— Ну, ты же знаешь, что всё не так просто, — вздохнула Амина, — и в целом мне здесь нравится.
— Ладно, это дело твоё. Я тебя не за этим звал, — сказал я.
— А зачем? — заинтересовалась Амина.
— Твоя воскрешалка работает? Я понял, что всё непросто и бла-бла-бла, но воскресить человека ты можешь? — спросил я.
— А что, кто-то умер? — спросила Амина.
— Пока ещё нет, — сказал я.
— Тогда кого воскрешать, если все живы? — удивилась Амина.
— Того, кого мне придётся убить! — сказал я, тяжело вздохнув.
13. Спокойная ночь
— Алик, я тебя что-то не понимаю, — задумчиво сказала Амина, — если хочешь, чтобы человек жил, зачем тогда его убивать? Если хочешь, чтобы он умер, зачем воскрешать?
— Всё сложно, — вздохнул я, — я хочу, чтобы человек жил, но возможно, что для этого мне придётся его убить.
— Можешь объяснить более популярно, так, чтобы понимал не только ты? — сказала Амина.
— Могу, но, наверное, лучше завтра. Я сам ещё не всё продумал. Мне эта идея в голову пришла не сразу, зрела очень медленно и до конца ещё недозрела. Как раз из-за этой противоречивости и риска, — сказал я, — мне нужно просто понять, что более рискованно, сделать это или не сделать.
— Если будешь продолжать говорить загадками, я уйду, — сказала Амина, — мне лень играть в эту игру.
— Это не игра, — сказал я, — говорю же, ещё не всё продумал, самому нужно как следует эту мысль переварить.
— Ну ладно! — похлопала меня по плечу Амина, — переваривай. Я тогда пойду, а то у меня патрулирование ещё не закончилось.
— У вас здесь всё строго? — улыбнулся я.
— Конечно! — пожала плечами Амина, — дисциплина! И это хорошо, потому что когда нет дисциплины, всё начинает катиться в тартарары. Нужно вносить свой вклад в жизнь общины, это нормально.
— Полностью поддерживаю! — кивнул я, — анархии нам и в окружающем мире хватает.
— Отдыхай, родной! — сказала Амина и, повернувшись легко зашагала в обратную сторону.
— Амина! — крикнул я ей вслед, и она тут же оглянулась, вопросительно на меня посмотрев, — ты всё же прежде чем людей на куски рубить хоть немного приглядись к ним. А то, мало ли…
— Да знаю я, — отмахнулась она, — тут особо приглядываться просто не к кому было раньше, никто не ходит кроме чёрных. Да и, честно говоря, твой приятель больно уж грозно выглядел. Такого сразу на всякий случай убить хочется.
— Повезло, что не убила! — сказал я.
— Везение здесь ни при чём, — сказала Амина, — уверена, если бы у него не было такой защиты, вы бы его не пустили вперёд одного так бодро вышагивать.
— Спорный вопрос, но ты всё равно, будь осторожнее! — сказал я.
— Звучит так, как будто ты переживаешь не за меня, а за тех, кто мне может встретиться, — улыбнулась Амина.
— Извини, но так и есть! — сказал я.
— Да не извиняйся, мне это даже нравится! — сказала Амина и ушла.
Мог ли я подумать, когда увидел в подземном склепе висящее на цепях, покрытое коркой тело, что эта женщина сыграет такую роль в моей судьбе, и мы с ней станем друзьями? Конечно, нет! Как всё-таки удивительна и непредсказуема жизнь!
Я вдохнул полной грудью воздух, и, наслаждаясь покоем и безопасностью, пошёл в гостевую башню, где уже скрылись все остальные.
Мне досталась моя старая комната. Там всё было точно так же, как я и оставил. Похоже, они всё же надеялись на моё возвращение.
— Мы сейчас принесём поесть! — сказала Барби, которая расселяла всех по комнатам.
— Спасибо! — сказал я, и, вспомнив ещё кое-что, добавил, — там, в кузове вездехода животное, вроде лошадки, но не совсем. Мы про него совсем забыли. Нужно его вытащить и покормить. Борь! — увидел я бугая, выглядывающего из своей комнаты, — не поможешь девочкам? А то тягать пусть и маленькую, но лошадь, это всё же неженское дело. Надеюсь, что он там живой ещё, а то что-то притих совсем.
— Конечно! — кивнул Боря и ушёл вместе с Барби.
Я не знал, что мне делать: либо завалиться на кровать и тогда был риск сразу отключиться, либо дождаться еды. И того и того очень хотелось, и я просто разрывался, не зная что выбрать.
Решил поесть!
Как оказалось, такой выбор сделали все, даже Инга с Лизой, которая за время езды на вездеходе немного поспала и теперь готова была пободрствовать. Тем более, ради еды!
Мы все расселись за столом в центральном зале.
— Надо же, а здесь неплохо! Очень неплохо! — сказала Сирин.
— Хочешь здесь остаться? — спросил я.
— Не знаю, возможно… — задумчиво сказала она.
— Я бы не хотел, чтобы ты здесь оставалась, — сказал я, — по крайней мере, до тех пор, пока существует Орден. Вот покончим с ним, тогда, пожалуйста. А то у тебя может случиться конфликт интересов, и ты в критической ситуации сделаешь неправильный выбор. Мне бы очень не хотелось привести к девочкам «крота».
— Может быть, ты и прав, — не стала спорить Сирин, — Паук умеет манипулировать людьми. Если он меня прижмёт… в общем, я ни в чём не уверена. Лучше просто держаться от него подальше!
— Или убить, чтобы закрыть вопрос, — сказал я.
— Ну, или так… — равнодушно пожала плечами Сирин.
По поводу нашей птицы у меня до сих пор были смутные сомнения, и я решил их высказать открыто и при всех. То, что Сирин не ушла в защиту и не стала доказывать обратное, мне понравилось. Это могло свидетельствовать о чистоте её намерений… или о том, что она очень тонкий психолог и всё просчитала.
— А мне что делать? — задала Фая вопрос, которого я, честно говоря, ждал, но отвечать, пока не стал.
— Завтра поговорим с тобой, — сказал я фее, — утро вечера мудренее. Ты, кстати, как?
Она поняла, что я имею в виду, и просунула палец под полоску кожи на шее.
— Странно себя чувствую, —