– Если бы она еще была человеком, - покачала головой Калина.
– А кто она тогда? – спросила Люба.
– Да уже нечистью стала.
– Честь нечисть, а тело у нее человеческое. Нельзя так долго держать его в веревках.
– Ты со Степаном поговори, что он скажет.
Я тебе в этих делах не советчик, да и в Кикиморе больше колдовского, чем во мне.
– Благодарю вас, тетушка Калина, - кивнула Люба.
– За что?
– За помощь, за мудрость, за подсказки, за то, что за Люшей присмотрите, а то вон Леня себе места не находит. Весь растерялся, - сказала Люба.
– Да мы же в одной деревне живем, как же друг другу не помогать. Так и погибнуть можно, если порознь-то. Ладно, беги, а то там совсем стемнело на улице.
Люба попрощалась с тетушкой Калиной и забежала в соседнюю избу. Дед Степан сидел за столом и вел неспешные беседы с Кикиморой Леной. Они пили чай с вареньем, а на кухне пахло пирогом. Люба заглянула в большую комнату. На диване так и спал Захар. Василисы нигде не было. В маленькой комнате сопела баба Надя.
– Люба, идем к нам чай пить, - позвала ее баба Лена.
– А где Васька? – с тревогой в голосе спросила Люба.
– Так мы ее обратно в подпол определили в ту самую комнату. Я запечатала ее при помощи знаков, а Степан новый люк соорудил, так что она теперь и не выберется оттуда, - ответила баба Лена.
– А веревки?
– Веревки я с нее сняла.
– Точно она не выберется? - с тревогой глянула на нее Люба.
– Точно-точно. Тем более ей ну очень плохо от Захаровой скверны, - сказала баба Лена.
– Значит, я вам пока не нужна? – спросила Люба.
– Так-то ты всегда нужна, но вот на данный момент мы и без тебя справимся. Беги домой.
– Ага, тогда я побежала, а то по Верочке очень соскучилась, да и к бабе Наде нужно заскочить корову подоить. Если что, то я на связи.
– Одна доберешься? – спросил дед Степан.
– Доберусь, - тряхнула головой Люба.
– Ну доброй ночи тогда.
- Да-да, и вам.
Она выскочила из избы, села в лодку, отправилась в сторону дома бабы Нади. Забежала в ворота и направилась в сторону сарайки.
– Корову я ужо подоила, - услышала она бас Аглаи. - Ведро с молоком в сенях стоит. Как там Надежда?
– Спит, - ответила Люба.
– Совсем плохая? – с беспокойством спросила Аглая.
– Да вроде дыхание ровное. Просто спит.
– Чуть не уморила ее Василиска. Говорили ей, что нельзя в ученицы чужачку брать, нет же, решила попробовать, вот и допробовалась. Молоко-то будешь забирать?
– Я сейчас за Верочкой, а потом уже решу.
– Смотри, скиснет до утра.
– Холодно еще, а оно в сенях стоит, не скиснет. В доме порядок навели? - спросила Люба.
– Да, всё сделали, - ответила Аглая, - Ты домой беги, а то же нечисть всё же шастает по улицам в ночи. Не всю извели.
– Да кто бы ее изводил, когда на наши головы Василиса упала, - вздохнула Люба, - Некогда было. Всё, я погнала, может, на обратном пути за молоком заеду.
- Доброго тебе пути!
Люба развернула лодку и направилась к Мельнику за Верочкой. Добралась нормально, никого на своем пути не встретила. У Мельника ее сразу вопросами закидали, как там да что, как самочувствие, как так случилось, что Васька на Захара с бабой Надей напала. Пришлось коротко всё рассказывать.
– Люба, давай ты с нами поешь, а то поди весь день голодная? За Верочкой теперь бежать не надо. Она здесь. Может, ночевать у нас останетесь, а то же по ночи до дома добираться страшно, - предложила Маша.
– Вот от еды я бы не отказалась, а ночевать мы у вас не будем, и так Верочка весь день у вас провела, - ответила Люба.
– Так нам не сложно за ребенком присмотреть, - сказала Маша.
Она усадила ее за стол и налила тарелку наваристых щей. У Любы громко заурчало в животе.
– Голодная, - усмехнулась Маша, - Ешь, хлеб вот бери. Сейчас чай будет с пирожком.
- Да я только сбитень сегодня выпила и всё, да утром завтракала.
Люба ела, торопилась, практически не жевала.
– Да не торопись ты, успеешь, - покачала головой Маша.
– А вдруг у них там чего случится, да и за молоком надо еще забежать к бабе Наде.
– Ничего с молоком не случится за ночь. И у них там всё нормально будет, не переживай, передохни немного. Эх, что за напасти на нашу деревню в последнее время.
– Это, наверно, потому что я к вам приехала, - вздохнула Люба.
– Да нет, просто время, видно, пришло такое, - отмахнулась Маша.
– Мне Афоня сказал, что всё это из-за меня, чтобы я могла место бабы Нади занять.
– Вот нашла кого слушать – домового, да они еще те сказочники и сплетники, - нахмурилась Маша, - Вода спадет, и всё устаканится. Скорей бы уже, а то надо бы в город сгонять за всяким.
– Ой, тебе лишь бы в город выбраться, - хмыкнул Михаил, заходя в кухню, - Доброго вечера, Люба. Как там баба Надя и ведьмак этот?
– Я уходила, они спали, - ответила она.
– Ну, богиня Жива поможет, и завтра они встанут, - вздохнул он.
Люба не стала спрашивать, кто это такая, а просто кивнула. Она быстро доела щи, выпила чашку чая и засобиралась домой.
– Тебя проводить? - спросил Михаил.
– Нет, сама доберусь.
– А то смотри, нечисть так и бродит. Вдоль забора ходит, сопит, ширкается, кряхтит, что-то вынюхивает. Благо Кикимора нам новых амулетов навешала. Боятся они к нам лезть, а то по темноте, да еще с дитем.
– Справлюсь, - ответила Люба, - Я, честно, так уже хочу домой, что аж зудит везде.
– Ну беги. Я сейчас тебе фонарик дам. Они не любят живого огня. Потом вернешь, - Михаил посмотрел на нее серьезно, - Может, останешься?
– Нет-нет, побегу. До вас-то я нормально добралась, и обратно ничего не случится.
Пока Люба собиралась, одели Верочку и выдали ей. Михаил