Слов «спасибо» она не произнесла. Они и не были нужны. Всё, что она хотела сказать, Марина передала именно этим объятием. Тепло, которое исходило от неё в этот момент, было искренним и очень человеческим, и я это почувствовал сразу.
Через несколько секунд она медленно подняла голову и посмотрела на меня. Взгляд был открытый, доверчивый и одновременно преданный. Девчонка будто наконец позволила себе поверить, что она не одна.
А потом Марина слегка приподнялась на цыпочки и потянулась к моей щеке. Касание ее губ было коротким и почти невесомым.
В этот момент с кухни донёсся голос Ани:
— Так, Марина, Вася, такси уже подъезжает. Можете спускаться.
Мы ещё раз попрощались. После этого сестра с братом наконец вышли из нашей квартиры.
Дверь закрылась. И вот только тогда мы с моей сожительницей впервые за долгое время остались одни.
— Фу-у-х… — протянула Аня, устало выдыхая. — Ну ты, конечно, Володя, и сделал мне эту ночку запоминающейся. Но я ведь надеюсь, — добавила она уже серьёзнее, — что ты действительно смог помочь брату Марины?
— Ну… — я пожал плечами, — по крайней мере, лично мне очень и очень хочется верить, что это действительно так.
— Вот блин, прикол, Володь, — неожиданно продолжила Аня. — Сейчас уже время какое позднее, а при этом спать вообще совершенно не хочется.
Моя сожительница покачала головой, словно удивляясь собственному состоянию, и слегка усмехнулась. Потом Аня замолчала. Я заметил, как она внимательно посмотрела на меня. Было видно, что у неё в голове крутится вопрос, который она не решается задать сходу.
— Говори, Анют, — сказал я, уловив этот момент. — Я же вижу, что ты что-то хочешь у меня спросить. Так что давай, спрашивай.
— Володя… — начала девчонка и снова на мгновение замолчала, словно собираясь с духом. — Только скажи мне, пожалуйста, честно.
— Конечно, — заверил я. — Спрашивай, Ань. Я отвечу тебе максимально честно.
Она посмотрела на меня ещё раз, уже пристально. И потом выпалила, почти без паузы, одной короткой автоматной очередью:
— А у тебя с этой Мариной что-то есть?
Мне показалось, что в её глазах мелькнула едва заметная искра тревоги. Страх услышать ответ, который может оказаться неприятным.
— Нет, Ань, — ответил я без запинки. — У нас с Мариной ничего нет. Она просто моя коллега по работе.
Аня не отвела взгляд.
— А было? — так же прямо спросила она. — Ну ты ведь наверняка не просто так ей помогаешь.
— Нет, — повторил я так же спокойно, как и в первый раз. — Между нами ничего не было и ничего нет.
Аня замолчала. В коридоре повисла тишина. Я пока не мог понять — поверила девчонка мне или всё-таки у неё остались сомнения, и она прокручивает в голове другую версию. Ту где между мной и Мариной всё-таки есть или было что-то большее.
— Ясно, — наконец сказала Аня.
Она слегка пожала плечами, как будто показывая, что приняла ответ, даже если он не до конца совпал с её внутренними ощущениями.
— А почему ты вообще об этом у меня спрашиваешь? — уточнил я. — Мне правда интересно.
Аня отвела взгляд, явно подбирая формулировку. Потом снова посмотрела на меня.
— Ну… — протянула девчонка. — Просто мне почему-то показалось, что у вас что-то есть. Когда женщина так восхищается другим мужчиной… Поверь мне, Володя, эта женщина явно испытывает к нему какие-то чувства. И чувства совершенно точно не только дружеские.
Она сказала это уверенно, с тем самым знанием, которое приходит не из книг, а из личного опыта.
— Понимаешь, Володь, я ведь тоже женщина, — добавила Аня. — И такие вещи я очень хорошо чувствую.
— Думаешь, Марина в меня влюбилась? — спросил я.
Я невольно улыбнулся и посмотрел на Аню. Было видно, что, говоря обо всём этом, девчонка чувствует себя не совсем в своей тарелке.
— Ну… просто мне почему-то кажется, что да, — честно призналась она.
Слова дались ей не сразу.
— Я просто… да я… я… — Аня запнулась.
Мысли в ее голове будто пошли быстрее, чем язык успевал их оформлять. Она замолчала, сделала паузу, и потом медленно подняла на меня глаза.
Я отчётливо увидел, как в её взгляде вспыхнули искры. Не фигурально — буквально.
Если честно, мне нравилось то, что происходило сейчас между нами. Нравилось ощущение этой тонкой грани, когда разговор ещё можно повернуть в любую сторону. И, не раздумывая слишком долго, я решил эту грань слегка обострить. Просто чтобы посмотреть, к чему это приведёт.
— А ты, Ань, думаешь, что меня есть за что любить? — спросил я всё так же улыбаясь.
Вопрос повис в воздухе.
Аня слегка прикусила нижнюю губу и коротко кивнула.
— Да, Володь… — сказала она едва слышно. — Я думаю, что тебя есть за что любить. На самом деле очень сложно не влюбиться в такого мужчину, каким являешься ты…
Призналась девчонка, глядя мне в глаза и уже не отводя взгляд.
— Просто рядом с таким мужчиной, как ты, Володя… рядом с тобой можно по-настоящему почувствовать себя женщиной.
Это признание прозвучало негромко, почти интимно. Я молчал, не перебивая, давая ей договорить — чувствовал, что для неё сейчас важно выговориться до конца.
Аня продолжила этот вечер откровений, которые стали для меня немного неожиданными.
— Я прекрасно знаю, Володь, что у нас с тобой ничего не может быть… — шепнула она.
Она так и не договорила то, что собиралась сказать в эту секунду, будто сама испугалась собственных мыслей. Следующее произошло неожиданно, но при этом совсем не выглядело случайным. Аня шагнула ко мне, сократив расстояние до минимума, и поднялась на цыпочки. Точно так же, как незадолго до этого сделала Марина. Но на этом сходство заканчивалось.
Аня не остановилась на полпути. Девчонка поцеловала меня, но не в щёку. Совсем не в щёку.
Её губы нашли мои. Поцелуй был живым, настоящим, наполненным напряжением, которое скопилось между нами в этот вечер.
Я не стал отстраняться. Я ответил — так же искренне, прижавшись к её губам в ответ.
Я не знал и, если честно, не хотел сейчас анализировать, что у нас с Аней может быть, а чего быть не может. Но я точно знал, что не привык отказывать женщине в её искреннем желании.
И прямо сейчас я хотел ровно того же, чего хотела она. Мы закружились прямо в коридоре, и всё вокруг словно потеряло чёткие границы. Поцелуй был наполнен страстью. Она вспыхнула резко и ярко, без