Черт его знает.
— Шесть месяцев назад, — отвечаю я, пытаясь вспомнить, когда в последний раз у меня была чистка.
Он убирает зеркало и бормочет про себя «Хм».
Глядя в потолок, я провожу языком по зубам, выплевывая кусочки оставшегося слепка.
Затем его пальцы снова оказываются у меня во рту, раздвигая мои губы.
— Пусть побудет там, — говорит он, убирая руку, и что-то остается у меня во рту.
— Что...
— Не разговаривай, — ругает он меня. — Этот обезболивающий крем должен подействовать. У тебя есть полость, которую мне нужно вылечить. Потом я все почищу, и вы, ребята, отправитесь в путь, — поет стоматолог, постукивая меня по плечу.
Я бросаю взгляд в угол, чтобы посмотреть, не разговаривает ли Тайсон по телефону, но его там уже нет.
ТРИНАДЦАТЬ
ТАЙСОН
Я подъезжаю к «Блэкауту» и глушу двигатель. Лэйк не разговаривала со мной с тех пор, как тридцать минут назад мы вышли из кабинета дантиста. Выбравшись из машины, я открываю ее дверь и, схватив Лэйк за руку, вытаскиваю из машины.
— Почему мы здесь? — тихо спрашивает она, когда мы входим через заднюю дверь.
Везде горит свет, но в данный момент мы здесь единственные.
— Здесь мы будем жить, — сообщаю ей.
— Но твой дом...
— Мы будем жить здесь, — повторяю я, и она замолкает.
Я и так большую часть времени в «Блэкауте», поэтому решил, что будет лучше, если мы будем жить здесь. Не хочу, чтобы она сейчас была у меня дома. Это вызовет слишком много вопросов, на которые я не хочу отвечать.
Мы заходим в лифт и поднимаемся на четвертый этаж, где находится наша квартира. Я отпираю дверь, и мы заходим внутрь.
— У тебя есть три часа, — говорю я, взглянув на свои «Ролекс».
Лэйк поворачивается ко мне, в ее голубых глазах беспокойство.
— Три часа до чего? — медленно спрашивает она.
Я уверен, что часть ее рта все еще онемевшая после посещения стоматолога.
— До открытия клуба.
— Почему для меня это должно иметь значение? — недоумевает Лэйкин.
Я улыбаюсь, подходя к ней.
— Потому что ты будешь здесь работать.
Она распахивает глаза и приоткрывает губы.
— Тайсон...
— Ты будешь работать в «Блэкауте».
— Но я не хочу.
Я фыркаю.
— Неважно, чего ты хочешь. — Я отхожу и поворачиваюсь к ней спиной.
Это часть моего плана. Минсон, работающая официанткой в ночном клубе, ниже их достоинства. Еще один способ вымазать их имя в грязи. Я хочу, чтобы ее отец был раздосадован. Смущен. Это один из многих способов сделать это.
— Тайсон...
— Собирайся. Найди в баре Бо, и он поможет тебе получить форму. — Я поворачиваюсь, чтобы выйти из спальни.
— Ты уходишь?
Я снова смотрю ей в лицо и не могу понять, радуется ли она тому, что остается одна, или ужасается.
— Я буду в своем кабинете. У меня есть дела.
С этими словами я поворачиваюсь и выхожу из квартиры.
Войдя в свой кабинет на втором этаже, я сажусь и достаю вибрирующий мобильный телефон.
— Алло? — отвечаю я.
— Привет, чувак. Отличная свадьба, — произносит знакомый голос в знак приветствия.
Я откидываюсь в кресле.
— Рад, что ты смог приехать, — улыбаюсь я и добавляю: — Не знал, что ты планировал присутствовать.
Он фыркает.
— Когда для участия в мероприятии требуются плащи и маски, легко спрятаться на виду.
— Верно, — соглашаюсь я.
Если бы там их увидели Лорды, они бы просто охренели. Братья Пик в каком-то смысле Лорды, но не такие, как вы думаете. Они управляют своим собственным адом, по-своему. Так же, как и я с «Блэкаутом». Им не нужно отчитываться перед вышестоящими, потому что выше них не бывает. Не все, кто правит, предпочитают наблюдать за крестьянами со своих тронов. Некоторым из нас нравится пачкать руки.
— Я просто хотел поздравить тебя и сообщить, что мы ненадолго уезжаем из города. Но мы скоро вернемся. Я с тобой свяжусь.
ЛЭЙКИН
Мне не нужно принимать душ, но я решаю принять долгую горячую ванну. Приятно расслабиться. Остаться наедине со своими мыслями и по-настоящему дышать, не чувствуя, что за мной наблюдает Тай.
У меня болит все тело, и ноет между ног. Неужели так будет всегда? Я помню, как однажды наблюдала, как моя сестра и Тайсон занимались сексом в медиа-комнате наших родителей, и она не плакала. Уитни этим наслаждалась. Она умоляла его трахать ее сильнее. Будет ли так со мной? Мое тело сломлено из-за того, как это больно? Тайсон уже доказал, что для него не имеет значения, будет ли это больно. Единственное, что имеет значение для Лорда, — это он сам. И он без проблем кончил. Сказал мне, что отныне я должна заслужить, чтобы кончить. Как я буду заслуживать? И как долго смогу продержаться, пока не стану умолять его снова причинить мне боль?
Это его план? Заставить меня умолять о синяках от его рук? Чтобы со мной обращались как с его личной шлюхой? Он только что дал мне попробовать, а теперь хочет, чтобы я умоляла его о каждом кусочке.
Вытащив руку из воды, я делаю глубокий вдох и, наконец, смотрю на свое обручальное кольцо. Это рубин с красным бриллиантом в форме сердца, а может, и красный бриллиант с двойным бриллиантовым ободком. Оно именно такое, как я и ожидала, — большое и броское. Еще один способ для него обладать мной и показать, что я принадлежу ему. Я ненавижу, что кольцо великолепно.
Опустив руку обратно в воду, откидываю голову назад и вздыхаю. Слезы застилают глаза, и я закрываю их. Позволив себе расслабиться, опускаюсь в воду, чтобы заглушить мысли, голоса, кричащие мне, чтобы я бежала. Нельзя убежать от таких мужчин, как Тайсон. Так можно оказаться прикованной к стене в подвале.
***
Спускаюсь в главный бар, зная, что клуб откроется меньше чем через тридцать минут. Я постаралась не торопиться. Честно говоря, удивлена, что Тайсон не поднялся в квартиру и не трахнул меня снова. Потом я сказала себе заткнуться на хрен. Единственная причина, по которой Тайсон переспал со мной в отеле, — это желание доказать отцу свою правоту. Я больше не девственница. Теперь он, скорее всего, предпочтет трахнуть кого-нибудь помимо меня.
Если мне повезет, Тайсон больше никогда ко мне не прикоснется. Черт возьми, возможно, именно поэтому он хочет, чтобы я умоляла его об этом, просто чтобы у него была власть мне отказать. Все это игры разума, когда дело касается Лорда. Это всего лишь мой первый