Слушая звонкий голос Симады, я обессиленно закрыл глаза.
– Симада-сан, эй, Симада-сан. – Сбоку раздался грубый голос Ооиси. – Я что-то все еще не соображу. Не соизволишь объяснить более понятно?
– Разумеется, – ответил Симада и замолчал. Похоже, он пристально наблюдал за мной. – Итак, хоть это и не в моем стиле, давайте я кратко объясню логическую цепочку, которая и привела меня к истине. Откровенно говоря, изначально у меня не было никаких догадок. Я лишь смутно ощущал некую форму. Возможно, сначала мной двигало нежелание признавать, что мой друг Цунэхито Фурукава является преступником. Но если говорить объективно, единственная «разгадка» прошлогоднего инцидента выглядела просто как отчаянная попытка вынести вердикт на основе хоть каких-то имеющихся фактов.
Итак, когда я вчера приехал и выслушал всех вас, то окончательно убедился, что смертельное падение Фумиэ Нэгиси было не несчастным случаем, а преднамеренным убийством. Исходя из этого, подозреваемыми были четверо: доктор Митамура, профессор Мори, Ооиси-сан и Масаки-сан. По хронологии я мог бы добавить и Курамото-сан. Это было бы в случае, если бы его показания о том, что он увидел падение Фумиэ из окна столовой, оказались ложными. У остальных, а именно у Киити, Юриэ-сан и Кодзина-сан были алиби, поэтому, по крайней мере, в этом они не были виновны. Что ж, подумал я. Если допустить, что Фумиэ Нэгиси была убита, то зачем преступнику нужна была ее смерть? Размышляя об этом, я застрял в поисках ответа. На основании имеющихся фактов я не мог найти причину, по которой потребовалось ее убивать. Это была первая преграда на моем пути.
– Следующим вопросом стало исчезновение Цунэхито Фурукавы. Как же он сбежал со второго этажа второго крыла? Полиция объяснила этот момент «недосмотром» со стороны доктора Митамуры и профессора Мори, сидевших в зале на первом этаже, однако я подумал, что это было слишком поспешно. Выслушав вас подробнее, я только укрепился в этом мнении. Сначала мне пришла мысль, которую можно назвать табу в детективных романах: где-то на втором этаже спрятан тайный проход. Однако, как вы сами знаете, ничего подобного там не обнаружилось. Тут я снова наткнулся на огромную преграду… К слову, профессор Мори.
– Что?
– Помните, как я сказал про «еще одну вероятность», когда мы осматривали комнату № 5 на втором этаже?
– О да. Это было как раз перед тем, как выключилось электричество.
– Именно. Тогда я подумал, что Синго Масаки, который как раз был в то время на втором этаже, мог помочь Кодзину-сан сбежать. То есть Кодзин-сан выскользнул из окна наружу, а после Масаки опустил на том окне щеколду. Однако я быстро отказался от этой идеи. Как я позже удостоверился, в окно той комнаты не смог бы пролезть взрослый человек. Окна в туалете и ванной были намертво закрыты. Окна в коридоре и комнатах были одинаково спроектированы; и даже если устранить проблему со щеколдой, все равно выбраться через них человеку было бы абсолютно невозможно. Эту ситуацию можно было бы описать как идеальную запертую комнату. Однако оттуда все же исчез человек. Мне пришлось кардинально пересмотреть свое миропонимание, раз я не разделял идею побега из-за банального «недосмотра» со стороны доктора Митамуры и профессора Мори.
Наверное, больше всех удивился этому невозможному происшествию ты, Масаки-сан. Для тебя загадочное исчезновение Кодзина-сан было как нельзя кстати. Всем пришлось поверить, что он украл картину и сбежал. Ты совершенно не планировал, что доктор Митамура и профессор Мори будут в зале в такой поздний час. Разве не так? Звучит просто, но как же я намучился с этим. В конце концов ключевым фактором стало твердое желание раскрыть загадку, решительно не прибегая к версии с «недосмотром». Другими словами, когда я все до конца обдумал, то понял, что невозможная ситуация неизбежно приводила только к одному ответу – именно потому, что она невозможная. На самом деле ответ был до абсурдности простым.
Симада на несколько секунд замолчал, будто учитель, который ждал вопросов от учеников, и посмотрел поочередно на Мори, Ооиси и Курамото.
– «Недосмотра» не было. Как и не существовало тайного прохода. И все же человек действительно исчез. А если он исчез – значит, физически выбрался из пространства. В таком случае, если исключить лестницу на первый этаж, не оставалось другого пути наружу кроме окон, а побег оттуда был невозможен. Здесь требуются более тщательные рассуждения. Человек не смог бы выбраться из тех окон. Однако, когда мы говорим «человек», мы подразумеваем «живой человек». Живой человек в тех условиях совершенно не мог выбраться, факт. А если подойти с другой стороны? Ведь человек мог бы попасть наружу, если бы был мертв и разрублен на куски. То есть если принять за факт, что Цунэхито Фурукава исчез из того пространства, то останется единственное объяснение: он мог исчезнуть, только будучи расчлененным.
С губ Мори и Ооиси сорвался глубокий вздох. Симада продолжил:
– Сомнения в «недосмотре» и предвзятое мнение, что преступником был Цунэхито Фурукава, помешали найти истинный ответ. Разумеется, еще одной завесой, скрывающей этот ответ, стали показания самого Масаки и Юриэ-сан, утверждавших, что они видели живого Фурукаву. Цунэхито Фурукава был мертв, когда исчез со второго этажа второго крыла. Он был расчленен и выброшен из окна… Если взглянуть на прошлогодний инцидент через призму этой, казалось бы, дикой теории, то он обретает весьма стройную и четкую форму.
Если допустить, что Фурукаву убили и расчленили на втором этаже второго крыла, то сделать это мог только Синго Масаки. Получается, расчлененное тело, обнаруженное после, принадлежало не Синго Масаки, а Цунэхито Фурукаве. Той ночью Синго Масаки убил Фурукаву, вернувшегося в комнату № 5. Затем он снял с него одежду, бросил ее в ванной и расчленил тело на шесть частей, используя заранее приготовленные мясницкий нож и топорик. Скорее всего, он упаковал части тел в черные полиэтиленовые пакеты и выбросил в окно. Так же он избавился от одежды и инструментов. Он воскурил благовония в комнате, чтобы замаскировать запах крови. Инсценировав «побег» Фурукавы, он подал знак сообщнику о завершении плана, используя фонарик или зажигалку.
– Сообщнику? – спросил Мори, поправляя очки. – То есть Юриэ-сан…
– Верно. Сообщником Масаки могла быть только Юриэ-сан. И когда он подавал ей сигнал, этот странный свет случайно и увидел Курамото-сан из своей комнаты.
* * *