Обхватив её обеими руками, я начал ногами нащупывать стену того колодца или глубокой ямы, в которой оказался. До ближайшей стены было примерно метр. Перенеся своё тело в её сторону, я и начал подтягиваться вверх. И уже очень скоро, моя рука вышла из воды на воздух – я оказался совсем неглубоко и поверхность была близко.
Тем временем боль в моих лёгких становилась невыносимой. Меня отчаянно тянуло сделать вдох, но я понимал, что стоит мне его сделать, и я умру. Как только вода наполнит лёгкие, у меня будет всего несколько секунд, до того, как я потеряю сознание и останусь в этой ледяной могиле навсегда. Корчась эти несколько секунд в агонии, стоит добавить.
Но сдаваться так просто было не в моей природе. Я подтянулся ещё выше и попытался протиснуться в пространство между этим злосчастным куском дерева и, как я уже почувствовал руками, стеной земли. Изо всех сил я тянул себя наверх, но дерево не уступало. От отчаяния мои руки впились в землю на поверхности ямы, а в том, что это была именно яма, теперь у меня не оставалось сомнений. Это не помогало: мне не хватало сил, чтобы преодолеть тяжесть балки.
Я перевернулся в воде, так, чтобы, упёршись спиной в земляную стену, попытаться ногами хоть немного сдвинуть балку и расширить проход. Мои ноги давили изо всех сил. Тех немногих, что были в моём теле. Ничего не помогало. От отчаяния я даже начал помогать себе одной рукой, второй же цепко держась за землю на поверхности: если я её отпущу, с огромным шансом, из-за скользкой поверхности стены, в которую я упираюсь спиной, давление ног лишь загонит моё тело вглубь ямы. А мне нужно ровно обратное.
Огонь только продолжал ярче разгораться в моих лёгких, и боль становилась невыносимой. Как невыносимым становилось и желание сделать, наконец, этот проклятый вдох.
— Я не сдохну в этой яме! – от отчаяния и перенапряжения попытался прокричать я, но вода мгновенно хлынула в мой открытый рот, заглушив все звуки.
Я упорно давил из последних сил… и она поддалась! Мои ноги смогли передвинуть её! От чувства эйфории я был готов радостно заорать! И мои лёгкие сократились…
Поток ледяной воды огненной лавиной хлынул в моё горло и дальше, прямо в лёгкие… Адская боль прокатилась по телу. Мои лёгкие словно разрывали на тысячу кусочков прямо на моих глазах, попутно жаря эти частички на костре.
Сознание вновь начало уплывать от меня…
Но моя вторая рука лишь сильнее вцепилась в землю, глубоко зарывшись в неё пальцами. У меня было всего несколько секунд до того, как я умру…
“Я не сдохну в этой яме!” – пронеслась мысль в моей голове.
Превозмогая боль и надвигающуюся тьму, я развернулся, а моя вторая рука ухватилась за край земли. После чего вложив все свои силы, всю свою боль и отчаяние в этот последний рывок, я силой, опираясь на руки, выдернул своё тело из водной гробницы.
По инерции оно завалилось вперёд, и я полностью вывалился на землю. На твёрдую, приятную землю.
Только для того, чтобы окончательно потерять сознание.
***************
Чёрные грозовые тучи неслись по небу, исторгая из себя потоки воды. Сильный ветер подхватывал крупные капли и кружил их в хаотичном танце. Настоящий бальный танец, как в лучших домах Карлингии…
Вот капля-кавалер, подчиняясь позыву ветра, подлетает к капле-даме и приглашает её на танец. Они сливаются в единое целое и кружат по бальному залу, выделывая различные шаги и повороты, принимают разнообразные позы. Такие, что, казалось, ещё немного и они разделятся, перестав быть единым целым, но потом вновь стремительно соединяясь в единую каплю-пару. И таких пар в небе кружилось десятки, сотни, тысячи. Создавая самый большой и разнообразный бал в мире…
И все они несутся вниз на огромной скорости. Навстречу своей смерти… Навстречу моему лицу…
Резкая вспышка осознания пришла в мою голову.
— Я ещё жив? – хотели прошептать мои губы, но лишь брызнули скопившейся во рту водой.
А затем я полностью пришёл в себя.
Боль, словно гигантским молотом ударила по телу. Вернулось всё то, что я чувствовал в яме, только значительно сильнее.
По мышцам прошёл спазм и меня скрутило, ноги подтянулись к телу сами. На секунду моё тело замерло, словно малыш в утробе матери, после чего другой резкий спазм распрямил его. С такой силой, что казалось ещё немного и мои сухожилия порвутся прямо сейчас. А вместе с этим – лёгкие выдавили из себя часть воды.
Я ощущал себя полностью беспомощным – сейчас я совершенно не контролировал своё тело, оно двигалось само на каких-то неведомых рефлексах, пока моё сознание плавало в океане агонии.
Сокращение – и меня снова сжало вместе. Одно резкое распрямление – ещё одна часть воды вышла из лёгких.
Я не знал, действительно ли было необходимо каждый раз так скрючиваться, чтобы постепенно выхаркивать из себя воду, но сейчас я совсем не контролировал движения.
Ещё пара таких повторений, и я смог, наконец, осознанно сделать вдох. Контроль медленно возвращался ко мне, а вместе с ним медленно уходила и боль.
Не забыв за компанию прихватить и моё сознание.
Я снова проваливался во тьму…
***************
К тому моменту, когда я очнулся, вокруг уже потемнело, но дождь… Этот проклятый дождь и не думал заканчиваться. Поэтому я лежал уже в приличных размеров луже.
Медленно, с трудом управляя своими мышцами, я поднялся на ноги и осмотрелся: черные облака, конечно, перекрывали небо, но и без них было понятно, что сейчас глубокий вечер. А вокруг меня безжизненными скелетами лежали обломки домов.
Их деревянные вперемешку с соломой и глиной крыши обрушились вниз, а брёвна стен были основательно раскурочены. Так словно по этому поселению прошёлся гигантский монстр, который огромными когтистыми лапами терзал маленькие домишки, силясь добраться до сладкой плоти их обитателей.
— Какого чёрта?! – прошептал я себе под нос.
Ничего не помню.
Осмотревшись вокруг, мой взгляд остановился на тех развалинах, из которых я недавно сумел выбраться. Обычный с виду деревенский сарай, но что-то в нём меня смущало.
Внимательно присмотревшись к нему, в моей голове словно вспышка возникло воспоминание – местное отхожее место.
Я едва не утонул в деревенском сортире.
***************
Первой моей реакцией был заливистый смех.
— Потомок древнего драконоборческого рода едва не