– Линард получил силу мага Тени, – повторила я. – Ты ведь задумывалась, почему у тебя никак не получается его проклясть? Для вечно голодной Тени твои заклятья словно изысканный десерт.
– Вот влипла… – прошептала Рона и залпом осушила свой бокал. Я открыла вторую бутылку.
– Ты даже не представляешь, насколько, – усмехнулась я. – Нар вернулся к нам через несколько минут, живой, потрёпанный, невменяемый и неуклюжий больше обычного. Он неудачно оступился, свалился на стеклянный стол – и от запаха крови сорвало крышу Тому. Помнишь, что пишут про высших вампиров? Широкий оскал, бледная кожа, чёрные провалы глаз, безудержная жажда и аура ужаса, из-за которой рядом с ними находиться невозможно? Так вот, всё перечисленное – абсолютная правда.
– Высших истребили больше трёхсот лет назад, – в панике просипела Ровена, и я, прикрыв глаза, выпустила на волю свою силу, успокаивая, незаметно забирая часть чужого страха. Всё-таки Линард был прав, с изложением нашей истории его невесте справлюсь только я. Опасения Роны были абсолютно оправданны – высших потому и истребили, что они были способны брать под контроль более слабых сородичей. Сами же вампиры и начали ту войну, выпалывая высших из своих рядов: отравленные собственной силой, те слишком часто сходили с ума.
– Нам очень повезло, что в поместье в тот день не было ни одного вампира, не правда ли? – Я передернула плечами, вспомнив, какой ужас испытала. – Изменившийся озверевший Томас так сильно меня напугал, что и мои способности пробудились. Очень вовремя, должна заметить: Том в тот момент испытывал ко мне исключительно гастрономический интерес. От страха и отчаяния я усилила и вернула обратно его собственную ауру ужаса. Нар отключился сразу, Томас попытался сопротивляться, но недолго продержался. Зато немногочисленные слуги, которым тоже от меня досталось, удрали из поместья, побросав вещи – и больше не вернулись. Возможно, это спасло им жизни.
– Как ты…
– Я – ментальный маг, Ро, – призналась я. – И одновременно ведьма. Это невозможно, но я существую и совмещаю в себе две несовместимых силы. А ещё я никогда не была смелой или сильной, и страх стал моим оружием в Смуту. Легче всего у меня получалось транслировать это чувство окружающим.
– Ночной Кошмар? – догадалась Ровена. Я кивнула. Да, для всех я была кошмаром, и лишь Том и Нар называли меня своей сладкой грёзой. Внушить ведь можно не только ужас. Было время, когда измотанным постоянной борьбой самих с собой друзьям лишь я могла подарить хоть немного покоя.
Нару пришлось контролировать каждое движение, каждую мысль, чтобы не уйти случайно в Тень или не выпустить её в наш мир. Маг научился жить на двух уровнях реальности одновременно, удерживая границу и не выдавая окружающим, что он видит куда больше, чем остальные. Лишь в обществе меня и Тома Нар позволял себе расслабиться, отпускал контроль, и тогда мы видели просачивающуюся сквозь него в наш пласт реальности Тень – живую, порой осязаемую и имеющую свой характер.
В Томе пробудилось собственное наследие – в нём и так было больше половины вампирской крови, а после ритуала мы догадались проследить его родословную до истреблённых высших. Да, его сила увеличилась, как он и хотел, но какой ценой… Долгое время я была уверена, что Том больше не способен чувствовать ничего, кроме скуки и вспыхивающей в момент раздражения жажды крови и боли. Хорошо, что в этом я ошиблась.
В отличие от нас с Наром, Том не мог отсидеться за городом, приходя в себя – должность требовала быть постоянно на виду. Поэтому в Роден мы вернулись все вместе, и только тогда я поняла, насколько мне не повезло с даром. В поместье моими стараниями никого, кроме друзей, не осталось. Но в городе я едва не свихнулась от навалившихся на меня шума чужих мыслей и грязи чужих желаний, от которых никак не получалось отгородиться. Ещё и Тому с Наром, как вскоре стало ясно, была необходима моя помощь. Мне пришлось месяцами держать их на ментальных поводках, одёргивая, возвращая друзьям ясность сознания и сглаживая непредсказуемые перепады настроения. Мы оказались тесно связаны и слишком уязвимы. Лишь хаос Смуты позволил нам не только остаться незамеченными, но и в тяжёлых случаях отпускать контроль, направляя излишки силы в полезное русло.
Однако даже страшилок о тёмных гончих, опутанных дикой смесью правды и вымысла, оказалось недостаточно, чтобы остановить грызню за власть. Смута и беззаконие продлились долгих шесть лет, пока Том после моего отъезда не озверел окончательно.
– Я слышала, что легендой о гончих Совет прикрывал собственные тёмные делишки, – нервно выдохнула Ровена. Я покачала головой. – Ещё была версия, что вы – отряд убийц на службе у кого-то из лордов, цепные псы, которых натравливают на неугодных.
– Вторая версия ближе к истине, но лорды не знали, кто мы. Наша сила слишком велика, чтобы нас не попытались убить просто из страха. Мы были не настолько уверены в себе, чтобы подставляться, раскрывшись. Однако Совет своим первым составом действительно во многом нам обязан. Если бы мы не избавлялись от слишком обнаглевших и неадекватных конкурентов, многие лорды до конца Смуты не дожили бы.
– Да если верить рассказам, вы больше половины Родена перебили! – воскликнула вампирша.
– Не всему стоит верить, – я посмотрела на неё с укором. – Очень удобно обвинить тех, кто не может возразить. Больше половины приписываемых нам злодеяний не на нашей совести. Хотя остаётся всё равно немало.
Рона шумно выдохнула, заглянула в пустой бокал и отставила его в сторону.
– Ладно, – Ровена вздохнула ещё раз. – Ладно. Предположим. Ментальный маг, управляющий Тенью и высший вампир. Надеюсь, с последним я никогда не встречусь.
– Не надейся, – ухмыльнулась я. – Уже встречалась.
– К-к-когда? – с трудом выдавила подруга. Я с сочувствием на неё посмотрела.
– В Управлении, Ро. Бледный Ужас и белый палач – это один и тот же человек.
Ровена в отчаянии застонала и уронила голову на стол. Пока она приходила в себя, я покосилась в угол, темнота в котором показалась мне излишне густой.
– Он приносил тебе пирожные! – наконец возмутилась Ровена. Надо же, запомнила.
– А ещё цветы, – я пальцем показала на орхидеи. – И мы живём вместе.
– Что? – Рона подскочила, едва не опрокинув стол, и в панике огляделась. Я вздохнула.
– Не здесь, у него. Могла бы и поздравить.
– А? – не поняла озирающаяся по сторонам вампирша. Что она там высматривает, неужели думает, что Том сейчас на неё выпрыгнет из-за какой-нибудь двери?
– Меня, говорю, могла бы и поздравить с окончательно наладившейся личной жизнью, – я постаралась