— Я домой хочу, — шмыгнула я носом и уткнулась в плечо Александру.
От осознания, что я не одна, и вправду стало легче. А еще защипало в глазах.
* * *
Все-таки наши уговоры не вызвали особого доверия у Уильяма. Дознаватель потребовал, чтобы Филипп задержался ненадолго и проехал с ним в участок. Якобы для дачи показаний. Но меня затрясло от страха.
— Нет! — вскрикнула я и рванулась к Филиппу, цепляясь пальцами за его рубашку. — Он не виноват! Не трогайте его! Он не убийца!
Уильям смотрел на меня холодным безразличным взглядом голубых глаз. Наверное, он каждый день видел такую картину? Когда рыдающая жена цепляется за мужа.
— Разберемся, дамочка, — бросил он холодно. — А сейчас уведите ее отсюда, пока я не забрал всех вас как соучастников.
Александр помрачнел и кивнул, перехватывая меня за локоть.
— Истерикой ты не поможешь Филиппу! — прошипел Александр мне на ухо. — Пойдем со мной! Я отвезу тебя в дом Филиппа, вернее, в ваш дом, все будет хорошо!
— Нет, — я дернулась в руках брата и испуганно посмотрела на Филиппа, который снова разговаривал с дознавателем. — Только не в дом к Филиппу. Может, убийца еще там, и он закончит свое дело!
Александр закатил глаза. Он уже хотел высказать все свои мысли по поводу того, куда нас завели мои бредни и страхи, но пожалел меня. И не стал стыдить при Уильяме.
— Я позабочусь о ней и не оставлю ее, — бросил Александр и, перехватив меня за талию, увлек к выходу из дома лекаря.
Я не сопротивлялась. На моей душе было сумрачно и плохо. Я боялась за Филиппа.
Не помню, как мы добрались до экипажа, стоящего в отдалении от дома лекаря. Александр не то вел, не то тащил меня, постоянно оглядываясь. Наверное, боялся, что стража передумает и бросится следом за нами? Чтобы швырнуть в тюрьму? Но все обошлось. Мы сели в экипаж в полном молчании и добрались до дома.
— Я останусь с тобой. Пока не вернется он, — глухо проговорил Александр. — Утром я ненадолго съезжу к себе, чтобы предупредить… вдруг это затянется.
Александр умолк. Я обняла себя за плечи руками, пытаясь скрыть непрошеную дрожь. Я поняла, что брат имел в виду. Он говорил о том, что Филиппу могут не поверить. Задержать его. Оставить в тюрьме.
* * *
Мы так же молча вошли в дом. Я засуетилась, предложил Александру чай. Но он хмуро отодвинул меня рукой.
— И без сопливых разберемся, — по-братски заявил он. — Показывай, где чайник? Тебе нельзя много ходить. Иди ложись.
— И без нянек обойдусь! — вспыхнула я.
Александр повернулся и поднял брови с таким выражением лица, что я попятилась.
— Или ты идешь ложиться сама. В постель. А я принесу нам чай, — уточнил ледяным тоном Александр. — Или ты ляжешь уже мне на колени. И поверь, я не твой золотой муж, церемониться с тобой не буду! Неделю не сядешь!
— Да пошел ты! — мои щеки загорелись от гнева и унижения.
Я пробкой выскочила в спальню. Где потратила пять минут на то, чтобы раздеться, сменить дорожное платье на домашнее. И провести расческой по спутанным волосам. Я плеснула себе в лицо воды и присела на край кровати, расправляя подол платья. Ко мне в спальню заглянул Александр с виноватым лицом котика, который сделал нехорошее дело в мои тапки.
— Можно? Я чай принес. И печенье.
— Проходи, Алекс.
Я вздохнула, понимая, что мне кусок в горло не полезет сейчас. Но чай я собиралась выпить. Нельзя же вредить малышу.
— Извини, что я, ну… — Александр замялся.
Он пожевал губу. Подергал меня за прядку волос. Я слабо улыбнулась.
— Да ладно. Ты ж брат, тебе можно. Скажи, с Филиппом все будет хорошо? Его же быстро выпустят, правда?
Александр отвел глаза. Было видно, что ему сложно говорить со мной на эту тему.
— Послушай, Элион, — он взял мои руки в свои так тепло. — Я с утра поеду в участок. И если какие-то проблемы, постараюсь выручить Филиппа. Но как бы доказательств его вины в плане смерти лекаря нет. Так что я думаю, все будет хорошо. Не волнуйся только. Тебе надо беречь малыша.
— Давай я тебя яблоками угощу? Из моего сада, — снова улыбнулась я и встала на ноги.
Александр кивнул, отхлебнул чаю и уставился куда-то в стену. Наверное, он и сам не слишком верил в хороший исход? Я уже ругала себя последними словами, что мы поперлись к этому лекарю за доказательствами и так подставили себя под удар. Только тюрьмы нам не хватало!
Еще и Александр, и Филипп не знали главного. Того, что я не настоящая Элион. А попаданка. Если они узнают это сейчас, мне точно конец. Такого мне не простит ни Александр, брат Элион, ни… Филипп. Видно же, как тепло и хорошо он относится к своей жене! И не захочет быть с подменой. Что же делать? Все так сложно.
Я вышла в коридор и со стоном уронила голову на руки. Но потом встряхнулась и отправилась за яблоками, ломая голову, как объяснить свою необычную магию, подействовавшую на этот сад. Или просто сказать, что случилось чудо? А то еще заподозрит Александр… что я не Элион. Которая сроду не обладала подобными магическими способностями. Бр-р. Сплошные ловушки повсюду. В которые я загоняла успешно сама себя.
Ночь прошла спокойно. Александр потребовал, чтобы я легла в кровать. Сам сел в удобное кресло рядом со мной и раскрыл книгу, предложив почитать мне, как в детстве. Я согласилась. Сил на самобичевание или на долгие разговоры по душам у меня не было. Поэтому я порадовалась возможности погрузиться в теплый голос брата, читающий про путешествия по морю и про дальние страны. В этой книге рассказывалось про молодого аристократа, впервые попавшего на корабль. Он сбежал от гнета условностей столицы, от семьи и хотел начать новую жизнь в другом месте. Но ему не повезло. На его корабль напали пираты, и его и других молодых людей взяли в плен, чтобы продать на островах, как рабочую силу. Но так сложилось, что на рынке главного героя книги заметил его бывший сосед по поместью, уехавший давно в чужие края. Кровный враг этого аристократа. И конечно, этот сосед решил выкупить его, чтобы спасти.
Мне понравилась история. Но к середине книги я начала засыпать. Мои глаза слипались. Когда я откинулась на подушки и задремала, Александр встал и бесшумно подошел ко мне, накрывая одеялом.