Эмин как будто помрачнел после собственных слов. Его реакция лишь укрепила мои смутные догадки.
Байсаров умел обдавать то жаром, то холодом. Держать на эмоциональных качелях, от которых голова кругом шла. Жизнь с ним точно не была спокойной.
– Если я захочу от тебя уйти, то никакая охрана не сможет мне помешать, – ровно произнесла я.
– Надеюсь, ты понимаешь, что Тимур останется со мной, – заявил Эмин, резко отстранился от меня и посмотрел на массивные наручные часы. – Зря мы подняли такую тему.
– Согласна.
Конфликтов я все еще старалась избегать.
– Никто не собирается уходить, – прибавил Байсаров, пристально глядя мне в глаза.
Повисло молчание.
Эмин смотрел настолько выразительно, будто ждал какого-то ответа.
– Значит, твой адвокат сумел договориться о встрече в тюрьме? – поинтересовалась я спокойно.
– Да, сегодня.
– Так быстро?
– Что тебя удивляет? – заложил руки в карманы брюк. – Задерживаться там я не намерен. Разумеется, есть другие вопросы, которые требуют внимания, но в целом рассчитываю вернуться поскорее.
– Надеюсь, все разрешиться удачно.
– Буду держать тебя в курсе.
Мои брови невольно поползли вверх.
Байсарову не нравилось обсуждать работу. Обычно если он уезжал в командировку, то звонил оттуда в исключительных случаях.
– Наберу, когда ситуация прояснится, – продолжил Эмин. – Пока что в истории Романа слишком много темных пятен.
– Хорошо, – кивнула.
– Что же, – он опять бросил короткий взгляд на часы. – Мне нужно ехать.
Сказав это, Байсаров сделал то, чего я совсем не ожидала. Подался вперед и прижался к моей щеке губами. Крепко. Жарко. Его порывистый жест заставил задохнуться.
– Я уже скучаю по тебе, Наташа, – заявил он.
Легкая небритость царапнула шею. Байсаров шумно втянул воздух и, наконец, отступил от меня.
– Удачи тебе, Эмин, – пробормотала я.
Он кивнул и вышел из кухни. Его тяжелые шаги отдалялись, а я стояла не силах сдвинуться с места.
Чувства бушевали внутри. Становилось все труднее разобраться.
День прошел в напряжении. Вроде бы никаких проблем не возникало. Обычный распорядок, если не считать того, что я находилась в чужой квартире. Все-таки оказалось сложно привыкнуть к жилью Эмина. Мои апартаменты выглядели куда скромнее, но именно там мне было уютно.
Мы с Тимуром позавтракали, потом поиграли. Все наши игры я старалась совмещать с развивающими упражнениями. Обучала сыночка алфавиту, цифрам. Показывала ему различные картинки. Читала сказки для малышей.
Обычно у меня получалось полностью отключиться от тревожных и грустных мыслей, когда я находилась рядом с моим сыночком. Но сегодня все сложилось иначе.
Волнение не отпускало.
Возможно, я еще не отошла от вчерашней встречи с Романом и Авророй. Возможно, мысли про загадочного “доброжелателя” не давали покоя.
Причин для беспокойства казалось предостаточно.
Но даже самой себе не хотелось признаваться, что на самом деле меня тревожит предстоящий разговор Эмина с Байсаровым-старшим.
Время от времени я поглядывала на часы. Миновал полдень.
Они уже встретились? Пообщались?
Мой телефон молчал. Бывший муж обещал набрать, но звонков не поступало. Напряжение достигло предела, когда я уложила Тимура и осознала, что за окном стемнело.
Стоило учитывать разницу во времени. Но все равно прошло достаточно часов, чтобы Эмин уже выяснил правду.
Хотя могли возникнуть проблемы. В тюрьму же не пускают всех подряд. Вероятно, что-то пошло не по плану.
Я присела на диван. Держала телефон в руках.
Может, набрать самой? Если Эмин занят, то не ответит. Всего минуты бы хватило, чтобы получить ответы на главные вопросы.
Мобильный вдруг завибрировал в моих пальцах. На экране вспыхнул номер Байсарова. Чуть помедлив, приняла звонок.
– Да, – пробормотала.
– Как день прошел? – спросил Эмин. – Чем занимались?
– Тимур не хотел отрываться от новой разукрашки. Половину страниц разрисовал. Ему понравились твои подарки.
Байсаров накупил множество игрушек, но я посоветовала ему обратить внимание на то, что могло не только развлечь малыша, а и обучало чему-нибудь.
Тимур обожал рисовать. Сжимал карандаш или фломастер в крохотном кулачке и приступал к новой картинке.
Правда, иногда ему было трудно остановиться, поэтому в ход шли не только страницы разукрашек, но и пол, стены, мебель. Все, что попадалось под руку.
– А ему нравится рисовать, – подметил Байсаров.
– Будет художником, – улыбнулась я.
– Неплохая профессия, – ответил Эмин. – У меня есть приятель, который недавно продал картину за баснословные деньги.
– Не все умудряются зарабатывать на творчестве.
– Для Тимура это никогда не будет иметь значения, – отмахнулся он. – Я заработал достаточно, чтобы наш сын занимался тем, к чему его самого тянет.
– Мне казалось, ты захочешь ввести его в курс дел, – осторожно заметила.
– Только если ему это будет интересно, – невозмутимо бросил Байсаров. – Каждый должен быть на своем месте.
Подобные слова не могли не отозваться вспышкой тепла внутри.
– Не ждала от тебя таких рассуждений, – призналась честно.
– А чего ты ждала? – мне показалось, в этот момент Эмин усмехнулся. – Думала, я заставлю сына стать акулой бизнеса?
– Наверное. Просто ты… – я запнулась, понимала, трудно подобрать подходящее определение.
– Что? – а теперь я была уверена, Байсаров хмуро сдвинул брови. – Говори.
– Авторитарный человек, – произнесла после паузы. – Властный. Ты привык, что все вокруг происходит так, как ты сам хочешь.
– Ты права, но для сына хочу только лучшего. А нет ничего хуже человека, который вязнет в ненавистной работе. Тут важен талант. Тяга рваться на вершину. Факторов множество. Я видел, как мои бизнес-партнеры пытались пристроить своих сыновей в собственных компаниях. Жалкое зрелище.
Я и забыла, когда мы с Эмином так общались. Когда просто говорили друг с другом. Без оскорблений, без споров, без взаимных обвинений.
Слушала его сейчас, даже прерывать не хотела.
– Конечно, я бы не отказался, если бы Тимур решил заняться бизнесом, передал бы ему свою империю в полное управление, – продолжил Байсаров. – Но гораздо важнее, чтобы наш сын получил счастье. Бездельником ему стать не позволю. Таких я тоже повидал на своем пути. Прожигатели жизни. Получили наследство от состоятельных родителей, спускают все по ветру. Миллионы, миллиарды. Предела же не существует. Только я знаю, Тимур таким не станет. Характер у него наш.
– Наш?
– Сильный, – твердо заключил Байсаров.
“Мы с тобой разные, Эмин” – подумала, но промолчала.
– Воля такая, которую