Мерзко, противно, но…
За все время, проведенное на станции, обратил внимание, что говно тут не только «аристогады», но и вся их бесчиссленная челядь!
Все эти садовники, таскальщики шлангов, церемонимейстеры и вахтеры — это просто шиздец!
У них ЧСВ круче, чем у их работодателей!
Седоватый официант быстро сервировал стол, принес заказанную еду и, оставив на столе меню, удалился к себе за стойку.
Ну да, бармен подрабатывает, чего уж тут!
Утреннее время, посетителей один я, так чего девчонкам-подавальщицам ноги бить?
Они за день и вечер так набегаются, что хоть ногами вперед выноси!
Отдав должное искусственной вырезке и залив все крепким и горячим кофе, наконец-то «выдохнул» — какой-то жуткий мандраж, который я пытался забить сексом, внезапно отступил и…
— Вам плохо, молодой человек? — Бармен возник рядом со столиком так внезапно, что напомнил мне старую гвардию Дьюка, быструю и неслышную.
— Нет, скорее, хорошо… — Я провел «нейро» над считывателем, оплачивая свой завтрак. — Гле вы служили? Абордажная группа? Нет, слишком тихо… «Внедренцы»?
— Встречались с нашим братом? — Бармен прищурился. — Странно… Вроде не так уж нас и много тут осталось.
— А я не «здесь», я «там». — Я сложил пальцы в виде буквы «F», намекая на Фронтир, конечно же.
— О, как… — Заинтересованный бармен выдвинул пустующий стул и уселся напротив меня, внимательно разглядывая. — И давно «оттуда»?
— Полгода, плюс-минус… — Уклончиво ответил я, вдруг понимая, что своими собственными руками (и языком) порчу уже до мельчайших деталей отработанную легенду.
— Драться там же научился? — С «нейро» собеседника прилетели кадры моей дуэли, напоминая, что нет ничего секретного в этом гребанном мире!
— Хочешь жить — умей вертеться… — Я пожал плечами. — А там, да, повертеться пришлось, не скрою.
— За полгода «так» не навертишься. — Бармен усмехнулся. — Там бы, дай звезды, руку поставить, да три связки разучить. А у тебя — полный фарш старого абордажника. Минимум, лет пять-шесть варился ведь, а?
Я поднес палец к губам, давая понять, что не все можно рассказывать.
— Ну… Твои тайны. — Мужчина легко встал со своего места. — Будет время — заходи, поболтаем!
Да, техничненько мне так на дверь указали…
Ну, по морде сапогом не стукнули — и то сахар!
— Ну, млять, ну куда ты трилл пихаешь?! Смерти моей хочешь?! — Буч честил Огюста, Огюст огрызался, что это самое лучшее место для трилла, мол, тут никто искать не будет — раз, во-вторых не надо тянуть отдельную ветку энергопровода, а главное — тут трилл точно никто не уничтожит шальным выстрелом!
Блин, если бы я знал, что такое «трилл», я бы свои пять копеек вставил, ох бы вставил!
Но, увы…
Два технаря за одним кораблем, это как две женщины на одной кухне — ни к чему хорошему привести не может!
Или может?
Я еще раз обошел вокруг кораблика, пытаясь понять, что в нем не так.
Похож на то, чтобы еще пару часов назад, но уже что-то не то!
Кораблик стал «тоньше» и, кажется, чуть короче.
Зализанные обводы, как бы намекающие, что корабль стоящий передо мной является универсальным, атмосферно-космическим.
— «Шебали» в него не запихнешь!
— Тогда тащи «Шебаут»!
О!
А эти два слова я точно знал — «Шебали», «Шебаут», «Шебаан» — это универсальные корабли поддержки, к сожалению, «простым смертным» не продаваемые.
Сами корабли — точно, а вот запчасти с мест боев — запросто!
Отойдя в сторонку, устроился у стеночки и прислушался к вялому переругиванию технарей, сейчас демонтирующих только-только установленную рубку и спорящих, спорящих, спорящих…
Сквозь грохот и брызги искр от сварки-резки и волочения запчастей по всем неровностям пола, едва-едва расслышал пришедшее на «нейро» сообщение, что меня ждут на «диспетчерском» уровне и желательно еще полчаса назад.
С жалостью покидая бушующий фронт работ, весь такой рабочий и насыщенный, дошел до лифта, поднялся на уровень Диспетчеров и отправился искать Истана Урли и его «Диспетчерскую — 11», куда меня так срочно потребовали.
Я этот гребанный коридор минут 15 искал, дважды пройдя мимо!
Ну, скажите мне на милость, кто может догадаться, что необходимый коридор открывается исключительно по сигналу с «нейро»?!
И что сама «Диспетчерская — 11» ни что иное, как огромная, защищенная «радиорубка», куда приходят чтобы связаться с людьми секретно и на хрен знает каких расстояниях!
Меня вот, например, вызывали с любимой планеты любимой бабули — Флос.
Которая, насколько я знал, была прикуплена бабулей сразу после гибели моих, то есть Саплайт О’Калхари, родителей.
Да, можно прикупить себе системку, если у тебя есть связи и деньги.
У Бабушки Макуны было и то, и другое, а еще третье, четвертое и пятое…
Я «опознался» по «нейро», прошел в защищенную кабинку, устроился в кресле и принялся ждать.
Диспетчер пообещал, что ожидание не затянется, но…
Бабуля и вправду появилась на экране передо мной через пять-семь минут.
Блин…
Я поймал челюсть и вытер капающую слюну — бабуля явно прошла курс омоложения по «вражеской системе» и теперь блистала красотой двадцатилетней девушки, у которой только глаза выдавали прожитый возраст и все те очки опыта, что заработала ее тушка, варясь в диком и беспощадном бизнесе Центральных миров.
— Сапи… — Отлично выглядишь, внучек… — Камера чуть отъехала и я проглотил слюну еще раз — Бабуля сидела напротив меня в таком фривольном неглиже, что у любого все закаменеет. — Вижу, ты рад меня видеть, любимый внучок!
— Такую красоту видеть и не радоваться… — Я покачал головой. — Но ведь мы же не ради обмена любезностями встретились?
— О, да… У меня множество вопросов! — Бабуля встала, поймала разъзжающие полы своего неглиже и лукаво глянула на меня. — Внучек… Путешествие явно пошло тебе на пользу! Ты стал лучше выглядеть, даже загар появился… Но, скажи мне, а где «Арго»?
Да-а-а-а-а, хороший вопрос…
Яхту «Арго», названную в честь чего-то легендарного, кабаны искали-искали, да так и не нашли, признав, что кораблик, скорее всего, достался пиратам.
Вот от этого и танцевали, создавая новую схему внедрения…
— К сожалению, Драгоценнейшая бабуля, кроме меня никто не выжил. — Я развел руками. — Во фронтире много людей, которым наплевать на фамильные гербы!
— То есть, твоя команда погибла, прикрывая тебя? — Макуна поправила халат и…
Достала из серебряного ларчика длинную сигарету, ловко воткнула ее в мундштук и, прикурив от зажигалки-перстня, сделала длинную затяжку.
— Они погибли героями! — Я прибавил в голос пафоса, но, видимо, перестарался.
— Что же… «Оставьте мертвым хоронить своих мертвецов»! — Бабуля села на стул, напротив камеры и положила ногу на ногу, снова вызвав у меня повышенное слюноотделение.