Хьюи нехотя продолжил чтение.
Спустя сорок восемь часов ультрарадио, работающее в режиме ожидания, связалось с ними от имени Объединенного Патруля. Крейсер летел рядом, и шлюпка обернула «Стоутфеллу» тонким, но сверхпрочным тросом и вернулась на Патрульный корабль. Трос был необходим, потому что магнитные захваты были бесполезны на оболочке корабля, покрытой Металлом Надника. Потом корабль был подтянут лебедками поближе, и между люком «Стоутфеллы» и Патрульного корабля был установлен воздушный переходник.
— Что вы будете делать? — в отчаянии спросил Хьюи.
— Как можно меньше говорить, — многозначительно сказал Надник, — и, разумеется, впустить их.
Он нажал кнопку, открывающую люк воздушного шлюза, поскольку переходник уже был герметизирован, внутренние и внешние двери скользнули в стороны.
Патрульный-марсианин в фиолетовой форме прошел в рубку в сопровождении его напарника с Земли в такой же форме. Марсианин тут же выругался и с неприятным щелчком закрыл откидные створки своих ноздрей, находящихся по бокам морщинистой шеи.
— Воздух слишком насыщен влагой, — пропищал он. — Не были бы вы столь любезны уменьшить влажность?
— Ну да! — усмехнулся Патрульный-землянин. — И лишить меня единственной возможности подышать настоящим воздухом, которого я был лишен девятнадцать дней? — И он сделал глубокий вдох, позволив воздуху увлажнить его пересохшие легкие.
Поскольку не имелось никакой золотой середины, воздух на Патрульных кораблях был слишком сухим для землян и слишком влажным для марсиан, поскольку марсиане бесчисленные поколения жили на исчерпавшей водные ресурсы планете, в их организмах развился накапливающий воду метаболизм, которого не могло быть в условиях излишка влаги.
— Кто тут командир? — пропищал марсианин.
Надник поднял руку, и марсианин тут же повернулся спиной к Хьюи.
— У нас приказ из главной конторы обыскать и разоружить ваш корабль согласно статье 398 Марсианско-Земного Соглашения.
— Это подозрение в пиратстве, — добавил землянин.
— В пиратстве? — вскричал Хьюи с наконец-то прорвавшимся негодованием. — В пиратстве? Да что вы о себе возомнили? Вы хоть думаете, что делаете…
На затылке марсианина открылись три маленьких глаза.
— Какие функции исполняет этот шумный несовершеннолетний? — требовательно спросил он, поглаживая рукоятку висящего на бедре бластера.
— Он — мой экипаж. Успокойся, Хьюи.
— Да, успокойся, парнишка, — любезно сказал землянин. — Приказ есть приказ, и его надо выполнять. Не станешь же ты с нами драться. Мы только выполняем свой долг.
— Оставь их, Хьюи, — вмешался Надник. — У нас мало оружия, пусть забирают хоть все. Имеют полное право. — И когда марсианин вышел из рубки, ученый обратился к патрульному-землянину: — Приказ исходил из Совета Патруля?
— Конечно.
— А кто подписал его?
— Советник Эмиль Бьёрнсен.
— Бьёрнсен? Новый член Совета? А какое он имеет на это право?
— Согласно Уставу Совета. «Если какой-то вопрос вынесен на голосование, то принятое решение выполняется за подписью Председателя Совета, кроме тех случаев, когда решение выносится перевесом в один голос. Тогда оно должно исполняться за подписью того члена Совета, чей голос оказался решающим в принятии решения». Последнее голосование прошло как раз после вступления Бьёрнсена в должность. И именно его голос оказался решающим.
— Понятно. Спасибо. Думаю, вы не можете сказать мне, а кто выдвинул такой приказ на голосование?
— Простите.
Полицейский быстро прошел по рубке, проверяя каждый дюйм пространства. Несмотря на негодование, Хьюи невольно восхищался его умелой работой. Он молча стоял у переборки. Когда дошла очередь до него, полицейский опытными руками провел по телу паренька и ловко вытащил у него из бокового кармана маломощный духовой пистолет.
— Думаю, он тебе не нужен, — сказал полицейский. — Он не может убить никого крупнее таракана, но формально это все же оружие.
Быстро оглянувшись, чтобы посмотреть, не вернулся ли марсианин со склада, полицейский легонько хлопнул паренька по губам и что-то прошептал ему на ухо. Когда марсианин вернулся, полицейский уже заканчивал с рубкой, а Хьюи с обиженным удивлением наблюдал за ним.
— Странная штука, — пропищал марсианин, выводя на экран изображение мелкокалиберного пистолета и нервно-паралитического излучателя. — Никогда не слышал, чтобы марсианский Советник отправлял патрульный истребитель за парочкой кретинов, отправившихся в круиз.
Они отдали честь и ушли. Через пару минут корабли разошлись, а через пять разрушитель виднелся уже только пятнышком на экране. Надник улыбнулся Хьюи.
— Напрасно ты вышел из себя, Хьюи. Когда патрульный отобрал у тебя тот игрушечный пистолет, я думал, ты укусишь его.
— Ну, — смущенно пробормотал Хьюи, — все в порядке. Я думаю, пистолет был мне и не нужен.
Наступила тишина, пока Надник проверял герметичность воздушного шлюза и показания прибора давления воздуха. Наконец, он спросил:
— А ты не хочешь ничего мне сказать?
— Что именно?
— Например, что прошептал полицейский тебе на ухо. Или хочешь хранить это в тайне для кульминации, в лучших традициях научно-фантастических книг?
Хьюи, вообще-то, так и собирался.
— Вы ничего не упускаете, да? — спросил он. — Да не было ничего особенного. Он сказал: «У вас на хвосте болтается маленький частный марсианский корабль. Вероятно, несколько дней вы будете видеть его на экране в виде пятнышка, но не принимайте его за наш истребитель, прежде чем разберетесь. Так что наблюдайте за ним.
— Гм-м… — Надник уставился на экран. — Что-нибудь еще?
Он сказал это так, словно чертовски хорошо знал, что было и еще. Хьюи покраснел, лишенный своей тайны.
— Только то, что на борту его Бьёрнсен.
— И это еще не все, — сказал Надник с ничего не выражающим лицом.
— Честное слово, все, — запинаясь, наивно признался Хьюи.
Надник покачал головой, сунул руку в карман и протянул что-то Хьюи.
— Вот, держи, — сказал он. — Полицейский сунул его мне в карман на выходе с такой же легкостью, как вытащил из твоего.
Хьюи восхищенно, со слезами на глазах, уставился на свой пистолетик.
— Очень ловкий молодой человек, — добавил Надник. — Он еще успел разрядить его.
Три недели спустя профессору Наднику пришлось выключить экран, потому что Хьюи был не в силах оторваться от него. Полицейский оказался прав. Светящаяся точка истребителя постепенно тускнела, пока не достигла яркости в 0,008, затем несколько дней оставалась такой же, а потом стала снова расти, пока парень уже не сумел разобрать корабль. Это был не Патрульный истребитель, маленький марсианский спортивный корабль со стремительными обводами. Хьюи ни о чем не спрашивал, потому что и сам знал, что марсианин был несравненно быстрее и маневреннее «Стоут-феллы». Это раздражало его не меньше, чем спокойное принятие Надником факта, что за ними следуют по пятам, и, может быть, они уже никогда не вернутся на Землю, тем более, с астероидом