Он не понимает. Озадачен настолько, что хмурится, сведя брови к переносице.
— Я сделал что-то не так? Или сказал? — Молчу, часто сглатывая, потому что неожиданно начинаю задыхаться от подступающих невовремя слёз. — Это из-за Лены? — Вспышка, и лишь спустя несколько секунд понимаю, что он говорит о сестре. — Она лишь исполняет прихоти мужа, и лично к тебе это не имеет никакого отношения. Или из-за Алекса? Обещаю, он к тебе даже не приблизится, а оскорбления… Он уже получил своё в Томске, когда посмел высказать гадкие предположения о тебе. — Марков ударил родственника из-за меня? Не знаю, чем я шокирована больше: его беспокойством обо мне или тем, как легко босс об этом говорит. — Вита, не молчи.
— Мне нужно идти, — с трудом выдавливая из себя, неистово борясь с желанием остаться.
Сесть рядом с ним и пить приготовленный с заботой кофе из белоснежных кружек. И много говорить: о себе, о нём, о нас. Честно. Но именно в этом самом «честно» проблема. Потому что в него включены моя ложь и его связь с Ленкой. И последнее не исключаемо. Оно есть, существует, стоит между нами. И никуда от этого не деться.
— Останься. Пожалуйста.
Он просит? Он просит. Подкрепив эту просьбу тоскливым взглядом и завораживающим телом. Но согласиться, значит, утопить себя уже сегодня, сейчас. Первый же вопрос — причина рассказать обо всём. Конец всё равно неизбежен: сейчас или потом — неважно.
Медленно приближаюсь к Маркову, обхватываю его лицо ладонями и целую: глубоко, жадно, развязно. Не двигается, всё ещё удерживая кофе.
— Просто это не моя история. — Смотрю на него, оглаживая пальцами лицо. — Она чья-то. И меня здесь быть не должно.
Стараюсь улыбнуться, но ком, подступивший к горлу, не позволяет быть искренней. Он не понимает, и растерянность на дне карего взгляда является тому подтверждением.
И пока я не изменила решение, отступаю и, схватив сумочку, выскакиваю из квартиры. Не жду лифт, рванув к лестнице, но уже через несколько пролётов жалею о скором решении, потому что высокие каблуки не лучшая обувь для бега. Добравшись до первого этажа, ловлю на себе взгляд охранников. Плевать, это не их дело. К тому же они меня больше здесь не увидят.
Вызываю такси, которое приезжает через две минуты, и пока еду домой, убеждаю себя, что поступила правильно. Марков же напоминает о себе непрекращающимися входящими звонками, а затем и сообщениями.
Марков А.А.: Я сделал что-то, что тебе не понравилось?
Марков А.А.: Поговори со мной. Если не можешь сказать лично, напиши в сообщении.
Держусь, чтобы не разрыдаться в такси. Водитель смотрит на меня в зеркало заднего вида, видимо, предчувствуя истерику. Часто дышу, успокаивая себя, но когда за моей спиной закрывается дверь квартиры, даю волю эмоциям.
* * *
Вот уже несколько часов сижу в одной позе, словно пошевелись я, и всё станет реальным.
Понедельник и необходимость идти на работу. Я проснулась, собралась, села на кухне и не заметила, как сначала прошёл час, затем два, а после четыре. Так и не смогла заставить себя подняться и пойти туда, где Саша и вопросы, на которые я не хочу отвечать. Точнее, не могу.
Вчера, оказавшись дома, я думала, думала, думала… Прокрутила множество вариантов, так и найдя верного. Потому что его нет в принципе. Но после ночи с Марковым появилась ещё одна сложность: поговорить с Леной. Босса я уже потеряла, работу, видимо, тоже, осталась подруга.
А она напоминает о себе с самого утра. Они с Марковым, будто сговорившись, звонят поочерёдно. По разным причинам или по одной?
Ленчик: Нужно поговорить. Срочно. Перезвони мне.
Марков А.А.: Вита, поговори со мной.
Лишь бросаю взгляд на телефон, прочитав шапку сообщения, но не прикасаюсь. Жужжание не прекращается, словно они решили испытать на прочность смартфон, который не был готов к такой активности.
— Пусть всё катится к чертям…
Произношу в пустоту, откинувшись затылком на стену и погрузившись в паршивые мысли. Они не оставляют меня, а подсознание всё ещё в поисках решения. А может, мой Марков не Ленкин Марков? А вдруг? Слишком отличающиеся характеристики в рассказах подруги. Или мне просто хочется так думать?
Спустя шесть часов заставляю себе встать. Тело затекло настолько, что сложно двигаться. Выхожу на балкон, открываю окно и смотрю на город, накрытый тёмно-серым небом. Тоскливо и пусто. Прям как у меня внутри сейчас.
Изучаю тесное пространство, вспоминая, что давно хотела разобрать коробки, которые стоят здесь давно и уже никто не помнит, чем они наполнены. Половину выбросить, а оставшееся рассортировать, чтобы освободить немного места. Взгляд падает на пакет, а я, напрочь забыв, что в нём, развязываю. Тут же кривлюсь, вспоминая о костюме, оставленном здесь месяц назад. Запах нисколько не выветрился, впитавшись в ткань. Ещё немного и здесь заведётся какая-нибудь жизнь, которая уничтожит одежду, а заодно и мою квартиру. Не мешало бы всё-таки отнести его в химчистку, чтобы спасти хорошую вещь, которая мне ещё пригодится.
Увлечённая идеей, звоню маме и прошу занять небольшую сумму, пообещав отдать через месяц. Задаёт много вопросов, видимо, уловив грусть в голосе, но я отмахиваюсь и обещаю поговорить с ней позже. Она всё понимает, не выбивая из меня подробности о нынешнем месте работы и причинах увольнения. Я уволилась сама. По собственному желанию.
Как только приходит сообщение о поступлении средств, переодеваюсь и спешу в химчистку. Но перед этим долго смотрю на обручальное кольцо, а затем снимаю и бросаю в мусорное ведро. Оно должно было оказаться там в первый же день.
Проезжаю шесть остановок на метро, сдаю костюм, который будет готов к выдаче через два часа. Ехать домой нет смысла, поэтому иду в ближайший парк и занимаю место на лавочке. Конец апреля не радует теплом, но сейчас мне нужно отстраниться от тяжёлых мыслей, заполнивших собой всю меня, и решить, куда двигаться дальше.
Искать работу. Срочно. И начать с завтрашнего дня. Не лгать: ни себе, ни будущему работодателю. Поговорить с Ленкой, которая не оставляет попыток мне дозвониться. А вот Марков, отчаявшись, перестал набирать мой номер. Так лучше. Особенно для него.
Спустя час, окончательно замёрзнув, направляюсь в кофейню и, устроившись за столиком, потягиваю горячий напиток. Не замечаю, как пролетают два часа, поэтому иду в химчистку, чтобы забрать костюм, который на удивление больше не пахнет тошнотворным парфюмом Зыкова. Интересно, он нашёл секретаря?
Ленчик: Ты мне нужна. Срочно!!!