— Приходи к нам, — уверенно сказал Джинхо.
Дан тяжело вздохнул:
— Скорее всего, теперь я все же попробую через маленькое агентство. Хочу увести с собой некоторых парней… Минсока вот еще с собой бы, — улыбнулся он, — а такую толпу крупные агентства откажутся принимать.
Минсок немного смутился. Он явно все еще хотел быть на сцене, но стажировка — процесс сложный. Особенно когда тебе двадцать.
— В большом агентстве проще, — уверенно сказал Джинхо. — Приводи толпу к нам, я договорюсь.
Дан немного удивленно обернулся в его сторону:
— Договорюсь? Принять толпу трейни из другого агентства?
Джинхо смущенно улыбнулся, немного замялся, а потом сказал:
— Ну, мы это не афишируем, чтобы после дебюта на меня сильно не давили… да и внешне мы не похожи. Но Ким Минхо — мой родной дядя. И, так как своей семьи у него нет и он не планирует заводить жену или детей… я его единственный наследник.
Дан удивленно моргнул. Проглотил рис, который успел положить в рот, пока ждал ответа Джинхо, а после выдохнул:
— Ахуеть.
— Это значит, что он богаче тебя? — с легким оттенком нервозности хихикнул Минсок.
— Судя по всему — да, — кивнул Дан.
Джинхо смутился еще больше, но все же продолжил:
— Я не распространяюсь об этом. И потому что у дяди поклонницы, и… просто как-то неловко. Поэтому о нашем родстве даже в агентстве знают не все. Хорошо, что в Корее так много людей по фамилии Ким, — еще тише добавил он.
— Ты не переживай, мое отношение к тебе не изменится, — поспешно успокоил друга Дан. — Но это официально самое удивительное, что я слышал за последнее время. Просто… офигеть.
Это было действительно неожиданно. Ким Минхо, золотой голос Кореи, любимец женщин, рекордсмен во многих сферах… И Ким Джинхо, который потом, по сути, встал на его место. Дядя и племянник. Статистически — редко когда представители одной семьи становятся успешны в одной творческой сфере. К тому же — они и правда совсем не похожи внешне.
— Но ты же понимаешь, что я таких вещах буду серьезен? — снова обратился к Джинхо Дан. — Я реально нахожусь на пороге того, чтобы искать агентство, куда меня примут с прицепом в виде как минимум двух человек, а возможно и больше…
Джинхо улыбнулся. Первые слова Дана явно его успокоили о он заговорил уже увереннее:
— Аджосси… в смысле Ли Канджи часто говорит, что они добиваются больших успехов, когда помогают людям, которые приходят к ним уже зная, чего хотят. Так было со многими солистами, с трио HIPpo HOPe в том числе[62].
Дан зачарованно кивнул. Он решительно встал со стула, прошел в коридор, в своей сумке нарыл визитницу и достал нужную картонку.
— Это мой личный номер, но ты его и так знаешь, — протянул он визитку Джинхо. — Но тут особый номер Сонхи, он только для одобренных клиентов, поэтому отсюда вызовы она принимает всегда, если не отдыхает. Пусть скажут, когда можно встретится и все обсудить.
Джинхо невозмутимо принял визитку и засунул ее за чехол своего телефона. Минсок лишь пораженно смотрел то на одного, то на другого. А после ворчливо напомнил:
— Ты мы отдыхать пришли, или работать? Мясо скоро подгорать начнет, да и бутылку соджу еще не выпили.
Дан тихо засмеялся, но послушно взял бутылку. Оставшейся жидкости как раз хватило на три стопки. О том, что ему сказал Джинхо, он подумает завтра.
Глава 20. Старые друзья
Минхо зашел в кабинет Канджи после обеда, когда узнал, что в агентстве открыли для уборки и проветривания один из больших тренировочных залов с присоединенными раздевалками. Когда они строили это здание, этих залов сделали пять. Большие помещения, которые должны были стать «домом» для групп, а не сольников. Танцевальный зал, раздевалка с уборной и душевой — да, всего три кабинки, но тоже неплохо, плюс комната для обсуждений и занятий, с большим столом и телевизором. Сейчас занято только три таких комплекса, два других закрыли и даже уборщицы заходили туда раз в полгода, смыть толстенный слой пыли. А тут… приводят в порядок.
— Ты примешь у нас трейни-перебежчиков? — спросил Минхо прямо с порога.
— Твой племянник был весьма убедителен, — задумчиво ответил Канджи, что-то подписывая, — Его новый друг — еще более убедителен. А то, что мы из-за этого поссоримся с Эйси… нечего было клювом щелкать. Не только же остальным у нас перспективных артистов уводить, и нам иногда можно.
Минхо ухмыльнулся и плюхнулся в кресло, одномоментно закидывая ноги на кофейный столик.
— Ты ведь в курсе, что я на этом столе гостей кофе угощаю? — не глядя на него уточнил Канджи.
— И что? Я по земле-то не хожу. Приехал на машине, уехал на машине… у некоторых домашние тапки грязнее моих…
— Ботинок из крокодиловой кожи, — продолжил Канджи и наконец отложил стопку бумаг, — Итак, в чем суть претензий?
— Почему сразу претензий? — возмутился Минхо. — Может я просто так зашел?
— Просто так ты заходишь только в гости по вечерам и то потому что выпить больше не с кем.
Минхо улыбнулся, Канджи замолчал и тоже улыбнулся. Как часто у них бывает, все опять скатывается к традиционному перекидыванию претензий. Иногда некоторым даже кажется, что они друг друга ненавидят. Но это просто стиль общения. Вместе чуть ли не с пеленок… как им еще общаться?
— Кстати о выпить. Ты вообще в курсе, каким мой тихоня-племяш вторую неделю домой приходит? — весело спросил Минхо. — На ногах стоит явно только благодаря занятиям боевым искусством. Просто стиль ходьбы — «Пьяный мастер. Почти касаюсь земли, но не падаю.».
Канджи заржал. У Джинхо всегда были… некоторые проблемы с общением. Удивительно, что он так быстро сдружился с этими парнями. Минхо сначала даже переживал немного о племяннике — не облапошили бы его. Но потом выяснил, что как минимум одному это не по статусу, с такой-то семьей, и успокоился.
— Вот видишь — это одна из причин помочь этому американцу, — сказал Канджи, когда отсмеялся. — Мы-то с тобой знаем, что дружба ценнее денег. А то, что у нас будет мужская группа… так мы и так хотели новую набирать. Просто будет раньше. Деньги есть.
Минхо разом стал серьезным. Шутки-шутками, но это агентство давно уже и его дом. Да, Канджи через брак получил контрольный пакет акций и место директора. Но Минхо к этому моменту владеет вторым по величине портфелем акций. Это и его фирма.
— Ну тогда рассказывай, — сказал