На фотографии она стоит на четвереньках. Кляп засунут в её слюнявый рот, а я стою позади неё, засунув член в окровавленную пизду. Забирая единственное, что она могла предложить нашему миру.
Её лицо напрягается, и она садится, швыряя телефон через всю комнату. Затем Шарлотта снова ложится, хватает подушку и накрывает ею голову, издавая приглушённый крик.
Я улыбаюсь про себя.
«Бесись, куколка. Это только подтверждает мою правоту, что ты принадлежишь мне».
Звонит мой мобильный, я беру его и вижу, что это НЕЗНАКОМЫЙ номер. Приглушаю звук компьютера, встаю и поворачиваюсь к панорамному окну с видом на лес.
— Алло?
— Пик, — раздаётся голос в трубке. — Тот парень, которого ты ищешь, был вчера в Вегасе.
Я стискиваю зубы.
— Тогда почему ты звонишь только сейчас?
— Я не видел его лично. Сегодня вечером у нас возникли… проблемы, и пришлось проверить камеры. Человек с твоей фотографии засветился на записи.
— Он был причастен? — спрашиваю я.
— Нет. Просто гость, который проходил мимо. Я посмотрел другие записи наблюдения, он пробыл там два часа. Играл в «блэкджек» и рулетку.
— Один?
— Нет. С ним была женщина. Но, судя по её виду, я бы сказал, что он платил ей за компанию, если ты понимаешь, о чём я.
Да, я понимаю. Что ж, это мало что даёт.
— Спасибо, что сообщил.
— Я пришлю тебе записи с камер наблюдения. Вдруг ты сможешь опознать женщину, но кроме этого у меня больше ничего нет.
Я не собирался просить о таком одолжении, так что рад, что он сам предложил. Знаю, что братья Мэйсоны не дадут больше, чем считают нужным.
— Спасибо, дружище. Я твой должник.
— Да, ты мой должник, — отвечает он и кладёт трубку, и я возвращаюсь к своему экрану.
Шарлотты больше нет в постели. Вместо этого она стоит на кухне с открытой бутылкой вина и полным бокалом. Шарлотта смотрит на свой телефон, разглядывая фотографию нас двоих, которую я ей отправил, рассеянно поглаживая Маффин, которая растянулась на мраморной столешнице.
Мой телефон сообщает о входящем письме от братьев Мэйсон. Я переворачиваю песочные часы, прежде чем открыть его.
СОРОК
ШАРЛОТТА
Прошло уже три дня с тех пор, как Хайдин лишил меня девственности на полу в гостиной, и моё тело всё ещё болит. К счастью, сегодня у меня запланированный «день для себя». Это именно то, что мне нужно.
Заходя в здание, я выключаю телефон, не желая, чтобы меня беспокоили. Это должно быть расслабляющим.
Милая рыжеволосая медсестра улыбается мне.
— Здравствуйте, Аннабель. Ваша комната готова. — Она указывает на коридор справа. — Сегодня вы в пятой.
— Спасибо, — отвечаю я, улыбаюсь ей в ответ и направляюсь в комнату.
Я вхожу, сажусь в кресло и устраиваюсь поудобнее.
Дверь открывается, и входит медсестра.
— Здравствуйте, Аннабель. Как вы себя чувствуете?
Так странно, когда меня называют этим именем. Я уже привыкла быть Шарлоттой. Каждый раз, когда Хайдин называет меня Аннабель, это звучит так язвительно.
— Хорошо, — отвечаю я с фальшивой улыбкой, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Мне нужен уход за лицом, массаж и вечер с подругами с бесконечными коктейлями. Да, это звучит улётно. Может быть, если выпью достаточно, это вырубит меня, и я смогу нормально выспаться.
— Вот ваш напиток… малиновый лимонад, как вы любите.
Открываю глаза и беру чашку, залпом выпивая её содержимое. Я даже не осознавала, насколько хотела пить. Важно поддерживать водный баланс, особенно если я хочу поспевать за Хайдином.
— Спасибо, — говорю я, отдавая пустой стакан и снова закрывая глаза, устраиваясь поудобнее. Сон звучит восхитительно.
Час спустя медсестра будит меня, снимая с руки грелку и капельницу. Я уже чувствую себя лучше, хотя, возможно, это просто из-за сна. Я не собиралась засыпать, но и не могла этому помешать. На этот раз она протягивает мне воду, и, как и в прошлый раз, я выпиваю её залпом.
Я поднимаюсь с кресла и направляюсь к двери. Выйдя в коридор, в спешке натыкаюсь на кого-то.
— Ох, прошу прощения… — замолкаю, когда встречаюсь с парой знакомых глаз. — О, привет, — улыбаюсь я.
— Здравствуй, Анна, — кивает он, отвечая на улыбку.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, наклоняя голову, чтобы посмотреть за его спину и убедиться, что он один. Его смешок говорит о том, что он точно знает, кого я ищу.
Он расстёгивает запонки и начинает закатывать рукав, показывая ватный тампон и кусочек пластыря.
— Твоя мать убедила меня, — опускает рукав Билл.
— Ну… они действительно помогают, — отвечаю я натянуто.
Билл подходит ближе и берёт меня за руки.
— Она желает тебе только добра, Аннабель. И просто хочет для тебя самого лучшего. Ты говорила с ней?
Я высвобождаю руки из рук Билла и нервно провожу ими по бёдрам.
— Я её игнорирую, — отвечаю честно, потому что уверена, что он и так знает. Я не говорила с мамой с тех пор, как она дала мне пощёчину в его кабинете вчера. Для кого-то это ничего не значило бы, но я всегда разговариваю с матерью. Мне нечего сказать. Я должна делать то, что говорят Лорды, а не то, что она считает правильным.
— В следующий раз, когда она позвонит, ты ответишь. — Билл не отдал приказ, но и не просил.
У нас с Биллом всегда было взаимопонимание. Он не мой отец, а я не его дочь. Мы жили вместе без каких-либо проблем, и я не хочу добавлять новую драму в свою жизнь. Хайдин и так занимает достаточно времени.
— Да, сэр, — киваю я.
Он улыбается мне.
Направляясь к парковке, я включаю свой мобильный и собираюсь позвонить Хайдину, но останавливаюсь. Зачем мне ему звонить? Что я ему скажу? Он отшлёпал меня ремнём по заднице, как непослушного ребёнка, пока я стояла на четвереньках с кляпом во рту. Потом трахнул меня в киску, а я писала в блокноте: «Я грязная шлюшка Хайдина».
Это было унизительно, но я была так возбуждена. Хайдин дважды довёл меня до оргазма, прежде чем кончил в меня. Часть меня знала, что это произойдёт. Если бы он планировал трахать только мой