Покосившись на Дирка, Нэсса буркнула:
— Скорее всего, он сказал нам правду.
— Ну, и на том спасибо.
Я встал и вышел под дождь.
Глава 25
Чем ближе к зиме, тем быстрее летело время.
Дни укорачивались, солнце неохотно проглядывало сквозь тучи. Утренняя хмарь чуть развеивалась к обеду и снова загустевала к вечеру.
Заказы на фотографии поступали теперь лишь изредка, да те я переносил на весну. После занятий в будни я возвращался домой, а если предстояли выходные, то пересаживался в такси и, сняв перстень, ехал подальше от Академии, заходил в какой-нибудь ночной клуб. Пропускал там рюмку-другую, сводил знакомство с дамой посимпатичнее, зависал с ней на пару дней — без последствий и обязательств.
В кампус я заходил от случая, к случаю, там и без меня всем было неплохо. Уна практически переселилась к Бруммеру, а Рунвейге досталась комната в единоличное пользование.
С Нэссой я почти не общался. Мы кивали друг другу, встретившись в коридоре, обменивались дежурными фразами. Она так и не сообщила родственникам об «инее» в подвале, поскольку фактов предъявить не могла, и эта ситуация её напрягала. Впрочем, как мы и прогнозировали, в истории с суперкраской возникла долгая пауза. Все участники выжидали, не проявляя активности.
Иногда я общался по телефону с Финианом, который отслеживал, как дозревают кристаллики. Те медленно, но верно утрачивали лиловый оттенок и набирали силу. К моменту, когда события вновь ускорятся, я рассчитывал получить полноценную серебрянку.
Однажды Илса попросила меня зайти.
В её комнате я застал и Рунвейгу. Барышни ворошили бумаги, которыми был завален письменный стол. За окном всё было в снегу — деревья, асфальтовые дорожки, газоны.
— Хочу похвастаться, — улыбнулась Илса. — Та книжка, что ты мне презентовал, меня позабавила, и я решила поэкспериментировать в этом стиле. Сейчас у меня как раз настроение рисовать — погода способствует, гулять уже холодно. В общем, мне захотелось сделать историю про красивую агентессу на красивой машине. Правда, как ты догадываешься, я ничего не понимаю в секретных миссиях. Особенно в том, как они выглядят в деталях. Зато у меня есть замечательная подруга и консультантка, всамделишная частная сыщица. И самое главное — она умеет придумывать увлекательные сюжеты!
— Илса преувеличивает, — сказала Рунвейга. — Придумываем мы вместе, но я подсказываю, как сделать правдоподобнее. И насчёт техники предлагаю идеи. Кстати, заметила — в твоём комиксе технические устройства и транспорт напоминают те, что есть в моём мире, но выглядят более продвинутыми. В тот мир, где ты купил книжку, трудно попасть? Я бы заглянула.
Я потёр подбородок. В первые недели после того, как Рунвейга вступила в клан, я присматривался к ней и не торопился излагать свою биографию. А затем как-то не находилось повода для серьёзного разговора на эту тему.
— Ладно, — сказал я, — слушай.
Новость о том, что я тоже пришлый, Рунвейга восприняла спокойно.
— У меня возникали догадки на этот счёт, — сказала она, — но я не ломала голову. Не вижу принципиальной разницы, если честно. Это конфиденциальная информация? Спасибо, что поделился, я разглашать не буду, конечно. Но мир действительно интересный.
— Он ещё дальше от базового, чем твой. Труднее пробиться. Может, как-нибудь и заглянем, если получится. А пока показывайте ваш комикс. Что вы там напридумывали?
Выходило у них вполне симпатично.
Дело происходило в вымышленном мире, где правили аристократические династии, опираясь при этом не на магию, а на технику. И вот, значит, они сумели договориться между собой и решили строить орбитальную станцию. Та внешне напоминала цветок с раскрытыми лепестками — явно идея Илсы. Но коварный злодей вознамерился сорвать эти планы, и на его поимку отрядили красавицу со шпионскими навыками и с неисчерпаемым запасом нарядов.
Агентесса неуловимо напоминала Рунвейгу внешне, но с уклоном в пин-ап. У неё был изящный флаер и кот, который сопровождал её в путешествиях. Даме предстояло побывать во всех климатических поясах — на предварительных набросках, по крайней мере, она позировала то в белоснежной меховой парке, то в купальнике.
— Как ты считаешь, — спросила Илса, — выглядит не слишком наивно? Я Рунвейгу прошу всё время, чтобы она меня почаще одёргивала и добавляла суровости. Это уже подправленный вариант, если что.
— Нормально, — сказал я. — Вы же не философский трактат рисуете. Но пока у вас тут только концепция, нет сюжетной детализации. Ну, если исходить из того, что вы собираетесь забабахать именно комикс, а не просто разрозненные картинки. Или вы уже наигрались? На этом всё?
— Нет, — сказала Илса, — я увлеклась. Так что, если терпения хватит, доделаем. Но мы с Рунвейгой слегка разошлись во мнениях, что у нас будет дальше в сюжете. Мне кажется, главная героиня ближе к концу должна найти жениха, красивого и порядочного, а Рунвейга хихикает. Как ты думаешь?
— Зависит от того, — хмыкнул я, — кому вы адресуете этот титанический труд. Если девочкам — жених нужен, скорей всего. Хотя комиксами, если не ошибаюсь, больше интересуются парни. Но это я про свой мир, а как оно здесь — понятия не имею. И вообще, если ты рисуешь для развлечения, то тебе и решать.
На этом заседание редколлегии завершилось.
Зима набирала ход.
Периодически я тестировал следопытское фото, ведущее в Калифорнию. С каждым разом оно приоткрывалось всё больше — и наконец я почувствовал, что оно пригодно к использованию. Я подсчитал — на той стороне шёл к концу декабрь.
Прилепив фотографию к стене, я накинул лёгкую куртку, сосредоточился и шагнул в протаявший переход.
В Лос-Анджелесе дул тёплый ветерок, было градусов пятнадцать-шестнадцать. Светило солнце и зеленел газон возле двухэтажного здания, куда заселилась летом Шиана.
Но дверь в квартиру мне никто не открыл. Почесав в затылке, я постучал к соседям. Выглянула девчонка примерно моего возраста, чернокожая и с роскошными дредами.
— Привет, — сказал я. — Ищу Шиану, твою соседку. Она ещё здесь живёт, не подскажешь?
— Живёт, ага. Они, правда, с Мигелем на Новый год собирались переезжать, но пока вроде ещё здесь. Попробуй после обеда.
Съездив в ломбард, я прогулялся по городу, а во второй половине дня вернулся.
Стук в дверь — и та отворилась. Из-за порога на меня смотрела Шиана. На несколько секунд она замерла, будто