Пещера наполнилась дымом от горящей плоти. Вонь стояла нестерпимая, как будто этот урод гнил живьём. В общем, пахло отнюдь не шашлычком.
Инга закрыла лицо и закашлялась. Я схватил её за руку, и она, поняв, что мне нужно, указала направление. Мы побежали туда.
Через несколько минут мы оказались в тупике. Инга удивлённо смотрела на стену, преградившую нам путь, и хлопала глазами.
— Лиза там! — еле сдерживая слёзы, прошептала она.
— Не сомневаюсь! — сказал я, — мы просто где-то выбрали не тот тоннель. Бежим обратно, поищем другой путь.
И мы снова побежали. Я физически был гораздо крепче, чем эта женщина, но ей придавал сил материнский инстинкт. Она стремилась спасти свою дочь и, как бы это ни было удивительно, выдерживала мой темп, практически не отставая. Ну разве что чуть-чуть.
Коридор, который мы выбрали на следующей развилке, через некоторое время стал уводить нас сильно в сторону, и Инга начала паниковать, что мы удаляемся от Лизы. Пришлось вернуться и поискать другой путь.
Вскоре мы его нашли, и он привёл нас в полуразрушенный коллектор. Какая-то большая ниша, отделанная бетоном, имела несколько входящих труб и один большой выходящий канал со сводчатым потолком. Из труб тонкими ручейками бежала вода, пополняя разлившееся перед нами озеро, а её излишки убегали в бетонный канал. Пробраться на другую сторону, где было продолжение нашего тоннеля, можно было, но только по самому краешку.
Я очень сомневался, что Кроль, похитивший Лизу, пробегал именно здесь… хотя, почему нет? Может быть, для него эта лужа вообще не препятствие.
Глубина была нам неизвестна, но даже если бы мы знали, что тут мелко, то вряд ли полезли бы напрямик всё равно. Не доверяю я тёмным и мутным водоёмам.
— Где Лиза? — задал я дежурный вопрос Инге, и она уверенно указала прямо вперёд. В общем, направление было верным, вне зависимости от того, шли мы по следу или нет.
Как оказалось, не зря я не доверял этой луже! Когда мы лезли по осыпавшемуся и раскрошенному бетону, образовавшему узенькую полоску берега на краю этого подземного озера, из воды неожиданно поднялось длинное щупальце с большим глазом.
Смотрел он на нас недолго, потому что получил мощный разряд молнии в зрачок.
Этот выстрел, с одной стороны, заставил его нырнуть обратно, но с другой стороны, очень разозлил. Вся эта подземная лужа вдруг забурлила, и поток, стекающий в бетонный канал, резко усилился.
Оступаясь и постоянно соскальзывая в воду, мы ускорились как могли, и почти успели добраться до дыры тоннеля, когда из-под воды показалась огромная хреновина, отдалённо похожая на осьминога. И как она только здесь помещается? Наверное, глубина озера приличная, и не пытаться пройти здесь вброд, было правильным решением.
Я подхватил Ингу на руки и швырнул её в дыру тоннеля. Добросить получилось, и я в очередной раз подивился своим возросшим физическим силам. Правда, бедняжка жестковато приземлилась, но это лучше, чем быть сожранной этой тварью.
Глаза были о «осьминога» на всех щупальцах. А щупалец этих, надо сказать, далеко не восемь. Десятки!
Но щупальцами меня не удивишь, я тоже имею свои! Пусть и виртуальные, воображаемые, но всё же!
Я запустил свои внутрь этой твари, собираясь откачать ману, но не тут-то было! Мана у него была, но как только я её коснулся, то словно прилип и процесс пошёл в обратную сторону. Он начал меня пить! И, возможно, это моё больное воображение, но как будто даже заурчал от удовольствия.
Чувствуя, что теряю свою энергию, я попытался оторваться, но не смог! Он очень хорошо присосался к моим каналам.
Это была неприятная неожиданность. Я был слишком самоуверен, хотя ещё довольно плохо изучил инструмент удалённого обмена маной. И сейчас мне это может очень дорого обойтись.
Магическую схватку я здесь почти проиграл. Можно было, конечно, пока ещё оставалась мана, начать бомбить его плазмой и молниями, но я выбрал другой путь. Направив на эту тварь пулемёт, я нажал на «гашетку».
Туша расцвела красными цветами. Я закричал, высаживая весь боезапас, потому что экономить его смысла сейчас никакого не было. Я отстрелял всё, что было, опустошив один из патронных ящиков. Перезаряжать ленту времени не было, ведь я не умел делать это быстро.
Однако моя стрельба произвела эффект на эту тварь, потому что она всё же была живым существом, а пулемёт, это пулемёт. Собравшись с силами, я качнул ману в обратном направлении.
Туго, с трудом, но она пошла, потекла в меня обратно. Осьминог почувствовал это, запаниковал и начал бить по воде своими щупальцами, приближаясь ко мне.
Поскольку мана у меня прибавлялась, можно было переходить к магическим вариантам атаки. Фиолетовый шар, молнии, снова шар, снова молнии… я на минуту устроил в этом подземном коллекторе настоящий ад из магического огня. И чем больше я стрелял, тем легче мне было откачивать из этого «Ктулху» ману, потому что он слабел на глазах.
Не прекращая своих атак, я аккуратно двинулся к тоннелю, стараясь не скатиться в воду. Драться в такой шаткой позиции было неудобно, да и опасно! Можно было в любой момент булькнуть в воду и это вполне могло поменять расклад сил. Кто его знает, что он может предпринять в своей стихии?
Всё это время я продолжал мощными качками отсасывать его ману. Утраченное уже давно вернулось, и теперь я опустошал его немаленький запас, раздувая своё хранилище.
Инги в тоннеле не оказалось. Я смачно выругался! Это было очень глупо! Она наверняка не выдержала и бросилась за дочерью, но сама она её освободить вряд ли сможет, а я вполне могу их просто потерять в этом лабиринте. Я же не локатор!
Я забрал у осьминога всё, что было! И напоследок ещё засадил ему прямо в то, что можно было бы считать лицом, огромный фиолетовый шар.
Тварь даже после этого выжила, но вышла из боя, медленно погружаясь под воду.
Надо же, какая инфляция магического оружия. Раньше я считал этот фиолетовый шар самым мощным из того, что у меня есть, надеялся на него как на оружие последнего шанса. А теперь швыряюсь усиленной версией такой плазмы, и враги даже не умирают после этого! Может быть, я, в самом деле, слишком много на себя