Я смеялась от восторга.
Когда мы поднимались все выше и выше по огромному хвойному дереву, рядом с нами запищали еноты, и мы замахали руками пушистым маленьким зверушкам.
Один из них агрессивно зашипел, и Люсинда хихикнула, ее красные оленьи глаза казались слишком большими для маленького детского лица.
— Это пушистый кролик, — сказала она, показывая на зверька, не в силах сдержать смех.
Я кивнула, потому что не хотела рушить ее детский мир, исправляя ее. Люсинда очень любит кроликов.
Наконец, мы добрались до самых верхних ветвей огромной сосны. Со всех сторон возвышались заснеженные горы, и все вокруг выглядело холодным, белым и безмолвным.
Королевство перевертышей — ледяное и унылое место. Оно казалось еще более таковым, когда ты являешься одной из двух нулевых служанок под контролем беты.
Сидя на вершине нашего пристанища, я в миллиардный раз пожелала, чтобы у нас выросли крылья, и мы улетели к порталу и отправились в другой мир. Где-то, в глубине заснеженных лесов спрятано несколько порталов в мир фейри2 и один портал в мир людей.
По крайней мере, так я прочитала в книге. В ней они описаны как клубящиеся черным дымом воронки, которые засасывали человека, если он подходил к ним слишком близко. О них никогда и никто не говорил.
Но это все равно не имело значения. Порталы очень опасны.
В нынешнее время перевертыши ведут войну с королевой фейри. Она отправляет монстров в наше государство, а АБО сражаются с ними. Ходят слухи, что она хочет завладеть нашей землей.
Я пыталась представить себе огромного зверя, рычащего в лесу. Когда большие деревья качались под воем ветра, вообразить это было несложно. Холодные порывы ветра проносились по верхушкам деревьев, и мы хихикали, когда наше пристанище опасно качалось.
Долгое время мы сидели на верхушке дерева и рассказывали друг другу свои любимые истории из книг, прочитанных в библиотеке. В основном это были сказки о фантастических существах из далеких миров.
Вокруг нас сидели птицы, а внизу шелестели ветки от белок и енотов. Красное солнце ласкало наши поднятые вверх лица, и мы наслаждались днем свободы. Но, когда солнце опустилось низко и ветер начал хлестать нас еще более сильным холодом, мы слезли и побрели обратно в нашу тюрьму.
Когда мы вернулись в старую шаткую таверну, где жили, Дик уже ожидал нас. Он вернулся из своей поездки раньше обычного. Он вытащил нас из наших комнат и сообщил, что перевертыш из города заметил, как мы карабкались по деревьям в лесу.
Дик гневно посмотрел на нас обеих, но я встала перед Люсиндой, чтобы защитить ее. Она не только младше меня, но еще меньше и слабее. Ее большие рубиновые глаза и светлые волосы соответствовали ее застенчивому, милому характеру. У нас обеих были красные глаза. Но люди описывали мои, как пылающее пламя беды, а ее, как красивые, сияющие рубины.
Я никогда не позволю этому монстру лишить ее этого сияния.
В отличие от ее глаз, мои никогда не блестели.
— Это моя вина. Я взломала замки и потащила ее с собой. Она не хотела уходить, — сказала я, глядя на него исподлобья.
Дик заскрежетал зубами, и его глаза сверкнули раздражением. Как всегда, когда я сердито смотрела на него. Он говорил, что мои красные глаза его нервируют. Люсинда схватилась за заднюю часть моего потертого пальто обеими маленькими ручками, ее пальцы сильно дрожали.
Я хотела выпотрошить Дика за то, что он напугал ее.
— Ты только и делаешь, что создаешь проблемы, — сказал Дик.
Он схватил меня за длинный белый хвост и потащил по коридору. Люсинда заплакала и побежала за нами, но я жестом показала ей, чтобы она оставалась на месте. Она судорожно кивнула и пошла прятаться под кровать, как всегда делала, когда этот ублюдок меня наказывал.
Я оскалила зубы, когда Дик схватил меня за шею, но не могла противостоять его бета-силе. Он затолкнул меня в мою пустую комнату, захлопнул дверь и снял ремень.
Мне пришлось до боли прикусить губу и притвориться великим альфа-воином. В своем воображении я обратила насилие Дика против него самого. За каждый удар его ремня и за каждую каплю крови, покидавшую мое тело, я причиняла ему боль. Он кричал и корчился, умоляя меня остановиться, пока я била его кулаками. Я не останавливалась и не проявляла пощады.
Но все это происходило только в моем воображении.
Слезы текли по моему лицу, и я кричала, пока мой голос не стал хриплым и прерывистым. А Дик без остановки бил меня ремнем.
Когда избиение закончилось и Дик ушел, я попыталась встать, но поскользнулась на своей крови. Тогда я пообещала себе, что в следующий раз не буду плакать.
В книгах из библиотеки великие путешественники никогда не плакали, поэтому и я не буду.
Даже если не отношусь к альфам.
Я просто могу быть такой же сильной, как и они.
Иначе мне просто не выжить.
Глава 1. Сэди
Священное озеро
Кровь стекала по моей руке и капала на пол, который я пыталась вымыть. Я вздохнула и попыталась найти внутреннее спокойствие, потому что это был просто еще один дерьмовый день в мире перевертышей.
Хлопок.
Дик снова ударил меня ремнем по спине, и громкий звук разнесся по тихой таверне.
Моя кровь разбрызгалась вокруг.
— Ты наделала грязи. Убери за собой, — сказал Дик и наклонился вперед, от чего его слюна попала мне на лицо.
С годами Дик стал все более раздражительным и тупоголовым. Что было удивительно, ведь он и так был жестоким куском дерьма. Личностный рост не его сильная сторона.
Моя спина безжалостно горела. Я устало потерла глаза и закашлялась. С трудом сдерживая рвотный позыв, когда дымный запах беты Дика проник в мое горло.
— Убирай быстрее! — крикнул он и снова хлестнул ремнем со своей бета-силой.
Дик бета в отставке. Герой войны с фейри.
Герой — явно спорный термин.
Я бы назвала его монстром, свиньей, подонком, куском дерьма, пидором, но не героем.
Дик с очередным ударом безжалостно рассек мне кожу.
В свои двадцать лет я уже начала думать, что Дик имеет что-то против моей кожи и активно пытается убрать ее с моего тела. Мое лучшее предположение заключалась в том, что он попросту завидовал тому, что моя кожа имела такой