— Да? А как ты…
— У неё в каждый приезд Юрика одно и то же, — не дал закончить он матери фразу, — придумала бы уже что-то поинтереснее.
— Даже зимой? — не удержалась я, чем вызвала смех присутствующих.
— Нет, зимой она в Твери живёт, в деревню только на лето к бабке своей приезжает, — пояснил Юра, отсмеявшись. — Пойду, помогу соседке. Ты со мной? — предложил он.
Почему нет? — решила я и согласно кивнула.
— Идёмте лучше в дом, — пригласила Лидия Константиновна, — после поможешь, никуда Галина не денется. Пироги стынут.
Ноздри щекотал аромат скошенной травы и свежей выпечки. На клумбе благоухали розы: красные, белые, лиловые и алые. Я никак не могла пройти мимо и задержалась у цветника. Наклонилась и с удовольствием вдохнула их запах. Ничего не могу с собой поделать, люблю цветы. Любые, но розы — это отдельный вид удовольствия. Их я и сама выращивала на даче. Знаю, какой это труд — получить такие крупные бутоны.
— Нравится? — не без гордости спросила Лидия Константиновна, останавливаясь рядом.
— Очень! — честно ответила я, глядя в центр на белоснежные лепестки.
— Этот сорт называется «Голливуд», он пахнет малиной, — видя, куда направлен мой взгляд, сказала хозяйка сада, — он появился у меня один из первых.
— А вот эта, — она указала на усеянную бутонами, готовыми вот-вот раскрыться в алые цветки, — называется «Легенда». Её в прошлом году Юрочка привёз из поездки, а там, на другом конце цветника — Димочки подарок — «Сантори», голубого цвета, но она пока ещё не расцвела.
Я с удовольствием слушала про незнакомые мне сорта, с сожалением понимая, что уже никогда не посажу ничего подобного. Такая красота требует много заботы, внимания и ухода. Чтобы год от года радовать пышным цветением, необходимо вложить душу в эти растения. А приезжая пару раз на выходные, это невозможно. Маша не фанат цветов, на неё надежды нет. Да и ей скоро будет не до чего — с появлением малыша всё остальное уйдёт на второй план.
Юра стоял у калитки, докуривая сигарету, а Дима повёл Инку на экскурсию по огороду. Ей больше хотелось увидеть вишнёвый сад, о котором упомянул в дороге её кавалер. Так что у нас было время наговориться о многообразии сортов, так любимых нами обеими цветов. Я даже поделилась, что у меня на клумбе долгое время росли самые обычные комнатные розы, купленные в горшке в «Пятёрочке». Оказалось, что при пересадке в открытый грунт они вырастают полноценным кустом и так обильно цветут, что смотрятся не хуже специально выведенных сортовых. А вот вырастить их на подоконнике мне не удалось ни разу.
— Мне тоже, — удивила меня Лидия Константиновна, — поэтому предпочитаю дома менее капризные цветы, — она махнула в сторону окна, и я увидела яркие цикламены, стоящие за стеклом.
Улыбнулась, потому что в квартире я выращивала именно их на балконе, считая самыми неприхотливыми, вопреки мнению Инны, у которой они никогда не приживались.
— Ой, я тебя совсем заболтала, — спохватилась Лидия Константиновна, — наверное, и чайник остыл уже, Юр? — она обернулась на сына и укоризненно покачала головой, глядя на сигарету, — никак не могу привыкнуть к тому, что ты опять дымишь.
— Прости, — смутился мужчина, — я брошу, обязательно, — он затушил окурок и, наклонившись, положил его в пустую консервную банку, припрятанную у столба снаружи забора. — Пойду поставлю чайник.
— А можно и мне на посадки взглянуть? — проявила я любопытство, пока вода закипает, мы вполне успеем. В отличие от Инки меня интересовали грядки и парники.
— Ну конечно! — обрадовалась мама, — идём.
И ещё почти час мы гуляли по междурядьям, заглядывали в теплицы, где гроздьями видели томаты, краснели первые перцы, наливались баклажаны, манили сорвать пупырчатые огурчики, распускались зонтики укропа. И всё это вместе создавало такое смешение ароматов, что голова шла кругом. Мы и правда потеряли счёт времени, особенно когда очутились на грядках с клубникой. Вот где по-настоящему ощущаешь себя ребёнком. Счастью не было предела, когда нам разрешили тащить в рот всё, что захочется. Разве мы могли устоять? С лёгкой улыбкой смотрела на дорвавшихся до ягод городских Лидия Константиновна. Да и Дима периодически отпускал в наш адрес шуточки. Но нам было всё равно. Рот занят сладкой и спелой клубникой.
— Господи, как же хорошо у вас! — совершенно искренне произнесла Инка, засовывая в рот последнюю оставшуюся на грядке созревшую ягоду. — Ой, мы, кажется, слишком увлеклись, — заметила она, что после нашего набега остались одни зелёные.
Но мама заверила, что уже завтра здесь будет ровно столько же. И совесть успокоилась.
— Идёмте уже в дом, — произнёс Дима, — я пирогов хочу и ватрушки, — напомнил он про угощение.
Интересно, а чем Юра занят? — размышляла я, пока мы шли к дому. Со стороны крыльца доносился разговор, прислушавшись, поняла, что это Юра объясняет, как правильно заправлять леску. Очевидно, что Галина не дождалась и пришла сама.
Выйдя из-за угла дома, я увидела и саму соседку: высокая, почти как Юра ростом, стройная блондинка с короткой стрижкой, которая оголяла длинную, тонкую шею, делая женщину похожей на гусыню. По виду ей лет тридцать. Она стояла к нам вполоборота, так что вполне можно было увидеть тонкий длинный нос и пухлые губы. Видимо, Юра пошутил, потому что она рассмеялась, точнее, загоготала, и это лишь усилило её сходство с пришедшей на ум птицей.
— Галя? — нахмурилась почему-то мама, будто не рада её появлению.
— Ой, Лидия Константиновна, — обрадовалась незваная гостья, не уловив недовольства в голосе, — а я вот сама, не дождалась.
— Вижу, что сама, — ворчала тётя Лида, — никак не успокоится, — уже тише буркнула под нос, так чтоб Галина не услышала.
И меня осенила догадка, о чём она: судя по весьма короткому и откровенному наряду, пришла она сюда совсем не за помощью. Её цель — Юра, ведь его она так жаждала увидеть. Думаю, что с леской ей могла бы помочь и Лидия Константиновна.
Что-то неприятное заворочалось в душе, чувство собственническое, ревностное, будто я имела на это право. Юра не отрываясь наматывал оранжевый пластик на катушку, а Дима, ухватив Инку под локоть, повёл её в дом, сказав, что они пока