– Да. Создавай себе звездолёт и вали домой, как только сможешь. Тут не держу, но если присмотришь за местными ещё какое-то время – буду очень благодарен.
– С удовольствием! – улыбнулась эзирийка.
– Отлично. А я вернусь домой, – Хамки вдруг стал задумчивым. – По Зелирии и ещё некоторым… хм… моментам у меня появились кое-какие вопросы, которые я могу решить только там. Поэтому разберусь с делами на Новом Салангане, а потом, через несколько тысяч лет, ещё раз слетаю сюда. Так, проведать и проверить… Ну, прощайтесь и в путь.
«Прощаться… – вдруг подумал Макс. – Вот так сразу? Я, конечно, хотел вернуться на Землю, но события после моего появления на Зелирии закрутились так быстро, что у меня не было даже времени соскучиться по своему родному миру… Да и ждёт меня теперь не та Земля, которую я оставлял, а убитый горем мир, потерявший значительную часть своих жителей… И обязательно ли вообще прощаться?..» – он обернулся на Лику и Эйку.
– Макс, помнишь наш разговор? – и тут же встретился с розоволосой взглядом. – Прошу, позволь мне отправиться с тобой.
Пришлось задуматься.
«Лика – умари. Кошкодевушка, с хвостом и ушами. Как я буду с ней?..»
– Ай! – что-то словно легонько шлёпнуло Макса по шее. Не больно, но так неожиданно, что он рефлекторно схватился за неё ладонью.
– Пользуйся на здоровье, – ухмыльнулся Хамки.
– Что это было? – не понял Макс.
– Трон твоей планеты, который я тебе и предлагал, – снова ухмылка во все зубы. – Если захочешь, конечно.
– Что?! – растерянно переспросил Макс.
– Я повесил на тебя ошейник контроля, – пояснил Хамки. – Не делай большие глаза – он даёт контроль тебе, а не над тобой. Это разработка делалась для умари, но изготовить прибор проще, чем биологический вид. Поэтому устройство сделали, а самих умари – нет. Его задача – снабдить умари хотя бы частью способностей саланганцев.
Поскольку умари – вид изначально полностью подчинённый нам, на генетическом уровне, мы всегда могли доверять своим помощникам. Поэтому планировалось, чтобы в случае необходимости им выдавали такие ошейники. Эти штуки позволяют управлять сознанием других существ, создавать для них иллюзии и всё в таком духе. Заодно она может закрыть носителя силовым полем, ну, короче, там много полезных функций, разберёшься на досуге.
– Ошейник? – Макс провёл рукой по шее. – Но я ничего не…
– Он не у тебя на шее. Он у тебя на позвоночнике, – как ни в чём ни бывало, сказал Хамки, а Максу сразу начали мерещиться какие-то странные ощущения в районе загривка. – Ошейник – признак раба во всей Вселенной. Умари в ошейнике и с милым «питомцем» на плече вызывали бы вопросы, что «не того за домашнюю зверушку посчитали». Поэтому устройство проникает сквозь плоть и обвивается вокруг позвоночника, становясь невидимым снаружи.
Создавался он, чтобы при необходимости умари могли использовать больше свойственных самим саланганцам возможностей. Если уж решил путешествовать «под прикрытием» по опасным местам – лучше, чтобы и твой «питомец» не отъехал от первой оплеухи. Кстати, снять с тебя ошейник могу только я, как хозяин этой игрушки. Это не вредно, зато так ты его точно не потеряешь… Ну, если головы не лишишься, – он снова улыбнулся. – Так что пользуйся этой штукой, как душа пожелает. Хочешь – всю планету к ногтю прижми и правь в своё удовольствие, хочешь – настрой свой запрос ошейнику так, чтобы все твои собратья понимали речь Лики и видели её как обычную земную девушку. Хотя… – его словно озарило. – Хотя нет, давай лучше пусть все видят её как огнедышащего трёхглавого дракона! Вот все охренеют!
– Даже так можно?! – воскликнула Лика.
– Нашему земному другу теперь вообще всё можно в рамках его мира, – усмехнулся хомяк. – Ибо у него внутри первый и единственный саланганский предмет, отданный не саланганцу.
– Хамки?.. – Максу вспомнились слова Хамки про использование их техники в интересах инопланетян. – Но это же вроде как нельзя?..
– Скользкий вопрос, – вздохнул Хамки. – Это не оружие. Точнее, он может превратить твои мысли в высокоэффективные пси-команды, типа молнии, которой можно кого-то зажарить. Но для любого саланганца это не будет представлять угрозы. Это не ремонт или модификация чужой техники. И, главное, это личная передача – эта штука безраздельно твоя – когда помрёшь – она самоуничтожится. В остальном же, дорогое моё ЧМО, я уверен в тебе на все сто.
– Хомяк… – протянул Макс, не зная, как реагировать на это откровение.
– Мне прямо интересно, как ты распорядишься этой штукой – обеспечишь себе семейное счастье с хвостатым чудом или весь мир с ног на голову поставишь, – Хамки снова расплылся в саркастической ухмылке. – Так что это ещё и научный эксперимент. Ну, знаешь, как зелирийским приматам атомную бомбу выдать.
«Вот сволочь…»
– Семейное… счастье?.. – Лика вмиг зарделась.
– Ну, мало ли.
– Так, фиолетовый, раз на то пошло – эта штука может продлить Лике жизнь? – спросил Макс. – Я не хочу, чтобы она умерла, едва дожив до тридцати.
– Не-а, – мотнул головой хомяк. Макс едва успел набрать в лёгкие побольше воздуха, чтобы обругать Хамки, на чём свет стоит, но саланганец продолжил. – Как и в случае с Финной. Нельзя решить проблему «здесь и сейчас», если она уже решена ранее. НОРА при воскрешении автоматом «отремонтировала» генетический код Лики. Сдохнет годам к девяноста.
«Сдохнет… Засунуть бы его формулировки ему куда поглубже».
– Хамки… – Лика не смогла сдержать слёзы. – Спасибо!.. Я не знаю, как могу отблагодарить тебя!
– Стандартный протокол воскрешения НОРЫ, – махнул лапой хомяк. – Легко исправить твой генетический код. А вот «доработать» весь ваш народ, чтобы получить устойчивые гены на стандартную продолжительность жизни – процесс долгий. И этим заниматься будут уже сами умари… Если, конечно, сумеют достичь такой ступени развития, а не перебьют друг друга вместе с зелирийцами.
Эта новость обрадовала Макса, но оставался ещё один вопрос, особенно волновавший его после произошедшего с Мисси.
– А если Лика заболеет? – спросил он. – У неё другая физиология. Земная медицина будет бесси…
– Во-первых, у неё есть ТУЛУП. Он сам может при необходимости заменить ей хоть всю имунную систему. Кроме того, функция дистанционной регенерации есть и в твоём ошейнике – вылечить ты сможешь любое существо рядом с тобой. А сам не сможешь ничем заболеть. Но воскрешать он никого не умеет, конечно, не обольщайся. В том числе – тебя самого… Ну что, пошли уже – грузитесь с Ликой, да полетели?
– Хамки, подожди… Я бы хотел кое-что сказать… Некоторым из присутствующих… – замялся Макс. Хомяк пожал плечами и парень, подойдя к Грисае и взяв её за руку, отвёл немного в сторону.
* *