Ивор замер, вглядываясь в мое лицо так, будто видел меня впервые. Его гордость, его ненасытное желание быть лучшим, быть единственным для меня – все это сейчас работало на отлично.
– Ты предлагаешь мне ад в обмен на право быть твоим героем? – он усмехнулся, и в этой усмешке была прежняя опасная сила. – Хорошо, Сейди. Я пойду. Я буду охранять твоих людей. И я сделаю так, чтобы Кейос каждый день видел – даже в его проклятом Изломе ты полагаешься на меня, а не на него.
Я кивнула. Это был холодный расчет, лишенный романтики, но именно он гарантировал успех. А иначе с психами вроде Ивора и не справиться.
Тяжелая дубовая дверь захлопнулась, отсекая холод казематов и ядовитый хохот Ивора. Я промчалась по бесконечным коридорам Академии, не отвечая никому на приветствия. Только оказавшись в своей комнате, я со щелчком повернула замок и привалилась спиной к дереву.
Нервная дрожь, которую я сдерживала перед Ивором, теперь прорвалась наружу. Руки тряслись так сильно, что я не смогла с первой попытки расстегнуть воротник платья. Сползла по двери на пол, обхватив колени.
– Что я наделала… – прошептала я в пустоту гостевой комнаты.
В ушах все еще гремел лязг антимагических цепей. Перед глазами стояло лицо Ивора – бледное, острое, с этим жутким азартом палача в темно-рубиновых глазах.
Да, я спасла ему жизнь. Вытащила из петли, которую он уже набросил себе на шею. Но какой ценой?
Я дала безумцу цель.
С одной стороны можно было бы себя похвалить – я мгновенно нашла выход из положения, едва только Ивор заговорил о самоубийстве, и виртуозно разыграла его гордость как по нотам, только вот меня тошнило от осознания собственной жестокости.
Ивор не изменился и похоже уже не изменится. В нем не было раскаяния. Только жажда реванша и собственнический инстинкт, который теперь стал еще острее.
– Справиться с психом… – я судорожно вздохнула, закрывая глаза. – Боги, я сама становлюсь такой же.
Страх перед Ивором, который я так успешно скрывала за маской деловитости и скепсиса, теперь расцветал внутри ледяным цветком. Я видела безумие, плещущееся на дне его взгляда. Это была не тихая сумасбродность, а яростное, выжигающее всё на своем пути пламя Рагнаэров.
Я подошла к окну, глядя на то, как рассветное золото заливает двор Академии. Страх перед безумием Ивора, начал медленно отступать, вытесняемый сухим и четким осознанием реальности.
Если он сорвется в Изломе, если его ненависть к брату перевесит контракт… я не смогу его остановить. Никто не сможет.
Впрочем, снова лгу сама себе – я точно знала, кто сможет удержать не только Ивора, но и самого хозяина Предела Теневого излома.
Этот человек сейчас спал на моей постели, уставший после ночного боя, и я планировала… сделать его своим мужем.
Я соглашусь на брак со Штормхейдом. Впрочем нет, не просто соглашусь – я устрою этот брак на своих собственных условиях. Сейчас это был не просто логичный ход – это был единственный вариант развития событий, в котором я оставалась в выигрыше.
Будить Рейвена я не стала, напротив, принесла плед и укрыла своего будущего мужа. Постояла, вспомнила его поведение в Пределе Теневого Излома… Он мне чем-то тогда отца напомнил – такое же непробиваемое спокойствие, уверенность и решительный поиск выхода из даже самой критической ситуации. Раньше я думала, что так только папа может, но невероятным образом мне удалось найти мужчину, похожего на него в этом. И должна признать, такой мужчина устраивал меня куда больше гипотетического юноши, робко вопрошающего разрешение на поцелуй.
И чем больше я в принципе размышляла о нашем брачном союзе, тем больше находила положительных моментов. Во-первых, я планировала создать свою Академию магии для факультетов бытовой магии и ритуальной архитекторы – хватит, достаточно поиздевались над ними теневые маги, пусть теперь учатся самостоятельности, и учатся отдельно. Раз уж это Академия Теней, вот пусть и обучаются в ней только теневики. А для того, чтобы заставить всех теневых подчиниться, мне нужен Штормхейд. В конце концов, раз я его свет, пусть он будет моим силовым аргументом в любом споре.
Во-вторых, хозяин Предела Теневого Излома еще не знает, с кем связался – я начну с осторожной помощи в деле выращивания аграрных культур, а закончу полномасштабной торговой экспансией. Если уж военные поставки коррумпированы насквозь и туда не пробиться, я захвачу гораздо более прибыльный рынок. Напрасно Йору смеялся надо мной, но об этом он узнает позднее, гораздо позднее… сюрпризом будет.
В-третьих, несмотря на весь свой холодный рассчет, я не могла допустить гибели Ивора из-за меня. Да, я ненавижу его, да боюсь до крика, но если рядом со мной будет Штормхейд… Вспомнились слова Ивора «Я хочу увидеть лицо Штормхейда. Увидеть тот миг, когда он поймет, что ты ему не достанешься». Ивор-Ивор, придется тебе смотреть на свое собственное лицо, потому что достанусь я именно Рейвену. И, если честно… представить себя его женой я могла, более чем. Это даже вызывало некоторое предвкушение, особенно моменты с поцелуями. Но я буду не я, если не заставлю Штормхейда воплотить в реальность мою мечту о первом поцелуе – пусть страдает, заслужил.
В четвертых – ситуация с Тенью изменилась кардинально, и теперь, когда я ее союзник, мне можно не бояться мучительной смерти, а значит самое страшное – пять стен родового поместья, мне не светят. К тому же я не Ингрид, да будет ей земля пухом, и снимать защитные артефакты не стану, как и передвигаться без охраны. Эти небольшие предосторожности в обмен на полную свободу – отличная сделка.
И последнее – глупо было бы не признаться самой себе, что мне нравится Рейвен. Причем понравился сразу, с первого взгляда, и нравился все сильнее, до тех его слов про лучшего ученика. В принципе сейчас я понимаю, что Штормхейд отчаянно пытался поступить правильно, вот и старался меня оттолкнуть. И кто знает, может и вышло бы, но проблема в том, мне нужна была и есть не только любовь, но и защита от того безумия, которое я собираюсь сама же выпустить на свободу.
И совсем честно – я не могла представить себя рядом с Ивором – он был моим самым страшным кошмаром. Я не могла представить себя и с Кейосом – он