Глава 5-6
Пожаловала в гости
Василиса вечером бежала к себе домой от бабы Нади. В руках она тащила банку с молоком и пакетик с творогом. Вдруг она остановилась посреди дороги и стала водить носом, как гончая собака.
— Ну-ка, ну-ка, и кого тут к нам в деревеньку принесло? — спросила она тихонько вслух.
Из одной из луж вынырнул болотник и уселся на поваленное дерево на краю дороги.
— Бабу какую-то неприятную принесло к вашему ведьмаку, — проворчал он, — По всей грязи прошла на своей бричке, как по хорошей дороге, словно ее заговорил кто.
— Лечиться приехала? — обрадовалась Василиса.
— Да нет, — помотал он головой, — Вроде как родственница или еще кто, не понял я.
— А ты чего до сих пор в деревне торчишь, к себе не уходишь? — спросила его Василиса. — У вас там теперь еды видимо-невидимо. Или ты новые владения присматриваешь?
— Или новые знакомства завожу, — хмыкнул болотник, — Людей новых в деревне стало много, вот я всех изучаю, чтобы потом ненароком своих же в болота не утянуть. Всё же в голодное время вы нам хорошо помогли. Надо добром на добро отвечать.
— Ну я-то не помогала, там без меня обошлись, — хмыкнула Василиса, — Но от такого знакомства я тоже не откажусь. И еще, благодарю тебя за твои дары.
— Ой, да этого добра у нас еще много, — махнул скрюченной рукой болотник.
— Тебя как зовут-то? — спросила его Василиса.
— Каим.
— Имя какое у тебя интересное.
— Ага, — усмехнулся он, — Я раньше людей спрашивал: «За коим вас на мои болота принесло?», вот с тех пор и прилепилось — Каим. Ладно, пошел я, Василиса.
— Иди, — кивнула она.
Болотник нырнул в ближайшую лужу и исчез. Василиса немного постояла на дороге, подумала и поскакала к себе домой, решив, что к Захару нагрянет завтра с утра.
— Если бы было чего такого срочного, то он бы давно бабке Наде позвонил. А ежели не звонил, значит всё нормально. Эх, вот ведь хорошо в этом времени, не надо ни к кому бежать, можно позвонить и посоветоваться по телефону. Я тоже хочу себе такую штуку. Хотя мне больше нравится по гостям ходить, — думала Василиса, перепрыгивая через лужи и обходя грязь, — И когда он этого печника домой отправит? Может денежки какие стрясет, пора уже туфельки покупать, а я в обрезанных резиновых сапогах всё бегаю. Хотя какие тут туфли при такой грязи. А я в них дома буду ходить, на себя любоваться. Надо бы еще в соседнюю деревню съездить, проведать могилку бабушки. Там наверно и не осталось ничего, всё заросло, да с землей сравнялось.
С такими мыслями она допрыгала до своего дома. На ужин развела себе творога со сметаной, посыпала всё сахарком и стала уплетать вместе с домовушкой. Ольга Павловна была дельной дамой, любила читать книги и держала библиотеку в чистоте, с другими домовыми особо не общалась, но иногда ее звали на вечорки, где она с удовольствием рассказывала сказки. Василиска с ней сразу нашла общий язык. Любили они вечерком обсудить прочитанное.
Василиса за ужином всё и выложила домовушке, как в Навь ходили, как Люба обратилась в Мару, как Морок их гонял, и то, что к Захару приехала какая-то бабенка.
— Ты узнать не можешь, что там за дамочка прикатила? — спросила ее Василиса.
— Митрофан такой дед противный, с ним никто общаться не хочет, тем более все думают, что он еще немного приколдовывает, — фыркнула Ольга Павловна и посмотрела на Василису поверх маленьких очков.
— Жаль, — вздохнула Василиса.
— И вообще, ты прекрасно знаешь, что я не сплетничаю.
— Жаль, — повторила Васька, — Тогда я на боковую, что-то я как-то умаялась за эти дни. Да и завтра надо с утра рано встать, чтобы Захара навестить, а то вдруг эта баба его уморить хочет.
Утром Василиса вскочила ни свет ни заря, быстро умылась, почистила зубы, выпила стакан молока, надела самую красивую юбку и бусы и побежала к Захару. Ей не терпелось познакомиться с дамочкой. Василиса влетела во двор и встала как вкопанная.
— Ох ты, — только и смогла произнести она, рассматривая диковинку.
— Чего встала как вкопанная и зенки вылупила? — послышался грубый голос Митрофана.
— Это что за красота? — спросила с придыханием Василиса, тыкая пальцем в автомобиль.
— Это бричка нашей новой жилички, — хмыкнул домовой.
Он стоял босиком на крыльце и внимательно рассматривал Василису.
— Это что еще за жиличка? — с легкой ревностью спросила она.
— Бывшая Захара прикатила, жить тут собралась у нас, ну или не жить, — скривился домовой.
— Противная баба? — сразу поняла Василиса.
— Хуже всех, — ответил он.
— А чего ее Захар не выгонит?
— Да кто же его знает. Может вернуть назад хочет, — он хитро глянул на Ваську.
— Ой, не заливай, — фыркнула она, — Захар-то где?
— В доме Макаровны, а эта принцесса одна тут ночевала. Спит — не разбудишь, хоть из пушки стреляй.
— Выгнать небось хотел? — прищурилась Василиса.
— Хотел, но ничего она не боится, упертая как баран, — нахмурился домовой.
— Ну как, пусти меня в дом, гляну я на нее.
Василиса сделала шаг вперед.
— Куда в грязных чоботах прешься?! — прикрикнул на нее домовой.
— Ради такого дела я чоботы сниму.
Она скинула обрезанные резиновые сапожки и отодвинула от двери домового. Тот не особо и сопротивлялся.
Василиса ворвалась в дом и заорала во все горло:
— Захар, Захар, ты где?
Она отдернула занавеску с двери и зашла в большую комнату. На диване мирно посапывала Лика в повязке для сна и в берушах.
— Где Захар? — принялась ее трясти Василиса.
Митрофан сидел в уголке и ухохатывался над представлением. Василиса усиленно пучила глаза и кривила рот. Лика стала махать руками в разные стороны.
— Уйди, уйди от меня, я тебя не боюсь, — завопила она, затем стянула с лица повязку и уставилась на Василису, — Вы кто?
— Захар, спрашиваю, где?
— А я откуда знаю? Ночевать он вчера не пришел, на звонки не отвечает, — сердито ответила Лика, — И вообще, как вы в дом