянулась, разминая затёкшую шею, и пробормотала: — Почему окно до сих пор не закрыто?
Она встала, подол её юбки с вышитыми золотыми сороками мягко скользнул по полу. Протянув руку, она потянулась к тонкой деревянной палочке, подпирающей створку.
И в тот же миг — тончайшая, как волосок, игла со свистом рассекла воздух, задела её руку и с ужасающей точностью вонзилась в глаз красавицы на свитке, висящем на стене. От неё веяло настоящей убийственной яростью.
Мин И на миг замерла, ошарашенно опустила взгляд: — Что-то упало?..
Она поспешно нащупала в причёске красную шпильку, потом сжала запястье с нефритовым браслетом. Всё было на месте — и только тогда она выдохнула с облегчением.
Никакой реакции, достойной хотя бы начинающей ученицы боевых искусств.
Вокруг воцарилась тишина. Мин И захлопнула окно.
Словно ничего не произошло, она снова уселась за стол. Только потянулась было к счётным книгам — как вдруг поняла: в комнате появился кто-то ещё.
Человек в чёрном.
Чёрный платок, чёрный длинный халат, чёрные глаза — человек стоял в нескольких шагах от стола и молча смотрел на неё, не шелохнувшись.
— А-а-а!!! — Мин И закричала от ужаса, побледнела, как полотно, и с испуганным вздохом отпрянула, спрятавшись за спинку стула.
Незнакомец в чёрном без всяких церемоний выхватил меч — и ринулся вперёд, целясь острием прямо в неё.
Мин И уставилась на приближающееся острие, словно обездвиженная страхом. Она даже не пыталась уклониться, позволяя клинку скользнуть мимо её лица, пока не почувствовала, как по шее пробежал холодок от его убийственного дыхания.
— Ты… ты кто? — прошептала она, дрожа, медленно отодвигая голову в сторону.
Вопрос, который можно задать только в состоянии полной паники.
Человек в чёрном едва заметно усмехнулся. Сразу видно — девица не умеет драться. И ради чего его вообще сюда прислали? Разве тот проницательный взгляд Цзи Боцзая не заметил этого?
Он убрал меч, резко обернулся и исчез за окном.
Мин И всё ещё не могла прийти в себя. Дрожа, она осела на пол, и лишь спустя добрую минуту, наконец, закричала:
— Люди! Кто-нибудь, сюда! Помогите!
На зов поспешила тётушка Сюнь. Подбежала, помогла девушке подняться:
— Что случилось, барышня?
— Убийца! — Мин И возбуждённо размахивала руками. — Человек в чёрном! Он так запросто вошёл в комнату, будто был тут хозяином! Чуть не убил меня прямо сейчас!
Тётушка Сюнь