— Там есть одно место, называется Барбинизатор. Пока опущу детали, потом расскажу, если интересно. В общем, там из-под земли растёт белый замок. Обороняют его от всякой нечисти молодые девчонки. Я им помогал недавно, была большая война. И хоть замок имеет магическую природу, девочки все лишены магии, как ты любишь. Кто-то постарался сделать их беззащитными. Но это не сработало. У них очень острые зубки, и они умеют ими пользоваться, — сказал я, — в переносном смысле, конечно!
— И что? — спросил Топор.
— Пока что, на мой взгляд, это лучшее место, куда можно определить девочку с мамой. Там они будут пусть в относительной, но безопасности. Да и сытые хотя бы, что в наше время уже немало, — сказал я.
— А я здесь при чём? — спросил Топор.
— На пути к Барбинизатору разбежались плотоядные твари… у лысых сбежали, какая-то авария случилась, и они наводнили всю округу. Я их рептилоидами называю, — сказал я.
— Да, кажется, я понимаю, о ком идёт речь. Пару десятков сам покрошил, — усмехнулся Топор.
— Да, думаю, что это они, — сказал я, — также там много троглодитов. В общем, Барбинизатор вроде не так уж и далеко, но пройти к нему сложно. Мне нужна помощь. Если мы напоремся на очередную стаю, то можем не справиться.
— С пауками-то справились, — сказал Топор.
— Там, честно говоря, многое случайно произошло. Стечение обстоятельств. Не факт, что сможем повторить, — сказал я, — в общем, риски большие, а уверенности в благоприятном исходе нет. Проводи нас до Партизанской.
— Я так и не понял, зачем мне это? — сказал Топор.
— А зачем ты охотился на магов? Ловушки строил? Любому человеку нужно какое-то дело, какое-то занятие. Я тебе предлагаю на некоторое время очень хорошую и оправданную цель. Я ведь тебя о помощи прошу не для себя, а для девочки. Я бы со своими подругами и так разобрался с проблемами. Но неожиданно появившийся прицеп заставил нас поменять планы и озаботиться спасением хороших, но беззащитных людей, — сказал я, — ты можешь в этом поучаствовать. Потом, если захочешь, вернёшься в свою берлогу… или где ты здесь живёшь?
— В фургоне грузовика, — задумчиво ответил Топор, и эта задумчивость меня немного обнадёжила.
— Вернёшься в свой фургон, — кивнул я, — так что, как ты понял, никакого вознаграждения не будет, кроме чувства удовлетворения от благого дела. Зато развеешься, отвлечёшься немного, с людьми пообщаешься… даже если не хочешь, иногда это делать полезно.
— Получается, если я откажусь, то буду чёрствым сухарём, из-за которого может погибнуть ребёнок? — сказал Топор и взглянул на меня.
— Это ты сказал, не я! Соглашайся! Риск огромный, выгоды никакой, надо брать работу! Не каждый день такие предложения поступают, — сказал я.
— Странный ты человек! — покачал головой Топор.
— Ты на себя посмотри! — усмехнулся я, — если будем мериться странностями, ещё неизвестно, кто победит!
Топор нахмурился и думал ещё некоторое время, потом сказал:
— Ладно, я ещё покумекаю немного, а пока пойдёмте до моего дома дойдём. Чаем вас напою и может, пожевать чего найду.
— У тебя чай есть? — удивился я, — где же ты его здесь берёшь?
— Не настоящий, конечно! — смутился Топор, — но я знаю немного травы, сушу хорошие и полезные, потом завариваю и пью. Вкусно!
— Принимаю твоё предложение от лица всей нашей компании! — улыбнулся ему я.
Приглашение в гости — это был большой прогресс в отношениях с этим нелюдимым здоровяком. По крайней мере, я так считал.
Надо сказать, приглашению обрадовались все! Было в этом что-то душевное, пойти в гости на чай, к человеку, который живёт в лесу.
Не знаю, как посреди леса оказался этот старый ЗИЛ с фургоном, такое ощущение, что прилетел по воздуху, потому что дорог здесь не было и в помине. На мой вопрос Топор только пожал плечами и сказал, что нашёл его прямо здесь. И уже тогда было впечатление, что он стоит тут очень давно.
Машина утопала в зелени, в фургон вела лесенка из пеньков разной высоты, да и вообще всё вокруг было милым и уютным. Чувствовалась заботливая рука хозяина. Каждая мелочь была на своём месте, чистота и идеальный порядок, несмотря на такое лесное жилище.
Возле лесенки из пеньков была лавочка из автомобильных сидений, перед ней столик, рядом очаг, поленница с дровами, стеллажик с посудой, навес, где был аккуратно сложен всякий хлам, который можно было впоследствии использовать. Туда Топор тащил всё потенциально полезное, что находил в округе.
В общем, Топор не был неряхой. Наоборот, чувствовалась хозяйская жилка в организации этого места.
— В дом не зову, там места мало, — как будто даже смущаясь, сказал Топор. Он быстро разжёг огонь, повесил сверху котелок, принёс ещё несколько пеньков, чтобы сидячих мест хватило на всех, и только после этого немного успокоился. Потом спохватился и полез под фургон, где оказался склад с провизией. Оттуда он достал «заварку», нарезанное ломтиками вяленое мясо и какие-то сушёные ягоды.
Я полез в сумки на Буцефале, чтобы выставить на стол чего-нибудь и от нас. Вяленое мясо тоже было, но его я доставать не стал, раз уж оно есть. Решил разориться на консервы. Увидев их, Топор крякнул, снова полез под машину и извлёк оттуда мешочек с какой-то крупой.
— Сделаем кашу с мясом, — серьёзно сказал он и повесил над огнём второй котелок.
Я старался сохранять серьёзность, но меня всё время тянуло улыбаться. Лёд между нами и Топором стремительно таял. Он уже вовсю включил радушного хозяина и теперь хлопотал, чтобы порадовать гостей, чем может.
Мои летающие девочки хотели было помочь, но не придумали как и в итоге расселись на пеньках. Зато Инга сразу проявила хозяйскую сноровку, сразу видно, что человек семейный и опытный, и начала ловко перехватывать у Топора некоторые дела. Там чего-то возьмётся нарезать, там помешать, там досыпать.
Видя грамотную женскую руку, Топор и сам начал немного отходить в сторону, уступая инициативу.
Потом задумчиво посмотрел на Лизу, поколебался и всё же сходил в дом и принёс три вырезанные из дерева статуэтки: зайчика, лисичку и медвежонка.
— Для своей дочки делал, — сказал, смущаясь, Топор, протягивая игрушки Лизе.
— А где она? — спросила с интересом та, — мы бы, наверное, подружились!