Бой с Джаксом был сражением, которое успокаивало пустоту внутри меня. Мое чутье подсказывало мне, что бой с этой девушкой будет таким же.
Нет.
Она женщина, а я презирал их всех.
По какой-то неизвестной мне причине я нарушаю клятву, данную самому себе:
Никогда больше не разговаривать с женщинами.
Клятву, которую держу более пятидесяти лет.
Достаточно было пары язвительных реплик из ее прекрасного рта, и я уже не могу сдержаться и отвечаю ей тем же. Не разговаривать с ней просто невозможно. Я хочу дразнить ее, пока не поставлю на колени.
Тьма становилась удушающей. Я ничего не мог сделать, просто терял себя в бесконечной пустоте, что сжигала меня заживо.
Мне нужно перестать одержимо думать о девочке.
— Ты слышишь это? — спросил Ашер, не поднимая головы от своего навороченного телефона.
Молодой перевертыш проявил себя как альфа всего год назад. Иногда телу перевертыша требуется больше времени, чтобы вырасти до своего полного бессмертного размера.
Ашер уникален тем, что его рога прорезались в день его двадцатилетия, и он сразу же стал более мускулистым. Свою звериную форму он принял уже в первый день, когда мы с ним сражались. Тем не менее, он громкий, дерзкий и еще не сломленный жизнью. Он жаждет доказать свою силу всем. В отличие от него, Джаксу сейчас сто двадцать лет, и он уже сражался у множества порталов.
Мне же сто лет, но большую часть своей жалкой жизни я провел в королевстве фейри. Сбежать в мир перевертышей я смог лишь шесть лет назад. В тот же год нас с Джаксом отправили охранять этот портал.
С Ашером у нас никогда не возникало проблем. Он трудолюбив, а его зверь силен. Даже сейчас его черные рога, величественно закрученные на голове, постоянно напоминали, что он не тот, кем кажется.
Тем не менее, я проигнорировал его вопрос, как обычно. Хоти я и уважал его, но это не значило, что буду всегда подыгрывать его выходкам. Пусть этим занимается Джакс, у меня нет такого терпения. Большую часть времени я тратил на то, чтобы держать себя в руках, и не дать разуму треснуть окончательно.
Джакс невнятно хмыкнул, продолжая отжиматься на полу. Его выпуклые мышцы блестели от пота, и я не мог не восхищаться этим могучим гигантом.
Он моя опора.
Я знаю его лучше, чем самого себя. И видел, что эта девочка вывела и его из равновесия. Она — загадка, насквозь пропитанная тайнами и ложью. Она ни в коем случае не может быть альфой.
Олигархия сообщила Зеду, что у нее нет никакого боевого опыта. Каждый раз, когда ее кожа трескалась от сильного удара, она отвечала еще более сильным. Казалось, боль лишь давала ей силы.
Нас обманули.
Тьма медленно заползала в мое сознание.
Мы с Джаксом вообще недоверчивы по природе. Мы выполняем приказы и ведем свои отряды войск, но ни один из нас не был большим националистом.
Единственный, кому я верен — это Джакс.
У олигархии есть свои тайны, и вся эта бесконечная война с фейри не дает нам покоя. Я пережил слишком многое, чтобы быть дураком и плясать под дудку тех, у кого слишком много власти.
Эту девчонку использовали для чего-то, и я собирался выбить из нее правду.
— Слышал? Вот опять, — сказал Ашер, резко выпрямляясь и откладывая телефон.
Самоуверенный альфа выглядел напряженным, и у меня пробежали по коже мурашки.
Какова вероятность, что мои инстинкты сходят с ума в ту же секунду, что и его?
— Я что-то почувствовал. Вибрацию, — сказал Джакс, резко прекращая отжимания и вставая на ноги. — Этажом выше нас.
Я прислушался и услышал эхо удара тела о пол. Когда постоянно тренируешься для войны, ты узнаешь звуки драки мгновенно.
Двое людей дерутся.
Мой мозг мгновенно сложил все кусочки воедино.
— Девчонка наверху, — я едва успел выговорить, как мы трое вылетели за дверь.
Зед убирался в коридоре. И, увидев нас, рванул следом.
Я знал, что она что-то замышляла, и не должен был игнорировать свои инстинкты. Ее нужно было запереть в комнате для допросов и пытать, пока мы не убедимся, что она здесь не для того, чтобы уничтожить нас.
С каждым шагом запах крови, боли и страха становился гуще. Тьма внутри меня пыталась выбраться наружу, и мне стоило колоссальных усилий не позволить зверю вырваться.
Как только я увидел ее комнату, как все замерло. Шум наполнил мои уши, и внезапно я начал тонуть. Девочка лежала на полу и судорожно дергалась. Ее глаза были широко открыты, но безжизненны. В правой руке она сжимала большой нож для разделки мяса.
Рядом с ее телом на полу стоял на коленях Даррен, один из самых агрессивных бет, прижимая руку к окровавленному лицу. Он хрипел от боли и шока.
Но не его изуродованная физиономия сломала меня. А пустые, мертвые глаза этой девчонки, и тихие стоны, вырывающиеся из ее покалеченного горла. Ее нос разбит, а лицо залито свежей кровью.
Я знаю, как выглядит нападение, и Даррен не имел права находиться в ее комнате. Не раздумывая, я схватил его за волосы и выволок в коридор. Он посмотрел на меня с мольбой и яростно махнул рукой в сторону девушки. Даррен пытается придумать оправдание. Очевидно, он считает, что его нападение на нее было оправданным.
Пустота мелькала между бесконечной чернильной тьмой и ослепительной красной яростью. Все мое существо замерцало, и именно в такие моменты я задавался вопросом:
Не потерял ли я уже свою душу?
Они забрали ее у меня.
Хладнокровно я сломал ему обе ноги и руки. В его темных глазах застыл ужас, по изуродованному лицу потекли слезы. Я продолжал безжалостно ломать каждую кость и умело давить на места переломов. Из его легких и изуродованного рта вырвался пронзительный крик, но я неумолимо продолжал, один перелом за другим.
Он осмелился вопить и умолять, как жертва, после того как напал на девушку в ее комнате. Чудовище худшего сорта, которое причиняет боль тем, кого считает слабее.
Я сжал рукой его трахею. В тот же миг крик оборвался.
— Как ты, блядь, посмел? — прошипел я.
Он имел наглость просить у меня пощады после того, что натворил.
Бесконечная ярость бушевала во мне, как шторм. Я держал его за волосы, не позволяя себе двинуться дальше ни на дюйм.
Я зашел слишком далеко в одиночку и не буду больше принимать никаких решений без Джакса. Это наш тренировочный комплекс. Наш портал, который мы должны защищать. И наш