— Коктейль или шот? — спрашивает он.
— Шоты.
Бо приподнимает бровь.
— То есть больше одного?
Я киваю.
***
Я со стуком опускаю стакан, задыхаясь от жжения в горле. Оно горит. Ощущение такое, будто я проглотила лаву. Толкаю пустую стопку по барной стойке, и она опрокидывается на бок. Бо ловит ее, прежде чем она падает с края.
— Еще один, — киваю ему.
Он смеется.
— Думаю, четырех хватит. Они еще не накрыли тебя. Тайсон убьет меня, если мне придется просить его отнести тебя наверх.
Затем Бо отворачивается от меня и подходит к какой-то парочке.
Я откидываюсь на спинку стула и наблюдаю за ними. Она — симпатичная блондинка, похожая на куклу Барби с волосами, уложенными в высокую прическу, в розовом платье с блестками и с безупречным макияжем с подводкой для глаз. Он, однако, выглядит как качок. Мускулы слишком большие для его рубашки, и почти не видно шеи.
Это заставляет меня вспомнить о женщине, которую я видела в ту ночь, когда обслуживала их столик. О чем она думала перед смертью. То же самое я думаю о своей сестре. Было ли ей страшно? Было ли у нее время поплакать? Это произошло быстро? Я молюсь, чтобы, когда я умру, это произошло незаметно.
Барби улыбается бармену и кивает, когда Бо отвечает. Парень выпячивает грудь и начинает указывать на него, но девушка кладет руку ему на грудь и постукивает по ней, после чего он делает шаг назад.
Я с восхищением наблюдаю за тем, как этот короткий контакт оказывает на него такое воздействие. Он, очевидно, ревнивец. Ясно. Я понимаю, почему люди такие. Почему они не хотят делиться тем, что у них есть. Я никогда не испытывала подобных чувств, пока не узнала, что Бетани неравнодушна к моему мужу.
Бо, похоже, не обращает на это внимания и идет готовить напитки. Женщина поворачивается к парню, с которым пришла. Он обхватывает ладонями ее лицо и прижимается губами к ее губам, пожирая их на глазах у всех, как будто они единственные в комнате.
Он разворачивает ее так, что Барби оказывается спиной к барной стойке, и прижимается к ней.
Мои бедра напрягаются, а дыхание учащается, когда она поднимает левую ногу и обхватывает его бедро. Парень опускает руку на ее бедро, и я вижу, как он скользит к ее заднице, задирая при этом платье. Барби прерывает поцелуй, отстраняясь и запрокидывая голову, и его губы скользят по линии ее подбородка.
У меня по позвоночнику пробегает жар, когда я вижу, как они практически трахаются прямо у меня на глазах. Тайсон трахал меня по нескольку раз в день, а последние десять дней затишье. Мое тело умоляет о каком-то физическом контакте.
— Держи, — кричит Бо, и парень отстраняется от нее.
Она прижимается к нему, вытирая уголки рта, пока парень протягивает Бо карточку, чтобы открыть счет. Какое бы беспокойство парень ни испытывал по отношению к симпатичному бармену, теперь оно прошло. Потому что Барби заверила его, что принадлежит ему.
Мужчины не так уж сложны. До Тайсона мне не доводилось быть с таким, но нетрудно понять, как легко ими можно манипулировать.
Я поворачиваюсь к стойке и кладу на нее локти, обмахивая лицо ладонями. Смотрю в зеркало и вижу, что раскраснелась.
— Ты в порядке, Лэйк? — замечает Бо и хмурится. — Хочешь воды?
Я качаю головой и расправляю плечи.
— Еще один шот.
Он хмурится.
— Лэйк, я не думаю...
— Еще один. Пожалуйста? — прошу я и выпячиваю нижнюю губу.
Бо улыбается.
— Еще один. Потом ты останавливаешься.
СОРОК ТРИ
ТАЙСОН
Я сижу за своим столом и подписываю бумаги, когда слышу, как открывается моя дверь.
— Я занят, — посылаю того, кто пришел, поскольку не в настроении общаться с кем-либо сегодня вечером.
— Слишком занят для меня?
Поднимаю голову и вижу Лэйк, прислонившуюся к закрытой двери. Одна лодыжка перекинута через другую, руки на бедрах, на лице озорная улыбка.
Она одета в белые хлопковые шорты и черную майку, а также черные кроссовки. Ее волосы распущены, на лице нет косметики. Она выглядит просто сногсшибательно.
Я откидываюсь на спинку стула и смотрю на Эндрю.
— Мы закончим это позже.
— Да, сэр, — кивает он и направляется к двери.
Лэйк отталкивается от двери и отходит в сторону, чтобы он мог выйти.
— Что ты делаешь, Лэйк? — спрашиваю я.
В последний раз, когда я ее видел, она лежала в нашей постели голая и злилась на меня. Это было несколько часов назад.
Лэйк подходит к моему столу, руки по-прежнему на узких бедрах. Она заходит за стол и отодвигает мое кресло, чтобы было достаточно места между мной и столом. Лэйк запрыгивает на поверхность, и я встаю с кресла.
Положив руки по обе стороны от нее, я приближаю свое лицо к ее. Ее веки отяжелевшие, щеки раскраснелись. Она опускает взгляд на мои губы и приоткрывает их, тяжело вздыхая. Я чувствую запах корицы… «Файербол». Она выпила.
— Ты что, пьяна? — спрашиваю я.
Лэйк протягивает руку, и хватает меня за рубашку. Я позволяю ей притянуть меня еще ближе, и мои губы почти касаются ее губ. Слегка наклонив голову, Лэйк смотрит на меня сквозь свои длинные темные ресницы.
— Да, сэр.
Да чтоб меня! В ответ на ее слова я издаю громкое рычание. Мой член под брюками мгновенно напрягается.
Поднимаю руку, обхватывая ее нежную шею, и Лэйк втягивает воздух. Я встаю в полный рост, запуская руку ей в волосы. Потом притягиваю Лэйк к себе, ее задница оказывается на краю моего стола.
— Что я тебе говорил?
Не знаю, что меня больше злит — то, что она пила, или то, что была в клубе. Я уволил ее, потому что не хотел, чтобы Лэйк была там. Мне хочется, чтобы она была в безопасности наверху, в нашей спальне.
Вместо ответа Лэйк высовывает язык и проводит им по моим губам, заставляя меня напрячься.
Она отстраняется, приоткрывает губы и шепчет:
— Накажи меня.
Не нужно иметь многолетнего опыта Лорда, чтобы понять, что это гребаная ловушка. Лэйк что-то задумала.
— Ты все еще восстанавливаешься, — говорю я, пытаясь напомнить себе, почему не прикасался к ней уже несколько дней.
Это было чертовски тяжело. Каждое утро, когда я просыпаюсь, она лежит рядом со мной обнаженная. Ее тело просто умоляет меня взять его. Или когда ночью я забираюсь в постель, а Лэйк прижимается ко мне, желая прижаться во сне. Она даже не