— А, это вы друзья, проходите, — помахал я рукой, чтобы они вошли.
Делая вид, что не замечают на моей груди прелестную девичью головку, с разметавшими волосами, они скромно подошли ближе.
— Иньиго, был бы я твоим отцом, я бы точно тебя выпорол, — заявил меня граф Латаса.
Я хмыкнул.
— Как хорошо, что он это не ты, — с иронизировал я.
— Сеньор Иньиго, ну правда, мы чуть с ума не сошли, когда вы уехали на тот остров, — огромный швейцарец жалобно на меня посмотрел, — вы такому риску подвергли себя, что мы ждали каждый день, что придут новости о том, что вы заболели.
— На то и есть друзья, чтобы кто-то переживал за тебя, — легкомысленно ответил я, заставив их обоих скрипнуть зубами.
Поняв, что дразнить тех, кто за тебя переживает, пусть частично и из-за личных причин, не совсем правильно, я стал серьёзен.
— Ладно, сегодня-завтра я проведу переговоры с новым дожем и на этом мы закончим пребывания в Светлейшей. Так что готовьте отъезд, здесь нас больше ничего не держит.
Поскольку мы разговаривали на кастильском, который Бьянка не знала, то Бернард у меня поинтересовался.
— Куда мы держим путь теперь, сеньор Иньиго?
— Бернард, называй меня уже Иньиго, — вздохнул я, — ты дворянин, и мы знакомы столько лет, так что дарую тебе это право.
Швейцарец гордо распрямил плечи и заинтересованно посмотрел на меня, ожидая ответа на свой вопрос.
— Корабли мы спустили на воду, до весны они будут заняты тренировками новых команд, — ответил я, видя его взгляд, — поэтому мы отправимся сначала в Аликанте, убедимся, что с графством всё в порядке, и дальше переберёмся в Кастилию. Ответа от Медичи пока нет, но мне пора начать выполнять свои обещания партнёрам по разработке серебряных шахт.
— Похоже это будет надолго, — задумчиво произнёс граф Латаса.
— Определённо да, Сергио, — подтвердил я, — особенно учитывая тот факт, что мне ещё нужно будет привезти Изабеллу и Альфонсо в Сеговию и хотя бы первое время о них позаботиться. Так что вы друзья мне точно там понадобитесь, поскольку я не могу разорваться на две части или даже три.
— Да мы, и не против в общем-то, — заверил меня Бернард, — там кстати твой учитель фехтования тоже с ума сходит от волнения, найди время навестить его, а то он переживает, что с тобой что-то может случиться.
— «Или скорее всего с его тысячью флоринов, — улыбнулся я про себя».
— Хорошо, — кивнул я, — тогда встретимся за завтраком.
Они улыбнулись, покосившись на смущённую Бьянку, и вышли из комнаты.
— Подать вам одежду, синьор Иньиго? — сразу же спросила у меня девушка.
— Да и будь рядом, — кивнул я, — скоро я уеду, так что хотя бы последние дни, понежусь в ласковых руках.
Девушка улыбнулась и встала с кровати, уже не стараясь скрыть своё тело и с улыбкой смотря на меня, оделась в своё платье, которое она видимо ночью сложила аккуратно на стул. Я же, дождавшись, когда она принесёт мне нормальную одежду, поднялся и отдался ей в руки, чтобы она меня обтёрла полотенцами, смоченными в горячей воде, прежде чем в неё одеться.
* * *
Первым делом, как и просил Бернард, я посетил Гвидо, заверив парня, что со мной всё хорошо и уже через пару дней мы уедем из Венеции, чтобы продолжить наши тренировки, а затем отправился на завтрак, где поприветствовал хозяина дома. Сергио и Бернард тоже присоединились к нам, сев рядом со мной.
— Если это не секрет, синьор Иньиго, — предложил мне Джорджо Лоредан, — то можем обсудить те закупки, о которых вы говорили нам недавно.
Я задумчиво посмотрел на Сергио и Бернарда, но решил, что они точно болтать не будут.
— Секрет для всех, кроме моих друзей, — к облегчению обоих ответил я и попросил Джабари сходить в мою комнату и принести шкатулку, стоящую рядом с кроватью. Когда негр это сделал, я открыл её и протянул четыре листа бумаги, на которых были нарисованы доработанные мной аркебузы и бумажный патрон образца XVI века — простая круглая свинцовая пуля, завернутая в бумажный цилиндр с порохом внутри.
— Я узнал, кому принадлежит клеймо, стоящее на аркебузах, что вы продали мне, — стал объяснять я протянутые рисунки, — это цех Нюрнбергских оружейников, под руководством мастера Йоханнеса Формшнайдера.
— Это было нетрудно сделать, аркебузы не пользуются популярностью у правителей из-за своей дороговизны и потому мало мастеров занимается их изготовлением, — пожал плечами Джорджо Лоредан.
— Да, и потому я хочу заказать у него десять тысяч аркебуз, но сделанных по моим эскизам, — я показал на рисунки, — никаких украшений, никаких гравировок, никакой резьбы по дереву на ложе, это должно сильно удешевить процесс изготовления, и я ещё добавил запрос на увеличение на десять сантиметров длины ствола.
— Десять тысяч? — брови Джорджо Лоредано поднялись вверх, впрочем, как и у Сергио с Бернардом, — вы хотите начать с кем-то масштабную войну, синьор Иньиго?
— Она уже у меня идёт, синьор Джорджо, — улыбнулся я ему, — с Миланским герцогством.
Он покивал и показал на другие рисунки.
— А это что? Я никогда такого раньше не видел.
— Бумажные патроны для аркебуз, чтобы их было легче заряжать и пеналы для их хранения, — объяснил я, — всё крайне просто делается, думаю мастер Формшнайдер легко найдёт среди Нюрнбергских мастеров тех, кто это сделает.
Джорджо Лоредан взял рисунки, посмотрел на них, но особого интереса они у него не вызвали, и я понимал почему, эра огнестрельного оружия пока ещё не наступила.
— Хорошо, я отправлю к нему запрос с вашими рисунками, — кивнул он, откладывая листы, — на какую цену с ним торговаться?
— Как минимум на тридцать процентов ниже от прошлой, синьор Джорджо, — ответил я, — отсутствие украшений должно сильно снизить цену оружия, к тому же я буду заказывать у него ещё в таких же объёмах.
— Всё сделаю, синьор Иньиго, — кивнул венецианец.
— Тогда у меня на этом всё, — улыбнулся я ему, — если я вам с синьором Кристофоро больше не нужен, то начну готовиться к отъезду.
— Ещё несколько дней, если можно, то погостите у меня, синьор Иньиго, —