И это еще хуже, чем если я просто кому-нибудь нечаянно-специально сломаю руку при встрече.
Сбегать за парнями? Но они, по идее, еще на парах, и я даже не знаю на каких. А пока буду искать их по всей академии, этот неизвестный гость может сто раз уйти, а хорошо бы узнать, кто так активно мной интересуется.
Не знаю, какое бы решение я приняла в итоге, если бы ко мне вдруг не подошла Эмма:
— Ты чего замерла с задумчивым видом? — спросила подруга, поправляя на голове съехавший пуховой платок.
— Ты-то мне и нужна! — обрадовалась я. — Сбегаешь, найдешь моих парней?
— Твоих парней? — округлила глаза Эмма. — Это каких?
— Ну, аэреновцев, — чуть раздраженно поправилась я. — Найди и приведи к парадным воротам.
— Зачем? — опешила Эмма, но я не стала вдаваться в подробности.
Взяла ее за руку и, посмотрев в глаза, попросила:
— Просто сделай это для меня и сделай быстро.
— Хорошо… — медленно кивнула Эмма, а я зашагала в сторону парадных ворот.
За спиной раздался перестук каблучков — подруга побежала искать ребят.
И только сейчас я сообразила, что назвала всех игроков в аэрен «моими парнями». И это было так легко и так естественно, что само сорвалось с языка.
В середине обычного буднего дня у парадных ворот было малолюдно. Те, кто учатся — на парах, те, кто отучился — в столовой, а те, кто прогуливает — в городе.
В домике Октависа были задернуты шторы — он то ли ушел, то ли дремал после обеда.
Идеальное время для встречи, которую хочешь спрятать на самом видном месте!
И уже подходя к воротам, я поняла, что меня ждет.
Горум Лост в обычной одежде без знаков студенческого отличия стоял у ворот и, заложив большие пальцы в карманы брюк, перекатывался с пяток на носки и обратно.
Я подошла к границе территории академии, и носки моих туфель встали четко по эту сторону следа от ворот на брусчатке. Демонстративно посмотрела налево, затем также демонстративно посмотрела направо, ища своих воображаемых братьев. И лишь после этого как будто заметила Горума. Внутри поднялась волна паники: «Он знает! Он знает!», но усилием воли я взяла себя в руки.
Он не может знать наверняка. А, значит, не надо давать лишних поводов догадаться.
А потому я скользнула по нему взглядом и огляделась. Парень же с любопытством посмотрел на меня.
В первую нашу встречу мне не удалось как следует его рассмотреть, зато теперь, возвращая любопытный взгляд, я оценивающе посмотрела на него.
Он не был ни высоким, ни широкоплечим. Про таких говорили — жилистый. Наверняка сильный и очень цепкий. Старший Лост идиотом не был и, говорят, сына воспитывал в суровых условиях. Что, думаю, весьма пригодилось парню после того, как папочка отправился за решетку.
У него были волосы невыразительного русого цвета, но модная стрижка как будто придавала цвета. Глаза холодные, серые, а лицо — идеальная маска, скрывающая истинные эмоции и чувства.
В чем он был омерзительно похож на собственного отца.
— Угадала, — широко улыбнулся Горум, как будто я задала какой-то вопрос.
Но я решила изображать дурочку до упора.
— О чем ты?.. — приподняла я брови и с очень озабоченным видом снова осмотрела пространство вокруг. — Ты не видел здесь кого-нибудь еще?
— Только я, — парень развел руками.
— Странно… — пробормотала я и развернулась, собираясь уйти.
За спиной раздалось недовольное цоканье:
— Норд, стой! Есть разговор.
Я с трудом сдержала радостную улыбку! Все-таки ему нужна Норд, а не Лаян. Значит, разговор пойдет об аэрене. Что не может не радовать!
Я медленно развернулась и вопросительно приподняла бровь. Горум выжидательно посмотрел на меня, видимо, думал, что я радостно поскачу навстречу интересной беседе.
— Не хочешь, не знаю, выйти, например? — недовольно произнес парень. — Или так и будем перекрикиваться?
— Не хочу, — спокойно ответила я. — Капитан запретил высовывать нос за пределы академии на время турнира.
Горум хохотнул:
— Ваш капитан полный трус!
Нет, кажется, я начинаю понимать, почему парни тогда влезли в драку с этим паршивцем, и почему Микаэль в прошлый раз чуть не полез на него с кулаками. Горум имел какую-то сверхспособность бесить окружающих.
Парни после такой оскорбительной фразы наверняка бы кинулись поправлять хаму лицо. Но я-то на такие дешевые трюки не ловилась, и мнение какого-то придурка меня мало волновало.
– Если это все, что ты хотел сказать, я пошла, — заявила в ответ.
Горум скривился и сменил тон:
— Ладно-ладно, погоди, не горячись… Но я действительно хочу поговорить.
— Говори, — скрестила я руки на груди, продолжая стоять по эту сторону границы академии.
Парень помедлил, сделал пару шагов навстречу и замер на расстоянии вытянутой руки от меня.
— Я знаю, что ты из небрагородных, в аэрен пошла, чтобы устроить свою жизнь…
Я приподняла брови, и едва не распахнула рот от удивления. Сдержалась в последний момент, а Горум торопливо продолжил:
— Не осуждаю. Но я могу предложить тебе что-то получше, чем работа на Лаяна или катание по грязи полигона.
Пришлось изобразить легкую заинтересованность, склонив голову на бок.
— Выгодный брак! — с видом человека, презентующим мне минимум телегу золота заявил Горум.
— Брак? — переспросила я, подумав, что ослышалась.
— Да, очень выгодный брак. У меня много связей, я смогу найти тебе отличную партию. С титулом, с достатком…
Я выразительно глянула на парня, и тот поспешно добавил:
— Не старика.
— И что ты от меня хочешь? — подтолкнула я Горума к самому интересному.
— Просто дай нам победить в ближайшем матче, — заявил парень с таким будничым видом, будто просил разменять купурю.
— Прости, что? — обалдела я.
— Ну ты же девочка, Норд. Скажи, что у тебя эти дни и ты не можешь стрелять нормально. Или что там у вас еще бывает? Никто не узнает, и никто не заподозрит. Ты же всего два раза выходила на полигон, вдруг тебе просто везло?
Мне сейчас просто повезет, если я не сломаю ему что-нибудь!
— Это все? — уточнила я.
Горум от такого даже опешил:
— Ты что, не расслышала, что я сказал? Брак, Норд. Брак! Ты серьезно думаешь, что твои типа дружки считают тебя за равную? Ты — дочь купца, очнись! Ты им не ровня! Ну будь дурой Норд, соглашайся на мое предложение.
— Я пойду и сделаю вид, что тебя здесь не было, —