Однако два года назад ситуация начала радикально меняться. Из оперативных сводок Зарипов знал, что по всему миру почти каждое китайское посольство получило несколько новых молодых волчат, кинувшихся в разведдеятельность с совершенно некитайским рвением, грубо и нагло – так, как и американская разведка не позволяла себе действовать.
Впрочем, если подумать философски, наверное удивляться тут нечему. Китайцы знамениты своим умением копить по зёрнышку, побеждать врага терпением, продумывать ситуацию на сто ходов вперед, и начинать что-либо только обладая многократным запасом прочности.
Экономически Китай – супердержава уже давно, а политически – ноль без палочки. Сидит Китай тихо, как мышь под веником, в чужие дела не вмешивается, знай – богатеет, технологии новые осваивает, производственную базу развивает. И вот только совсем недавно начал доводить свои вооружённые силы до супердержавного уровня, причём делает это без резких движений, чтобы не вспугнуть конкурентов. Оружием не позванивает, громких заявлений не делает. И ведь станет-таки военной супердержавой лет так через пяток – с его-то экономическим потенциалом. Вот тогда и ломанётся Китай в большую политику как БТР сквозь кусты. Вот, наверное, и с разведкой что-то похожее получилось – загодя начал Китай, подготовил, подучил разведчиков, а вместе с ними дипломатов, связистов, аналитиков, и весь прочий обеспечивающий персонал, отработал процедуры и коммуникации. И уже потом прыгнул, ошеломив врагов и друзей. Вернее: только врагов, не бывает у сверхдержав друзей, бывают только временные союзники, а враги – все остальные.
Вот и господин, точнее – китайский товарищ Лю Джень был из этих, молодых и перспективных. Буквально сразу по приезду в Москву, в перерывах между открытиями китайских выставок, и всяких там дней памяти утки по-пекински, где атташе по культуре присутствовать как бы положено по чину, Лю развил самую бурную деятельность. Нналаживал контакты с сотрудникам «почтовых ящиков», военными, и политиками, демонстрируя открытое презрение к деятельности контрразведки, и частенько уходя от наружного наблюдения воткрытую. Конечно, наружка тоже не лыком шита, и на любого самого хитрого Лю найдётся что-нибудь с винтом. Но если просто, например, раз десять выскочить из вагона метро после слов «Осторожно, двери закрываются», то у любой наружки просто закончатся агенты подстраховки. А Лю – он ведь не один такой, и привязывать к нему каждый день пятьдесят сотрудников и двадцать машин – роскошь непозволительная. Да если честно, и не было в подразделении Зарипова такого количества людей и машин.
Выслать бы его, мерзавчика, за такие выходки, ан – нельзя. Во-первых, мы с Китаем нынче дружны, вон – даже учения вместе проводим, НАТО хором поругиваем, в Шанхайской организации рядом сидим. Так что обострять российско-китайские отношения высылкой дипломата сейчас никак невозможно – наверху не поймут и не одобрят.
Во-вторых: а что толку-то? Ведь пришлют следующего, такого же ногастого волчару. А у этого хоть контакты кое-какие выявлены, телефоны известны и поставлены на прослушку, наружка к привычкам и методам приноровилась и кое-какие оперативные контр-меры выработала. В общем – пусть лучше этот бегает, декадент азиатский, чем нового такого же разрабатывать с нуля.
Вот и сегодня Лю рядом грубых, но эффективных ходов оторвался от «хвоста», и пропал. Случилось это около семи часов вечера, и Зарипов, только что добравшийся до дома, как ответственный начальник и отец-командир, в связи с ЧП был вызван на работу. Валерий Мурадович приказал дежурному действовать по варианту «Чинара» , а служебную машину, выехавшую за ним – отозвать, всё равно она в пробках два часа простоит. И пошёл от своего дома (того самого, который «дом на Первой Мещанской в конце», где когда-то жил Высоцкий) в сторону метро Рижская.
Добравшись через полчаса до своего кабинета в том самом неприметном особнячке, Зарипов с некоторой гордостью узнал, что «Чинара» был правильным ходом. По этому сигналу наружка перестала чесать мелким гребнем район где объект наблюдения оторвался, и рассредоточивалась по известным контактом объекта, надеясь подобрать его там. Конечно не по всем контактам – на такое никаких ресурсов не хватит, а по контактам приоритетным. Один из самых приоритетных и сработал.
Контакт кстати был весьма интересный – некто Антон Михайлович Ищенко 1976го года рождения, не судимый, однако известный правоохранительным также как Тоша Большой и Тоша Свинорез. Людей такого типа в Москве девяностых было хоть пруд пруди. А вот в наше время беспредельщик, начавший локальный передел мира (и делающий карьеру восновном с помощью автомата) был личностью уникальной.
Теперь Москва поделена на сферы влияния, а самый большой и сильный зверь – не какая-нибудь ОПГ (Организованная Преступная Группа), или говоря по-человечески – банда, а всё же тот, кому и положено – государство. В общем, к великому переделу собственности девяностых Тоша не успел по возрасту, однако сейчас старался вовсю.
Кто знает, может быть, попадись ему в жизни другие люди, другие книги и фильмы – и нашла бы Тошина страсть к авантюрам какое-нибудь «мирное» применение. Получился бы из него отличный офицер спецназа, или сыщик, или МЧСовский спасатель. Впрочем нет, не получился бы, потому что кроме бесстрашия и нечеловеческой везучести, Тоша прославился ещё и изрядной жадностью в смеси со стремлением применять насилие где надо и где не надо. Нет, садистом, или убийцей-маньяком он конечно не был, но если стоял выбор между переговорами и стрельбой, Тоша неизменно предпочитал сначала пострелять, а потом уже переговариваться.
Каким образом атташе по культуре Лю Джень познакомился с этим бандюгой, подполковник Зарипов пока не знал. Не было известно и конкретное дело, по которому Лю встречался с Тошей-Свинорезом, однако какое-то конкретное дело было наверняка. Любая разведка стремится установить контакты с сильными мира сего, включая и преступников. Однако Тоша в число сильных не входил, не был он «крёстным отцом», «доном» мафии, так что китайцу устанавливать с ним контакт просто так, на всякий случай не было смысла. Теоретически, Тоша мог бы и выбраться однажды на самый верх, но когда это случится, и случится ли вообще – неизвестно. Гораздо более серьёзные шансы были за то что Тошу шлёпнут те, кто уже был на самом верху преступного мира, и кому он с завидной регулярностью наступал на хвост своими идиотскими выходками со стрельбой и взрывами.
Ну, а раз дружить с Тошей «на будущее» китайцу вроде бы смысла не имело, оставалось предположить что есть между ними какое-то совершенно сиюминутное дельце. Может быть Тоше в руки попали какие-то секретики, и он, игнорируя классику «советская малина врагу сказала нет», решил торгануть их китайцу. Возможно, интерес Лю был каким-то образом направлен на недавнее приобретение