— Это не помешало мне получить эту работу.
Ах, молодость. Я наблюдала, как такие девушки, как она, приходят и уходят, как звезды, ярко и быстро вспыхивающие, прежде чем погаснуть. В индустрии, одержимой новым, я была редким пережитком. Но я чувствовала, что времени у меня остается все меньше.
Пьер ворвался обратно в комнату, выражение его лица теперь было в равной степени раздраженным и возбужденным. Дважды хлопнув в ладоши, он прокричал на весь зал.
— Итак, друзья! Давайте переоденем Кит Синклер, пока нам не пришлось молодить ее на пару десятков годков.
Десяток годков? Как будто я была пинтой молока с датой истечения срока годности, приклеенной мне на лоб.
Это все, кем меня видит индустрия?
Я заглянула в гардеробную, чтобы спросить, что, черт возьми, происходит, но, судя по выражениям их лиц, оно того не стоило, если только я не хотела, чтобы меня укололи булавкой в бок, когда они будут переодевать меня.
Следуя за ними обратно в примерочную, заставленную стеллажами с дизайнерской одеждой от кутюр, я гадала, какой наряд мне дадут. Вместо этого мне тут же дали то, что они называли бикини, но больше походило на кусочки фольги, связанные вместе.
Я подняла его, крошечные серебряные кусочки заиграли на свету.
— Это едва ли сойдет за одежду!
— Не я устанавливаю правила. — Ассистентка сняла с меня мое платье. — Пьер изменил концепцию, — добавила она со смирением в голосе.
— На какую? — У меня вырвался горький смешок.
Художникам разрешалось вносить очень незначительные изменения, но они должны были связаться с журналом, чтобы убедиться, что все это было одобрено.
— Где представитель журнала? Редакторы? Дизайнер? — Я натянула плавки от бикини, хмуро глядя на свое отражение в зеркале. У меня отличная задница, но в этом чудовище даже она выглядела ужасно.
— До Рождества осталось три дня. Ты действительно думала, что они появятся? — спросила она, устало пожав плечами, помогая завязать верх костюма вокруг моего торса. Грубый материал натирал кожу. — Кроме того, все, кто еще не на каникулах, заболели гриппом. Нет никого достаточно статусного, чтобы остановить его.
Я подозревала, что в этой истории было что-то еще, но не стала утруждать себя расспросами. Я была еще одним симпатичным личиком — манекеном, от которого ожидали, что он появится, будет выглядеть сексуально и уйдет.
Обычно я оставляла сложные вопросы своему агенту Клэр, но поскольку она не потрудилась появиться или ответить на несколько моих звонков, я решила, что в этой ситуации от нее тоже мало толку.
— Иногда я ненавижу эту гребаную индустрию, — пробормотала я, когда она закончила свою работу. Она развернула меня так, чтобы я могла рассмотреть свое отражение, и мой желудок скрутило еще больше.
— Понимаю. Но это работа, — сказала она, ее теплые руки все еще держали мои, тепло проникало в мою озябшую кожу. Ее слова звучали как будто издалека, несмотря на ее близость, пока я рассматривала свое отражение. Мое тело было едва прикрыто, мои соски просвечиваются, не говоря уже о груди.
Ее тон понизился, когда она встретилась со мной взглядом через зеркало.
— Ты не против?
Меня это не устраивало. Однако я оказывалась в ситуациях и похуже, и последнее, чего я хотела, это срывать и без того хаотичную съемку.
— Что было не так с платьем? — спросила я.
— Очевидно, оно не соответствовало новой концепции.
Конечно, оно не подходило. «Идея», вероятно, пришла к нему в кабинке туалета две минуты назад.
Я встречала немало фотографов-сумасбродов, которые думали, что знают больше, чем корпоративные мега-умы мира моды. Было ли это вызвано наркотиками или эгоизмом, они слишком увлеклись творческим аспектом съемок и забыли, что на самом деле мы здесь во имя капитализма.
Мои брови сошлись вместе.
— С таким же успехом мы могли бы наклеить звездочки на мои соски. Они бы прикрыли больше.
Не то чтобы я никогда не снималась в бикини — черт возьми, я участвовала в большем количестве рекламных кампаний, чем могу сосчитать. Кельвин Кляйн. Ив Сен-Лоран. На съемке в Сен-Тропе даже пришлось показать, что у меня нет полоски ис-под загара. Каждый раз это было на моих условиях. С этими фотографами я чувствовала себя в безопасности.
Мое чутье, натренированное более чем десятилетним опытом работы в этой отрасли, подсказывало мне, что дело не в этом. Я и раньше встречала таких мужчин, как он, из тех, кто использует свой профессиональный авторитет, чтобы заставить женщин согласиться на то, что им не нравится.
Это не было похоже на искусство. Это было похоже на предлог раздеть меня и оставить беззащитной — для него.
— Я не уверена, что скажет журнал, но без представителя последнее слово остается за ним, — сказала ассистентка.
Хотя было бы легче покончить с этим, я знала, что как только журнал увидит эти фотографии, они ни за что не будут одобрены. Тогда мою задницу притащили бы обратно сюда. Или, что еще хуже, не заплатили бы.
— Ладно...Черт.
Через плечо ассистентки я заметила длинную элегантную шубу на одной из вешалок и за долю секунды приняла решение.
— Передай ее, — сказала я, указывая на вещь.
Она поколебалась, но подчинилась, накинув ее мне на плечи. Роскошный мех мгновенно преобразил образ, превратив его из ужасного образа из фольги в наряд, который смутно напоминал о моде. Все было прикрыто достаточной, чтобы фотографии поместили на страницах Vogue, и я все равно выглядела сексуально. Лучшее из обоих миров.
— Модель! Ты нас задерживаешь. — проревел Пьер с порога. Он резко остановился, когда увидел меня, его сальные волосы развевались, когда его глаза изучали мое тело. Повинуясь инстинкту, я запахнула шубу. — Что это? Сними ее.
Лучше убей меня.
Я открыла рот, чтобы возразить, но ассистентка опередил меня.
— Правда? Я думала, это было ваше предложение! Использовать кбренды, которые журнал специально заказал для съемок с той самой Кит Синклер? Им это понравится.
— О. — Он замер, его замешательство было ощутимым. — Да... конечно.
Когда он побрел прочь, бормоча что-то о своем «художественном гении», я посмотрела на ассистентку.
— Если это сработает, ты получишь рождественскую премию.
Она благодарно улыбнулась.
— Поскольку я, похоже, отвечаю за этот тонущий корабль, я надеюсь, что они сделают это в любом случае.
Я улыбнулась ей в ответ, направляясь к съемочной площадке. Пришло время сделать это фиаско хоть наполовину приличным — или, по крайней мере, пережить его.
* * *
ЭТО БЫЛА КАТАСТРОФА. Через час я уже